Будни и праздники блокадного Донецка

Как живет Донецк под властью ДНР

Как Донецк живет в условиях экономической блокады Украины, что такое «каши Ахметова», ждут ли дончане возобновления войны и как ДНР готовится к параду 9 Мая — в репортаже корреспондента «Газеты.Ru».

Знакомство с сегодняшним Донецком можно начинать с автовокзала Мариуполя, откуда стартовал корреспондент «Газеты.Ru». Поездка начинается с билета за 71 гривну (в Донецке для перевода в рубли эту сумму просто умножают на 2, в Мариуполе — на 2,5. — «Газета.Ru»). В автобусе шумно и весело – народ укладывается и пакуется. Донецк сейчас такой город, в который везут и передают в основном еду, деньги и вожделенные пропуска. Дело в том, что с февраля этого года Украина ввела пропускной режим для жителей территорий, подконтрольных ДНР. Проехать в Донецк можно только имея пропуск, который выдают в течение 10 дней после подачи заявки. В этой заявке требуется объяснить цель поездки в Донецк. К уважительным относят наличие недвижимости на тех территориях, болезни и смерть родственников. Все это нужно подтвердить документально. Система пропусков — попытка прекратить «пенсионный туризм», когда люди живут в Донецке, но регистрируются как переселенцы в Краматорске или Мариуполе и раз в месяц выезжают за украинскими пенсиями.

Кроме того, жесткий пропускной режим — это один из механизмов блокады «оккупированных территорий».

Практически каждый в автобусе рейса Мариуполь — Донецк везет продукты, очень многие — яйца лотками; безопасно уложить их в таком количестве — целое искусство.

— Вы яйца по 13 гривен брали? — завязывается диалог между пассажирами.
— Да нет, по 14 нашел. Но у нас они все равно с 22 начинаются!

Тут в автобус заходит женщина и слезно просит взять передачку для брата – три кило свинины, два — говядины, два — сала и два — печенки. К посылке прилагаются 500 гривен «перевода» и оплата услуг. Водитель продукты брать отказывается – утверждает, что их у него заберут как товар, а личный груз пассажиров на блокпосту не тронут. Мясо в Мариуполе в среднем процентов на 40–50 дешевле. В Мариуполе отборная домашняя свинина по 65 гривен, в Донецке – по 135, и за ней на рынке бывают очереди. Ввезти битых кабанов в Донецк очень трудно.

На подъездах к блокпостам — будь то Курахово или Волноваха — образуются огромные пробки.

Но большой разницы в плане трафика между блокпостами нет. Вокруг Донецка нет явной войны, явной блокады и видимых противотанковых рвов. И у очень многих жителей Донецка существование и выживание завязано на Украину – на пенсии оттуда, на работу там, на «приграничный» бизнес с ней. Отсюда и особо безнадежные пробки после длинных выходных.

Однако все-таки пробки не столько из-за наплыва машин и автобусов, сколько из-за ужесточившегося пропускного режима. Сорок минут проверки на выезде из Мариуполя сменяются трехчасовым ожиданием своей очереди под Волновахой. Почему так долго приходится ждать, никто даже не спрашивает – не принято. Нет туалетов, придорожные посадки и поля украшают грозные таблички «МИНЫ!», из достопримечательностей только крест с увядшими цветами на месте гибели людей при обстреле автобуса Донецк — Златоустовка 13 января 2015-го.

В итоге на преодоление 120 километров от Мариуполя до Донецка уходит 7 часов…

Чтобы познакомиться с ассортиментом местных магазинов, лучше всего отправиться в крупнейший в городе супермаркет «Амстор». Здесь важно отметить, что в Донецк не завозят продукты с Украины. Легально вообще нельзя. А за нелегальный ввоз приходится доплачивать уже самим покупателям. Так, цены на детские игрушки отличаются в разы. Знакомый по Украине поролоновый меч за 25 гривен здесь стоит 96.

Пиво в ДНР теперь аристократический и недешевый напиток. Украинского пенного на витринах не найти. Сейчас появилось пару видов российского пива из Владикавказа — по 26 гривен за бутылку. На полках встречаются два вида неожиданно недорогого немецкого пива – срок изготовления 5.05.2014, срок годности 1 год. А, например, мультивитаминный сок из Республики Адыгея Российской Федерации — 21 гривна за литровый пакет. Еще в супермаркете встречается один вид «Российского» сыра российского же производства по 120 гривен за килограмм.

Консервы, минеральная вода, часть водки – российского производства. Возможно, для москвичей украинское сало по 150 рублей, или домашняя свинина по 270, или вполне приличная местная водка по 100 – смотрятся вполне приемлемо. Но по местным меркам – это очень дорого. Кто не знает, зарплаты и цены на продукты в России существенно выше, чем на Украине. А в ДНР заработные платы не то чтобы существенно ниже украинских, просто работы не много, заводы стоят, а тот бизнес, что есть, работает по сокращенной рабочей неделе.

