В понедельник в Мосгорсуде адвокаты бывшего руководителя Главного следственного управления (ГСУ) СКП РФ Дмитрия Довгия, обвиняемого в получении взятки в 750 тыс. евро, продолжили представлять доказательства. Пока присяжные ждали приглашения в зал в специально отведенной комнате, а судья Дмитрий Фомин отчитывал прокурора Марию Семененко за забытый где-то том уголовного дела, адвокаты заявили несколько ходатайств о приобщении к делу новых документов. Одним из таких доказательств стал ответ сети винных магазинов ООО «Коллекция вин» на адвокатский запрос. Как напомнил адвокат бывшего помощника главного военного прокурора России Андрея Сагуры Роберт Зиновьев, по словам владельца Инвестсоцбанка Руслана Валитова, который ранее давал показания в суде, именно в магазине этой сети он купил вино «Бароло» в деревянном ящике. Этот ящик, по словам того же Валитова, он потом набил купюрами по 500 евро и отдал Довгию в качестве взятки за непривлечение к уголовной ответственности по делу «Томскнефти».
Однако в «Коллекции вин» адвокатам сообщили, что «Бароло» в деревянных ящиках никогда не продавали.
Бывшему главе ГСУ Дмитрию Довгию инкриминируется ч. 1 ст. 286 (превышение должностных полномочий) и п. «г» ч. 4 ст. 290 (получение взятки в крупном размере) УК РФ. Его сослуживцу Андрею Сагуре предъявлено обвинение по ч. 5 ст. 33, п. «г» ч. 4 ст. 290 (пособничество в получении взятки в крупном размере) УК РФ. По данным следствия, Сагура получил для Довгия взятку в размере 750 тыс. евро от «известного предпринимателя, в отношении которого ГСУ расследовалось уголовное дело по ст. 174 УК РФ (легализация денежных средств, приобретенных другими лицами преступным путем)».
И сам обвиняемый, и его адвокат Юрий Баграев считают «сфабрикованное дело» личной местью главы СКП Александра Бастрыкина за конфликт экс-сотрудника с ведомством. Адвокат Довгия полагает, что у его клиента начались проблемы из-за критики, которой несговорчивый следователь, занимавшийся расследованием уголовных дел в отношении замминистра финансов России Сергея Сторчака, генерала ФСКН Александра Бульбова и петербургского предпринимателя Владимира Барсукова (Кумарина), подвергал свое бывшее руководство в прессе. Ранее в интервью «Газете.Ru» Баграев назвал действия СКП «провокацией и актом мести за публичные признания Довгия в прессе относительно нарушений и злоупотреблений в ведомстве».
Довгий пытался судиться со Следственным комитетом из-за своего незаконного увольнения после того, как ему пришел приказ, датированный 21 апреля 2008 года и подписанный лично Бастрыкиным. Как сообщала пресс-служба СКП, уволить Довгия решили по результатам проверки, в ходе которой было установлено, что он нарушил закон «О прокуратуре РФ» (несоблюдение ограничений и неисполнение обязанностей, связанных со службой) и закон «О государственной гражданской службе РФ» (разглашение или использование в целях, не связанных с гражданской службой, сведений, отнесенных, в соответствии с федеральным законом, к сведениям конфиденциального характера, или служебной информации, ставшей известной в связи с исполнением должностных обязанностей).
На Довгия донесли его же подчиненные, рядовые следователи Зигмунд Ложис и Сергей Чернышев. В докладных записках подчиненных Довгия говорится, что руководитель ГСУ получил $1,5 млн от фигуранта одного из уголовных дел – директора компании «Петро-Юнион» Клигмана.
Еще 2 млн евро Довгию якобы заплатили за освобождение из тюрьмы бывшего зампреда правления Траст-банка Олега Коляды, проходящего по делу «Томскнефти». Двое других попавших под подозрение сотрудников Следственного комитета – Сергей Глухих и Юрий Ермаков – якобы намеревались незаконно перевести из московского СИЗО «Матросская Тишина» в Санкт-Петербург криминального авторитета Владимира Барсукова (Кумарина).
