Ненависть голая и непознанная

Художнику, голым прибившему себя гвоздем к брусчатке Красной площади, грозит до пяти лет тюрьмы

Евгений Сафронов, Алексей Крижевский 15.11.2013, 21:52
close


Художник Петр Павленский у здания Тверского суда Москвы

Художник Петр Павленский у здания Тверского суда Москвы

Виталий Белоусов/РИА «Новости»

Петербургскому художнику Петру Павленскому грозит уголовное наказание по статье «хулиганство» за акцию, проведенную им у Кремля 10 ноября. Тогда Павленский пригвоздил себя за кожу мошонки к брусчатке Красной площади, закрепив гвоздь между камнями. Юристы не видят оснований для его уголовного преследования, но, с учетом процесса над Pussy Riot, не берутся прогнозировать, чем может закончиться это дело.

О том, что у полиции претензии к нему не закончились, художник узнал из СМИ утром в пятницу. Как рассказал Павленский «Газете.Ru», накануне вечером ему позвонили из московского ОВД «Китай-город» и поинтересовались, где он находится. Художник ответил, что уже вернулся домой в Петербург, на чем разговор и завершился.

А в пятницу днем Павленский написал в своем фейсбуке, что «в 15.20 получил официальное уведомление о вызове в Отдел дознания в Москву».

Напомним, после своей акции 10 ноября на Красной площади Петр Павленский был задержан, но спустя три часа его отпустили без каких-либо правовых последствий. Тогда полицейские доставили Петра в Тверской суд. Ему вменили административное правонарушение, но судья Елена Сташина не нашла в его действиях ничего предосудительного.

Когда и почему именно изменилась позиция правоохранителей, пока непонятно. Официальный представитель ГУ МВД по Москве в пятницу лишь подтвердил, что в отношении Павленского возбуждено уголовное дело по пункту «б» части 1 ст. 213 УК РФ (хулиганство). Дословно соответствующее обвинение звучит так: «Грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы».

Однако пояснить, как и какой именно из видов ненависти или вражды был проявлен Павленским на Красной площади, в ГУ МВД не смогли.

Стоит отметить, что, по данным полиции, объяснениям самого художника и видеозаписи, запечатлевшей часть его акции, он не делал никаких заявлений, не демонстрировал никаких воззваний или плакатов и даже не пояснял ничего жестами.

Часть 1 статьи 213 имеет широкий разброс в выборе наказания — от штрафа в 300–500 тыс. руб. до исправительных работ на срок от одного года до двух лет, либо принудительных работ на срок до пяти лет, либо лишения свободы на тот же срок.

Художник назвал свою акцию «Фиксация» и приурочил ее ко Дню полиции, который отмечается 10 ноября. На Красной площади Павленский приковал себя к брусчатке с помощью гвоздя, продетого через кожу мошонки. Практически сразу же к Павленскому подошли полицейские, которые некоторое время не понимали, что с ним делать, а после накрыли его покрывалом.

«Голый художник, смотрящий на свои прибитые к кремлевской брусчатке яйца, — метафора апатии, политической индифферентности и фатализма современного российского общества», — так Павленский объяснил свой поступок сразу после акции.

«Я был готов к этому (преследованию властями. — «Газета.Ru»), потому что вижу, как ведет себя власть, — рассказал в пятницу Павленский «Газете.Ru» — И в этом спектакле власти нужно быть готовым ко всему. Если для меня избрали такую меру пресечения, возможно, это связано с грядущей Олимпиадой, и меня или закроют, или оставят под подпиской. Здесь даже бессмысленно гадать. И если я позволю страху руководить собой, получится, что я потворствую всему, что делает власть, и косвенно участвую во всем, против чего я протестовал».

Общение с полицейскими для Павленского не в новинку, но все предыдущие акции заканчивались для него без уголовных дел.

«После акции «Шов» 23 июля 2012 года (тогда Павленский с зашитым ртом стоял с одиночным пикетом у Казанского собора в Санкт-Петербурге в знак поддержки панк-группы Pussy Riot. – «Газета.Ru») мне вменялось мелкое хулиганство, суд состоялся через два месяца и полностью меня оправдал, не найдя состава преступления, — говорит Павленский. — Более того,

после каждой моей акции меня направляли на психиатрическую экспертизу, собирался целый консилиум врачей. Благо, что психиатр не был настроен меня упрятать: он понял мою мотивацию и не стал придумывать ложных диагнозов. Таким образом, меня признали здоровым.

