Верховный суд в понедельник оставил в силе приговор Мосгорсуда, согласно которому экс-начальника главного следственного управления (ГСУ) СКП Дмитрия Довгия посадили на 9 лет, лишили чина советника юстиции и оштрафовали на 800 тыс. рублей. Дважды откладывавшееся из-за болезни адвоката второго подсудимого Андрея Сагуры Роберта Зиновьева заседание коллегии из трех судей началось в 10 утра.
Самих фигурантов — Довгия с Сагурой — на Поварскую улицу ни разу не привозили: с судьями они разговаривали с пяти развешенных по розовым стенам зала мониторов.
По данным следствия, Сагура получил для Довгия взятку в размере 750 тыс. евро от владельца Инвестсоцбанка Руслана Валитова, в отношении которого ГСУ расследовалось уголовное дело по ст. 174 УК РФ (легализация денежных средств, приобретенных другими лицами преступным путем). Это дело расследовалось в рамках эпизода по факту хищения более 1 млн тонн нефти на сумму 6,5 млрд рублей у компании «Томскнефть», возбужденного в 2006 году и выделенного из дела ЮКОСа.
Следствие стало проверять на причастность к преступлению бизнесмена Валитова. О проверке стало известно Довгию, и, как заявляла на заседаниях прокурор, глава ГСУ решил предложить предпринимателю избавить его от возможных проблем с законом за крупное вознаграждение. Для этого в качестве посредника, сказано в уголовном деле, он привлек своего друга – бывшего сотрудника военной прокуратуры Андрея Сагуру. В итоге Сагура получил для Довгия 300 тыс. евро, а когда в силу вступило постановление об отказе в возбуждении уголовного дела против Валитова, еще 450 тыс. евро.
И сам обвиняемый, и его адвокат Юрий Баграев считают «сфабрикованное дело» личной местью главы СКП Александра Бастрыкина за конфликт экс-сотрудника с ведомством. Адвокат Довгия полагает, что у его клиента начались проблемы из-за критики, которой несговорчивый следователь, занимавшийся расследованием уголовных дел в отношении замминистра финансов России Сергея Сторчака, генерала ФСКН Александра Бульбова и петербургского предпринимателя Владимира Барсукова (Кумарина), подвергал свое бывшее руководство в прессе. Кроме того, как рассказал на процессе сам Бастрыкин, выступающий в качестве свидетеля, Довгий подавал ходатайство об освобождении под залог смертельно больного вице-президента ЮКОСа Василия Алексаняна и требовал из Читы материалы уголовного дела ЮКОСа. «Довгий принял решение о переводе Алексаняна из СИЗО под залог. Мне о решении по одному из центральных фигурантов по делу ЮКОСа он не доложил и разрешил выходить с ходатайством об освобождении в Басманный суд», – сказал Бастрыкин. Ранее в интервью «Газете.Ru» Баграев назвал действия СКП «провокацией и актом мести за публичные признания Довгия в прессе относительно нарушений и злоупотреблений в ведомстве».
По версии защиты, в отместку за «непокорность» Довгия следователи подослали к нему владельца Инвестсоцбанка Валитова, который на двух встречах говорил с ним о якобы переданных 750 тыс. евро. Разговоры записали на диктофон, после чего уволенного главу ГСУ арестовали и предъявили обвинения в получении взятки и превышении должностных полномочий. Выступая на процессе с последним словом, Довгий сказал, что больше не будет работать в правоохранительных органах и намерен стать правозащитником.
Решение жюри и должен был в понедельник проверить на законность Верховный суд. Довгий выступал перед тройкой около получаса. Он еще раз заявил, то не совершал никаких преступлений, что все судопроизводство в его отношении было незаконным и что при вынесении приговора суд не учел его болезнь (в 2007 году у Довгия было кровоизлияние в мозг).
Его адвокат Баграев спорил с прокурорами о законности аудиозаписей разговоров Довгия с Валитовым и Сагурой (на них была основана фабула обвинения) и о не поставленных перед присяжными вопросах по второму вменяемому Довгию преступлению – превышению должностных полномочий (они были объединены с вопросами о получении главой ГСУ взятки).
Кроме того, Баграев заявил, что прокуроры, которые сидели рядом с присяжными и по ходу процесса отпускали различные замечания (например, о дорогой недвижимости Довгия, о его привычках пить вина за $1,5 тыс.), «вели себя некорректно». «Зато вы сидели к ним лицом и смотрели прямо в глаза», — парировала гособвинитель Мария Семененко.
Подсудимый Сагура говорил долго, споря с судьей, просившим не повторять его уже заявленные в ходатайствах факты. Он утверждал, что главный свидетель обвинения — находящийся под уголовным преследованием предприниматель Руслан Валитов — оговорил Довгия и его, чтобы выйти из СИЗО под подписку о невыезде. «Если бы было возможно, Валитов пристегнул бы нас и к убийству Кеннеди», — сказал Сагура.
Адвокат Сагуры Борис Кожемякин в своей речи напомнил об аресте следователя ГСУ Андрея Гривцова, подозреваемого в вымогательстве $15 млн за непривлечение к уголовной ответственности президента ЗАО «Росэнегромаш» Владимира Палихаты. «Если рядовой следователь берет $15 млн, то с какой стати его начальник будет брать всего 750 тыс. евро?!» — заметил адвокат.
Около трех дня судьи ушли в совещательную комнату и вернулись в зал спустя полтора часа. Часовая речь Довгия и подробные доказательства предвзятости прокуроров Сагуры их не впечатлили.
Решение Мосгорсуда осталось без изменений: тройка не вычла ни дня, ни рубля из приговора.
Оставшиеся с момента ареста семь с половиной лет Довгию предстоит провести в колонии строгого режима.
