— Для начала позвольте вас поздравить с победой над Китом Холмсом. Сейчас, по прошествии некоторого времени, можете прокомментировать основные моменты вашего победного боя в Уорчестере? — Честно говоря, думал, что мне будет намного легче биться против американца. Холмс — очень опытный боксер, для него нет секретов в ринге, когда надо — клинчует, когда надо — дергает. После третьего раунда у меня даже опустились руки — просто не знал, что с ним делать. Подумал, что если бы сейчас со мной был мой тренер Лебедев, то он бы подсказал. Но Игорь Михайлович умер в январе… И вот я стал потихоньку вспоминать его уроки, встал во фронтальную стойку, перехватил инициативу. В пятом раунде я отправил Кита в нокдаун, но рефери даже не думал открывать счет. А в конце одиннадцатого раунда от неизбежного нокаута его спас только гонг. В итоге я победил по очкам.
— Говорят, что ваш поединок был признан самым техничным боем этого грандиозного боксерского шоу. А что произошло после победы? — Ну, меня бросились поздравлять все мои друзья, которые пришли на бой. Рядом была и супруга Наташа, специально прилетевшая из Питера. Потом Дон Кинг потащил меня на пресс-конференцию, хотя это у них и не принято, так как наш бой с Холмсом не был титульным. На встрече с журналистами я стал извиняться за то, что не говорю по-английски. Но Дон Кинг меня тут же прервал, мол сегодня Кармазин может общаться с прессой и по-русски. И так всем все понятно.
— О чем вас спрашивали американские журналисты?
— Теперь вас осенью ждет титульный бой против чемпиона мира по версии IBF африканца Кассима Оумы. Что вы о нем знаете? — Я посмотрел несколько кассет с боями Оумы. Он настоящий боец, такой воин по духу, несколько лет прослуживший в армии Уганды. Кассим хорошо держит удар, выносливый, каждый день бегает десятикилометровый кросс. Молодой парень, ему всего-то 26 лет. Но при этом Оума несколько прямолинейный боксер, его можно просчитать. Мне думается, что с ним мне будет легче биться, чем против Холмса. Кстати, с Кассимом в свое время произошла почти детективная история. Во время турне любительской сборной Уганды по Соединенным Штатам Оума решил остаться в Америке — попросту сбежал. Ну а так как он служил в армии, то говорят, что в Уганде его ожидает смертная казнь за дезертирство. Вот он и не уезжает из Штатов.
— Вы тоже почти год прожили в Америке. Есть что вспомнить? — В США самое тяжелое — это быт, когда не знаешь, чем себя занять, как убить свободное время. Я говорю, что Америка — это «тюрьма с усиленным питанием». Временами было очень тяжело — без семьи, без друзей. Но, с другой стороны, если бы я остался в России, то до пенсии бы защищал свой титул чемпиона Европы. А в Лос-Анджелесе я приобрел уверенность в своих силах, заработал в ринге психологическую устойчивость. Там я тренируюсь в зале знаменитого наставника Фредди Роуча, так вот, многие американцы подходят к нему и просят подготовить меня так, что бы я был вторым после Кости Цзю русским абсолютным чемпионом. Но в ответ Роуч только руками разводит — мол, Кармазина нечему учить, он и так все знает, у него прекрасная школа.
— Это точно, у Игоря Лебедева вы прошли отличную боксерскую школу. Но многое еще лежит и в области психологии, не так ли? — Знаете, мне ведь как всегда говорили российские промоутеры: «Есть Вернон Форрест, Оскар де ла Хойя, Феликс Тринидад — они великие боксеры. А ты знай свое место». Но за океаном я понял, что их тоже можно побеждать. Я вот провел недавно спарринг против Форреста, так полностью его переиграл. Он даже ничего не понял, начал психовать, хвататься, а потом со мной месяц не здоровался. Потом то же самое произошло с родным братом Заба Джуды — непобедимым Даниэлем. Ох, какой он наглый, просто гангстер, несколько раз задерживался полицией. Копия своего брата. Так вот, Дэн мне заявляет: «Побейся со мной в спарринге. Мне нужен мешок». А на деле вышло все наоборот: как стал я его «возить», а потом пробил ему печень. Он психанул, бросился мне в ноги, как борец кинул меня через голову. Начал пинать меня ногами, еле нас разняли. К слову, в этой драке у меня надорвалась межреберная мышца, неприятная случилась травма. Но зато больше Джуда не выпендривался, а Форрест, забыв про обиды, подошел и поздравил меня с победой над надоевшим всем наглецом. Потом пришлось отделать еще несколько подобных наглых «чемпионов». Так что русских боксеров они начали потихоньку уважать. Да и я сам теперь знаю, как побить в ринге таких «монстров» профессионального бокса, как де ла Хойя, Тринидад и Форрест.