Даже в случае уголовного преследования я не буду убегать. У меня нет никакого имущества, поэтому любые репрессивные действия власти будут направлены против моего тела.

Каждым таким процессом власть заколачивает очередной гвоздь в крышку своего гроба.

И если власть окажется настолько глупа, что действительно меня посадит, то тем самым она еще больше себя дискредитирует».

Адвокат Дмитрий Аграновский, выступавший защитником многих фигурантов дел об экстремизме, уверен, что оснований для уголовного преследования Павленского нет.

«Не вижу оснований, почему так жестко надо реагировать, — сказал он. — Может быть, здесь есть неуважение к обществу и грубое нарушение общественного порядка: все-таки появиться в голом виде на Красной площади — это вызов. Но состава преступления в такой формулировке здесь определенно нет. В текущей редакции статьи «хулиганство» все, что не нравится властям, квалифицируется как разжигание ненависти. Впрочем после дела Pussy Riot удивляться ничему не приходится – там тоже не было состава преступления.

Единственное, чего следует опасаться Павленскому, — это психиатрической экспертизы, которая может признать его невменяемым. Таким образом, если его признают виновным, его может ожидать принудительное лечение.

Предыдущие экспертизы здесь не имеют значения. Состояние здоровья – дело изменчивое. И судебная практика знает случаи, когда разные экспертизы несколько раз чередовали заключения о вменяемости или невменяемости».

С Аграновским согласна и адвокат Оксана Михалкина.

«По степени общественной опасности его деяние преступным быть не может, — считает она. — Хулиганство имеет квалифицирующие признаки, например неповиновение требованиям полиции или с применение предметов, используемых в качестве оружия. Это совершеннейший абсурд. Если человек совершил акт членовредительства, вернее мошонковредительства, то вред он причинил исключительно себе, так что общество от этого никак не пострадало. Максимум, что он совершил, — административное правонарушение. Если дело дойдет до суда, оно обретет политическую окраску».

Искусствовед Андрей Ерофеев, сам подвергавшийся уголовному преследованию за организацию выставки «Запретное искусство-2006», считает, что художник имеет право на выход за рамки общепринятых правил.

«Я считаю, что у художника в обществе должны быть особые права, — сказал он «Газете.Ru». — Полицейский нарушает ПДД, когда гонится за преступником. Хирург вскрывает грудную клетку, чтобы сделать операцию. Журналист сообщает важную информацию и имеет право скрывать источник, в том числе от следственных органов.

Художник точно так же имеет право на нарушение общественного порядка: он указывает обществу на его больные места.

Искусство всегда принимает неудобные для государства и общества формы, иначе оно не занимает внимания общества. Данная акция заслуживала спокойного к себе отношения – мол, вышел новый юродивый, сказал что-то своим поведением. Если мы обратимся к опыту общения неофициальных художников с властью в советское время, мы увидим, что

коммунисты на дух не переносили современное искусство, однако относились… терпеливо, что ли.

Возбуждение дела я считаю проявлением особой конфронтации, в которую вступила власть с современным искусством. Административный проступок раздут до уголовного преступления. Когда судья отпустила Павленского, отказав в возбуждении административного дела, у меня даже поначалу были надежды на внезапное проявление здравого смысла, но теперь они полностью опровергнуты».

Петр Павленский получил известность своими акциями, связанными с самоистязанием. Кроме упоминавшейся выше акции «Шов» с зашиванием рта, в мае 2013-го обернутый в несколько слоев колючей проволоки обнаженный Павленский лежал у входа в законодательное собрание Санкт-Петербурга. Таким образом он протестовал против «законов, направленных на подавление гражданской активности, запугивание населения».

В свою очередь, писатель и культуролог Владимир Паперный скептически оценил художественную ценность перформанса Павленского. «Акция относится к тому же жанру, что и акция Герострата, — заявил он ресурсу COLTA.ru. —

Тот разрушил храм, этот разрушает свое тело. Храм восстановили, мошонку зашили.

Результат: неделю о Петре Павленском будут писать все СМИ (никакой другой цели у такой акции нет), потом забудут, пока он еще чего-нибудь себе не отрежет или не пришьет, что было бы намного интереснее».