Право на коллегию

Конституционный суд рассмотрит вопрос о доступности суда присяжных

Конституционный суд приступил к вопросу о доступности для граждан суда присяжных, право на который закреплено в Конституции. Жалоба касается частного случая — подал ее несовершеннолетний, который посчитал, что его лишили возможности предстать перед судом народа лишь из-за возраста. Но для юридического сообщества вопрос этот принципиальный — год от года компетенция суда присяжных в России сокращается.

Конституционный суд начал рассматривать дело подростка, обвиняемого в изнасиловании и убийстве. Прошлогодние поправки в Уголовно-процессуальный кодекс (УПК) лишили его и многих других обвиняемых права на суд присяжных. Заявитель, находясь под арестом, обратился с жалобой на новую редакцию УПК, подвергшую его дискриминации.

Заявитель Вадим Филимонов в суд не приехал. Сейчас он находится в изоляторе города Владимира как обвиняемый в убийстве и изнасиловании. Адвокат Филимонова также отсутствовал. Но судьи решили рассмотреть дело без них, поскольку те не просили отложить дело. Другие участники слушаний не возражали.

Судья-докладчик Александр Бойцов сообщил, что в жалобе подвергается сомнению конституционность ч. 3 ст. 31 УПК РФ.

Выяснилось, что заявитель Филимонов был обвинен в изнасиловании и насильственных действиях сексуального характера, а также убийстве в начале 2013 года.

Тогда дела по этим преступлениям были подсудны судам субъектов РФ и могли слушаться присяжными. Филимонов воспользовался этим правом, и его уголовное дело поступило 25 июля 2013 года во Владимирский облсуд. Но предстать перед судом присяжных ему не довелось.

С 1 августа 2013 года вступил в силу федеральный закон №217, изменяющий подсудность в УПК. Дела, которые ранее рассматривались судами субъектов РФ в первой инстанции, оказались в юрисдикции райсудов.

Исключение составили преступления, за которые подсудимый может быть приговорен к смертной казни или пожизненному лишению свободы.

Пожизненно посадить в тюрьму несовершеннолетнего нельзя. Поэтому судья Владимирского облсуда отправил дело Филимонова в районный суд. Получилось, что заодно Филимонова лишили права на суд присяжных — по закону дела с участием заседателей слушаются только в судах субъектов Федерации.

«Новая редакция 31-й статьи УПК лишает несовершеннолетних обвиняемых права на рассмотрение дела судом присяжных и носит дискриминационный характер, ухудшает их положение и влечет отмену их прав. Это свидетельствует о ее несоответствии Конституции РФ», — написал в жалобе Филимонов.

Заявитель считает, что оспариваемая норма придает обратную силу закону, ухудшая положение граждан. По его мнению, теперь подростки, в отличие от взрослых, лишены права на рассмотрение уголовного дела с участием присяжных. Хотя несовершеннолетние, напротив, нуждаются в повышенных гарантиях своих прав.

Фрунзенский райсуд Владимира 24 февраля 2014 года приостановил рассмотрение уголовного дела Филимонова и ожидает решения КС.

Участники процесса, представляющие законодательную власть, были уверены, что права Филимонова не нарушаются.

По их мнению, нет разницы, кто рассматривает дела — присяжные заседатели или профессиональные судьи».

«Право на суд присяжных не входит в основное содержание конституционного права на судебную защиту, — заявил депутат, представитель Госдумы в КС Дмитрий Вяткин. — Суды присяжных и суды профессиональных судей обязаны рассматривать дело одинаково беспристрастно и обязаны принять решение, основанное на законе. Государственная дума просит признать оспариваемую статью УПК соответствующей Конституции».

Вяткин сослался на международное законодательство, которое не включает право на суд присяжных в число обязательных составляющих элементов правосудия. И даже ЕСПЧ отказался рассматривать несколько дел, в которых жалобщики (ирландцы, англичане, россияне) были недовольны тем, что национальные суды отказали им в суде присяжных.

Представитель Госдумы пояснил, что закон №217 был принят, чтобы усилить роль районных судов как основного звена судов общей юрисдикции, наиболее приближенного к населению. Кроме того, поправки в УПК были приняты с оглядкой на то, что 1 января 2013 года в России ввели институт апелляционного производства по уголовным делам.

Полпред Совфеда в КС Александр Саломаткин поддержал коллегу. «Речь идет не об ограничении права на судебную защиту, а о дифференциации ее процессуальных форм», — сказал Саломаткин.

Представитель Генпрокуратуры Татьяна Васильева заявила, что «чем меньше слушателей» рассматривают дела о половых преступлениях с участием несовершеннолетних, тем лучше — нельзя травмировать психику потерпевших: «Эти дела предполагают вторжение в личную жизнь граждан и особую сложность в общении с несовершеннолетними потерпевшими. В условиях суда присяжных это делает затруднительным их всестороннее и объективное разрешение».

Между тем практикующие адвокаты в один голос говорят об огромной разнице в рассмотрении дел профессиональными судьями и судами присяжных, о чем свидетельствует огромная статистика оправдательных приговоров.

По данным Верховного суда РФ, в прошлом году профессиональные судьи оправдали лишь 4,5% обвиняемых, а суды присяжных — 20%.

«Большая разница, кто слушает дело, — заявил «Газете.Ru» адвокат Дмитрий Динзе. — Когда непрофессиональные юристы выносят вердикт, появляется большая состязательность, все зависит от того, кто предоставит больше доказательств — обвинитель или адвокат, как доказательства будут предоставлены, в каком объеме».

По словам Динзе, права Филимонова могли быть нарушены. Если обвиняемый выбрал право защищаться в суде присяжных, а поправки в закон вступили в силу впоследствии, то его нельзя лишить способа защищаться так, как он хочет. «Это ущемление прав, — считает защитник. — Не соответствует Конституции данный закон. Если обвиняемый выбрал суд присяжных и это было зафиксировано на протокол, то он сделал свое волеизъявление. Тем более, если слушания начались по существу, если начали выбирать присяжных, какие-то процедуры проводить».

«Вам это скажет любой адвокат.

Суд присяжных может стать единственным шансом для невиновного человека в России, — полагает петербургский юрист Николай Семин.

— Исторически обвинение всегда более поддерживалось государством, чем защита. Но прокуроры так и не научились состязаться должным образом с адвокатами. Поэтому госорганы так не любят суды присяжных, тенденция к выводу дел из судов присяжных началась давно. Говорят, что заседатели не объективны. Получается странная логика: 12 судей необъективны, а один объективен».

Решение по делу Филимонова будет оглашено публично, но дата пока не назначена.