Введение рубля как второй валюты особого облегчения не принесло. Банки по-прежнему не работают, банкоматов нет, обналичить деньги с карт, правда, можно, но под 10% комиссионных.

Банки в Донецке закрылись еще осенью. Счета блокированы в декабре по решению Нацбанка Украины. Не работает ни одно отделение банка, прекратилась инкассация, и, соответственно, погасли банкоматы.

Покупки в Донецке – местами увлекательный квест. В небольшом придомном супермаркете «Брусниця», например, четыре кассы работают в разных режимах. Одна принимает исключительно рубли, две других только гривны, а четвертая предоставляет особый сервис – оплату кредитными картами. У кассирши перед лицом экран компьютера, а клиенты рассчитываются с помощью интернет-банкинга. То и дело сюда зовут охрану для отмены продаж. Старики не всегда понимают, что для того, чтобы расплатиться своей картой, нужно с собой иметь и свой телефон – на него приходит SMS с паролем.

Так выглядит украинская экономическая блокада.

И отдельная тема – гуманитарная помощь. «Каши Ахметова» — это бренд! Ими меняются, ими помогают малоимущим, их принимают в качестве оплаты за услуги. В «ахметовских» пакетах чаще всего недорогие каши — ячневая, перловая, овсяная. Гречка после подорожания из пакетов пропала. Иногда перепадает килька и рыбные консервы.

— Это так удивительно видеть, что кто-то еще что-то покупает в магазинах, – рассказывает 33-летняя жительница Пролетарского района Донецка, мать двухлетнего ребенка. – Есть очереди на рынках за дорогим, но редким домашним мясом. И совсем рядом есть люди, которые практически ничего не покупают. Как наша няня Ирина. Она учительница, мужу пятьдесят, и его фирма больше не имеет заказов на новую кровлю, а сыну чуть больше семи лет. Как им жить? Мы им свои каши отдавали, по соседям передачи собирали…

Перевод на человеческий язык этой тирады прост. Фонд Ахметова помогает пенсионерам, матерям-одиночкам, детям до семи лет. Молодая учительница, муж не пенсионного возраста и ребенок старше семи лет — на помощь фонда рассчитывать не могут и источников получения еды не имеют.

Так, учителя с сентября по март получили от ДНР 3000 гривен. Сейчас пришла первая зарплата в рублях…

Чтобы понять, что означает для социальной стабильности ДНР помощь Ахметова, нужно запомнить две цифры. Стандартный пакет с едой (крупа и консервы), которой должно хватить взрослому человеку на экономное существование в течение одного месяца, весит 13 килограмм. В мае фонд «Поможем» отметит достижение цифры в 3 000 000 (три миллиона!) поставленных в «зону АТО» продуктовых пакетов.

Если совместить эту цифру с информацией, что предприятия Ахметова единственные не прошли регистрацию в ДНР и, соответственно, не платят там официально налогов, то определенные выводы напрашиваются сами собой. У Ахметова есть свои давние договоренности с ДНР. Во всяком случае, больше никто не может позволить себе не регистрироваться в республике. Но без него и его продуктовой помощи в Донецке было бы сложнее. Именно поэтому добровольческие батальоны Украины пытались перекрыть дорогу конвоям фонда Ахметова в Донецк.

В магазинах Донецка также дефицит памперсов, женских прокладок, скупой ассортимент моющих средств. В соцсетях можно часто встретить призывы ввозить для отделений новорожденных и детских больниц банальный физиологический раствор для капельниц — его тоже нет в нужном объеме.

При всем при этом жизнь в Донецке не беспросветна — работают все театры, Дома творчества молодежи, школы, детские сады, кружки, открываются спортивные клубы.

Кроме еды в Донецке люди больше всего говорят о мире и войне. Войну со страхом ждут. Причем каждый свою.

Славянцы – наступления на север области. Дончане с ужасом – наступления в Песках, Спартаке или Авдеевке. Боятся неизбежных при этих сценариях обстрелов города. Слухи вспыхивают перед каждым праздником или при громкой перестрелке. В последние дни гремит все чаще, а в наиболее поврежденный и наименее заселенный Киевский район даже прилетели снаряды. Новые слухи роятся вокруг двух массовых мероприятий – 9 и 11 Мая (в этот день год назад прошел референдум о независимости). День Победы и объявленный выходным День республики. На их празднование активно зазывают народ, врачей и учителей — кое-где даже в приказном порядке. В центр Донецка снаряды еще не прилетали, но все бывает в первый раз.

В преддверии 9 Мая на площади Ленина в Донецке успешно прошла репетиция парада, были колонны МЧС, МВД, военного лицея и, конечно, армии. Колоннам республиканской гвардии свой колорит саблями и кубанками придавали активно вливаемые в нее в последнее время казаки. Ополченцы часто шагали не в ногу, кое-кто был в спортивных костюмах вместо камуфляжа, но все очень старались. Технику пока имитировали грузовиками, а вот 9 Мая тот же назначенный мэр Донецка Игорь Мартынов обещал пару десятков танков и другую технику. Знамя на репетиции парада вместо гимна выносили под «Священную войну».