Цивилизация
Следственный комитет подозревает троих пожизненно осужденных неонацистов в попытке взять на себя вину за чужие преступления, чтобы выгородить соратников. Как полагают спецслужбы, осужденные за теракт на Черкизовском рынке и ряд других преступлений на почве расовой ненависти Николай Королев и Олег Костарев, а также признанный виновным в 15 убийствах Василий Кривец сознательно дали ложные показания по нескольким эпизодам.
В 2006 году нацисты забили насмерть 71-летнего кубинца на улице Талалихина недалеко от ресторана «Старая Гавана», а в 2004-м взорвали бомбу во вьетнамском общежитии — тогда пострадали 18 человек, в том числе трое детей.
В декабре 2012 года в этих преступлениях признались Королев, Костарев и Кривец. По словам адвокатов ультраправых, следственные действия активно шли весь прошлый год — во время проверки показаний на месте обвиняемые уверенно рассказывали о деталях преступлений. Однако во вторник утром в рамках этого же уголовного дела сотрудники ФСБ неожиданно провели обыск в квартире жены Николая Королева Вероники.
«Собранные по делу доказательства свидетельствуют о том, что Костарев, Королев и Кривец в действительности могут быть непричастны к совершению указанных преступлений и оговорили себя, получив информацию о конкретных обстоятельствах от иных лиц», — говорится в постановлении о проведении обыска в квартире жены Королева.
Ранее в ходе обысков в камерах СИЗО «Бутырка», где сейчас содержатся Королев, Костарев и Кривец, были обнаружены письма и распечатки публикаций из интернета с обстоятельствами преступлений, которые, по версии следствия, передавались подозреваемым в ходе встреч с адвокатами и близкими родственниками, в том числе женой Королева. Кроме того, по версии ФСБ, супруга ультраправого террориста собирала средства для финансирования «сторонников неофашистской идеологии», находящихся в розыске и в местах лишения свободы. В квартире Королевой, по ее словам, изъяли праворадикальную литературу, всю переписку с мужем с момента ареста, чеки об оплате лекарств и обедов в СИЗО, баннеры, компьютеры, телефоны и фотографии мужа, в том числе детские.
Вероника Королева утверждает, что все это козни следователя Левона Агаджаняна с целью отправить ее мужа из московского СИЗО в колонию особого режима в поселке Харп за полярным кругом. «Следствие шло хорошо, полтора года все было нормально. Что совершили, то и говорили, а потом, бах, вот так…» — рассказала Вероника «Газете.Ru». В виновности мужа у нее нет никаких сомнений, но убийства и теракты ее никогда не смущали. Супруги познакомились еще десять лет назад, до ареста Королева, и, по мнению женщины, убивший пожилого кубинца праворадикал уже тогда «был крут, а стал еще круче».
«По китайцу же осудили, за другие преступления, а тут чего-то не так», — рассуждает Королева, вспоминая дело об убийстве корейца, в котором Королев также ранее признался вместе с Костаревым.
Выступая в суде по делу о нападении на гражданина КНДР, Королев призвал судить его не за убийство, а по статье «Жестокое обращение с животными».
Новую логику следствия не может понять и адвокат Игорь Поповский, защищавший Королева. «Это что-то новое в нашей практике — доказывать, что человек невиновен, мотивируя тем, что человек берет на себя чужие преступления, — сказал Поповский «Газете.Ru». — Это абсолютно нелогично. Например, в колонии для пожизненно осужденных, где Королев содержался, весной прошлого года против начальника оперчасти возбудили уголовное дело именно за выбивание явок с повинной». По словам защитника, в случае с Королевым нацист сам охотно давал уверенные показания по делу на месте преступления.
Адвокат рассказал также, что дело об убийстве кубинца и о взрыве в общежитии мигрантов — не единственное преступление, признание Королева в котором в СК ставят под сомнение.
Так, еще в сентябре прошлого года радикал взял на себя ответственность за убийство судьи Натальи Урлиной в Долгопрудном. Однако следствие до сих пор не спешит с предъявлением обвинения неонацисту.
У адвоката Костарева Алексея Коврижкина своя версия нового витка дела праворадикалов. «Понимаете, следователь Агаджанян по национальности армянин и ярко выраженный русофоб, — объяснил «Газете.Ru» Коврижкин. — Он считает, что и Костарев, и Кривец, и Королев должны находится в более суровых условиях, дабы ответить за те преступления, которые они совершили. Есть еще момент политический: может быть, дело состоит в том, что ребята здесь постоянно выступают, используя суд как трибуну. Вы помните, и по «делу китайца» они так поступали».
По мнению адвоката, в связи с всплеском антимигрантских настроений в обществе такие «авторитетные» для ультраправых фигуры в Москве стали неудобны власти.
«Все это почему-то совпало с тем, что мы заговорили о ребенке», — строит свои догадки о причинах нового витка дела Вероника Королева. Недавно она обратилась во ФСИН с просьбой разрешить ей процедуру искусственного оплодотворения, чтобы зачать ребенка от своего мужа. Другой возможности у нее нет — длительного трехдневного свидания с супругом ей не дают, потому что по закону пожизненно осужденным такая форма общения с близкими положена только после десяти лет отсидки.
В Следственном комитете в среду получить комментарии не удалось.
