Цивилизация
Долг платежом красен
Facebook заплатит во Франции налоги на общую сумму в €106 млн — о достижении соглашения между корпорацией и французскими властями первым сообщил деловой журнал Capital. В 2012 году налоговое ведомство Франции провело обыски в офисах Facebook в Париже, а позже в отношении компании было начато расследование об уклонении от уплаты налогов в период с 2009 по 2018 год.
«В этом году мы с налоговыми властями Франции пришли к соглашению, касающемуся налоговых выплат в период с 2009 по 2018 год. Мы согласились перечислить в бюджет €106 млн. Мы серьезно воспринимаем свои налоговые обязательства и тесно сотрудничаем с налоговыми ведомствами по всему миру, чтобы работать в строгом соответствии с законодательством и разрешать любые разногласия, как и произошло в случае с Францией», — прокомментировал эту новость изданию TechCrunch представитель соцсети.
Напомним, что осенью 2019 года еще один IT-гигант, корпорация Google, также согласилась заплатить в общей сложности €965 млн для урегулирования налоговых претензий французских властей. Эти выплаты стали итогом разбирательства в отношении компании во Франции, продлившемуся четыре года.
Отсутствие налоговых выплат со стороны IT-гигантов, работающих в России и зарабатывающих на российских пользователях, является не менее острой проблемой, чем это было и есть во Франции. Однако об отчислениях в российский бюджет речи пока не идет, и какого-либо значимого прогресса в этом вопросе также не наблюдается. Эксперты полагают, что для эффективного решения проблем с налогообложением и модерацией недопустимого контента на крупных интернет-платформах у IT-гигантов должны быть свои представительства в РФ, с которыми можно было бы выстраивать диалог.
«Я всегда последовательно говорил о том, что все компании, крупные IT-корпорации, не только социальные медиа, не только социальные сети, но и просто большие компании в сфере IT, у которых есть большие, серьезные интересы в России, должны иметь свои представительства в РФ. Чтобы работать в российском правовом поле, выполнять наши законы, платить здесь налоги. И для того, чтобы государство могло вести с ними диалог по защите прав пользователей. Тем более сейчас это стало максимально актуально после принятия поправок в Конституцию - мы сейчас говорим про 71 статью, про защиту цифровых прав граждан. И как их можно защищать, если ты не можешь нормально вести диалог?» — говорит первый зампред комиссии по развитию информационного общества ОП РФ Александр Малькевич.
В качестве яркого примера существующей ситуации он привел недавнее обращение СПЧ в Google по поводу блокировки аккаунтов ряда российских СМИ, которое обернулось ничем.
«И что там им написал руководитель Google по Восточной Европе? Что ООО «Гугл» в Москве не уполномочена, не занимается ни администрированием, вообще ничем, только продает здесь рекламу. Но это же не серьезно. Ладно, хотя бы продают здесь рекламу и платят налоги. А Twitter, Facebook, Netflix и многие-многие другие, они, получается, на россиянах зарабатывают, налоги не платят, аккаунты пользователей банят. Какая-то получается, мягко говоря, ерунда», — сетует Малькевич.
Гиганты под контролем
Эксперт уверен, что компании, зарабатывающие на россиянах, должны платить налоги в России. Но еще более серьезным аспектом проблемы отсутствия взаимодействия ему кажется распространение недостоверного, деструктивного контента.
«Они должны отвечать за то, что выходит на их платформах. И дело даже не в том, чтобы реагировать на что-то под угрозой штрафа. У российских контролирующих органов, у Роскомнадзора, должна быть возможность оперативно связываться с работниками условного ООО «Твиттер Рус» и с ними решать вопросы не только по блокировке запрещенного экстремистского контента, но и по незаконной блокировке какого-то контента. То есть это дорога с двусторонним движением», — пояснил член ОП РФ.
По словам эксперта, попытки контролировать глобальных IT-корпораций — это глобальный тренд, по которому идут многие страны мира. Одним из недавних примеров является Турция, которая приняла подобный закон, и он вступит в действие уже осенью. Законодатели прописали, что любая платформа, имеющая от 1 млн пользователей в Турции, должна создавать там свое подразделение и взаимодействовать с властями.
«Потому что таков цивилизованный подход к бизнесу. И это абсолютно нормально. Нам постоянно рассказывают какие-то страшилки, что сейчас будут все блокировать, все запрещать – да ничего подобного. Я как раз считаю, что это позволит именно не блокировать и не запрещать, а защищать наших пользователей», — поделился мнением Александр Малькевич.
Председатель комиссии по правовому регулированию обеспечения цифровой экономики московского отделения Ассоциации юристов России Александр Журавлев говорит, что у иностранных компаний для работы в России есть несколько вариантов.
«Вариант номер один — цифровое представительство, вариант номер два — совместное предприятие российской и иностранной компании. Чем это может быть хорошо для зарубежного бизнеса? В настоящее время в России для разработчиков программного обеспечения введены специальные налоговые льготы, которые касаются как НДС, так и налога на прибыль, и ставок на персонал по социальным платежам. Соответственно, если иностранная компания совместно с российским партнером создает такое СП, она получает налоговую преференцию. И это достаточно привлекательно, на мой взгляд, потому что после этой реформы ставки именно по IT-отрасли стали достаточно низкими и конкурентными в сравнении с такими юрисдикциями, как Кипр, та же Белоруссия, и другими», — отмечает эксперт.
По его словам, открытие цифрового представительства должно происходить по упрощенной схеме, по системе регистрации личного кабинета, то есть заключение необходимых договоров, оплата налогов, учет и отчетность по бухгалтерии и прочее производится онлайн, без физического присутствия. Для иностранных игроков это будет удобно, уверен Журавлев.
«Почему это надо делать? Есть иностранные компании и российские компании, которые на сегодняшний день официально представлены на рынке. Операции таких компаний, потому что тот же налоговый орган их видит, учитывает, и прекрасно может исчислять налогообложение, исходя из их операций. Второе: они несут расходы на исполнение российских законов — например, расходы, связанные с локализацией персональных данных россиян. Соответственно, они платят за сервера на территории России, чтобы данные российских граждан хранились тут», — рассуждает он.
В то же время, продолжает Александр Журавлев, есть иностранные компании, которые не представлены в России, но осуществляют в стране свою деятельность. Невозможно с уверенностью сказать, какой точный размер налоговых отчислений они должны делать, потому что прозрачности в части их учета деятельности нет, подчеркивает он. Кроме того, многие из этих компаний не несут расходы на локализацию персональных данных, и не несут расходы на персонал, который может работать с российскими пользователями.
«Права и обязанности должны быть одинаковыми, но на практике получается, что обязанности зарегистрированных компаний больше и расходы. Следовательно, и расходов больше. А значит, у некоторых иностранных компаний возникает необоснованное конкурентное преимущество», — поясняет эксперт.
Есть также важный момент, касающийся контента, отметил Александр Журавлев. По его словам, с контентом нужно работать, соответственно, нужно реагировать на действующее в России законодательство, связанное с оборотом недостоверной или противоправной информации и контента, на соответствующие обращения государственных органов. «Чтобы это сделать, чтобы наладить это взаимодействие, иностранная компания должна быть официально представлена в России в той или иной форме», — уверен председатель комиссии по правовому регулированию обеспечения цифровой экономики московского отделения Ассоциации юристов России.
