Ганнибал Лектер, подобно Пушкину, Санта-Клаусу и покемонам, — это наше все. Староста мирового и надмирного зла, изящный и безжалостный Лектер с его классической музыкой, парфюмом, прекрасным образованием и хорошими манерами — сама культура, обратившаяся к человечеству своим свирепым ликом.
Возвращаясь с триллером «Красный Дракон» (Red Dragon), экранизацией первой книги Тома Харриса о серийных убийцах и ремейком постановки Майкла Манна «Охотник на людей», Лектер пришел в совсем новый мир. Маньяк, этакая пасмурная тень рационального разума, с некоторых пор стал безнадежно терять статус главного воплощения страха. Мир обнаружил, что есть куда более крутые кошмары.
По счастливому стечению обстоятельств, постановка «Красного Дракона» досталась не режиссеру-богоборцу, а скромному Брету Ратнеру, сделавшему себе имя на криминально-авантюрных комедиях «Деньги решают все» и «Час пик». Ратнер, сменив скоморохов Джеки Чана и Криса Такера на интеллектуальных звезд Эдварда Нортона, Энтони Хопкинса, Эмили Уотсон, Харви Кейтеля и Райфа Файнза, а эксцентричную клоунаду — на растерзанные тела и мрачные бездны, заледенел, задержал дыхание и медленно выдохнул спокойное и уверенное зрелище.
Главным героем новой ленты является еще не Кларисса Старлинг, а агент ФБР Уилл Грэм (Эдвард Нортон). Благодаря его усилиям Лектер оказался в лечебнице для душевнобольных преступников. Эта победа стоила Грэму тяжелого ранения и карьеры в бюро. Оставив службу, лучший агент по расследованию серийных убийств поселился на берегу океана с женой, ребенком и собаками. Безоблачное счастье заканчивается с приездом бывшего шефа, который приглашает Грэма принять участие в преследовании маньяка, вырезавшего две семьи и оставившего на телах следы жестоких укусов. Почти против воли бывший агент принимает участие в расследовании и обращается за консультацией к Ганнибалу Лектеру.
Сам маньяк (Райф Файнз) тоже не оставит вниманием плененного каннибала.
Постепенно расследование принимает характер личного противостояния между Красным Драконом и агентом Грэмом. И времени у обоих очень мало: в следующее полнолуние должны пасть новые жертвы. А Дракона угораздило еще влюбиться в слепую девушку (Эмили Уотсон).
Попав в ловушку состязания с «Молчанием ягнят» и «Ганнибалом», режиссер изящно уклонился от схватки. Отвергнув замысловатую барочную неоготику Демме и самозабвенный напор Ридли Скотта, Ратнер наполнил историю свободным пространством, не мешая двигаться актерам и легкой камере Данте Спинотти. Подчинив каждый эпизод не столько ожиданиям продюсеров, сколько самой истории Харриса, он предпочел уйти в тень, стушеваться на фоне этого жестокого действа. Возможно, это было единственным правильным решением.
Внимательно разглядывая болезненную пластику Эдварда Нортона, свет, идущий от лица Эмили Уотсон, прозрачность глаз Энтони Хопкинса, насыщая воздух музыкой Дэнни Элфмана, Ратнер избегает отравления трупным ядом полупротухшего за десятилетие экранизаций сюжета, который погубил постановку Ридли Скотта.
Впрочем, то, что принесло картине успех, стало и ее неудачей. Не рискнув принять вызов, Ратнер отказал себе в возможности стать одним из ведущих режиссеров Голливуда. Эта достойная и выдержанная работа могла стать чем-то большим, нежели честно и аккуратно выполненная экранизация. Кажется, для этого нужно только сместить несколько акцентов, где-то надавить, где-то ослабить — и из аккуратного яйца «Красного Дракона» вылупится мрачное и прекрасное чудовище. Ратнер предпочел оставить монстра в заточении.
28 ноября, «Атриум», «Горизонт», «Космос», «Победа», «Прага», «Пушкинский», «Пять звезд», «Ролан», «Стрела», «Ударник».