Получив докладные записки, 25 марта глава Следственного комитета Александр Бастрыкин подписал приказ об отстранении Довгия. Вместе с начальником ГСУ от работы были отстранены и его подчиненные: первый заместитель Алексей Новиков, начальник одного из отделов управления Сергей Глухих и следователь по особо важным делам Юрий Ермаков. Позже все трое были уволены из управления.
Впрочем, приобщить этот документ к делу судья Фомин отказался. Зато остальные ходатайства адвокатов вопреки обыкновению удовлетворил. По инициативе защитников Довгия и Сагуры в дело добавились два отказа МВД прислать своих специалистов в суд для выступления в качестве экспертов. «Видимо, в ведомстве увидели, что их просят выступить по вызову защиты, и решили проявить корпоративную солидарность», — прокомментировал адвокат Зиновьев письменные отказы начальника кафедры организации ОРД Академии управления МВД России Валерия Атмажитова и начальника Правового департамента МВД Валерия Черникова. Сами милицейские начальники сослались на занятость.
Еще одна претензия защитников была направлена в адрес авторов комплексной психолого-лингвистической экспертизы разговоров Сагуры, Довгия и Валитова, записанных сотрудниками ФСБ. Из заключения волгоградских психологов и лингвистов следует, что Довгий и Сагура были при разговоре с Валитовым спокойны, ощущали свое превосходство и все трое говорили на понятном друг другу языке, используя сленг и аллегории.
Главный вывод, к которому пришли эксперты Марина Желтухина и Виктор Кисляков: Довгий в разговоре косвенно подтверждает факт получения денег.
Беседы подсудимых и свидетеля анализировали в Волгограде, где находится крупная лаборатория судебной экспертизы при Минюсте. Правда, саму экспертизу проводили специалисты, к этой лаборатории отношения не имеющие. «Экспертиза проводилась коммерческими экспертами, не работающими в госучреждениях Минюста. Кроме того, в Министерстве юстиции нам заявили, что этим специалистам, психологу и лингвисту, не выдавали документы об аттестации, дающие право на самостоятельную экспертную деятельность», — сообщил суду адвокат. Несмотря на протест прокурора Семененко, судья документы к делу приобщил. Впрочем, сама экспертиза, проведенная специалистами сомнительной компетенции, тоже осталась в деле.
Решив процессуальные вопросы, судья Фомин наконец пригласил в зал томившихся в своей комнате присяжных. Адвокат Довгия Юрий Баграев еще раз объяснил заседателям, что входило в компетенцию его подзащитного, когда он возглавлял ГСУ, а потом перешел к оглашению содержащихся в материалах биллингов телефонных соединений — распечаток времени входящих и исходящих вызовов на мобильный Довгия с указанием места ближайшей базовой станции, принимавшей звонок. По версии следствия, в начале октября 2007 года, в пятницу (это могло быть и 5, и 12 октября), подсудимый Сагура ужинал с Довгием в ресторане «Мускат» на Новослободской улице, а Валитов приходил туда, чтобы посмотреть на Довгия и убедиться, что Сагура хорошо знает главу ГСУ.
Но, согласно данным телефонной компании, вечером 5 октября Довгий с работы поехал на Ленинградский вокзал, а оттуда домой, в Петербург, а 12 октября, поработав примерно до семи вечера, отправился в общежитие Генпрокуратуры на Азовской улице — там Довгию выделили служебную квартиру после поступления на службу в СКП.
Еще один день, на который адвокаты решили обратить внимание заседателей, — 9 ноября 2007 года, когда, по версии следствия, глава ГСУ получил от Валитова первый транш взятки в том же ресторане «Мускат». В этот день, согласно данным биллингов, Довгий тоже работал, а потом уехал из здания в Техническом переулке по Садовому кольцу. Последний звонок был сделан в 20.45 с Садово-Спасской улицы. «Но у вас же был еще и другой телефон?» — обратилась к подсудимому прокурор Семененко, ранее отказавшаяся задавать вопросы Довгию. «Да, был», — подтвердил Довгий из клетки, продиктовал номер и добавил: «Мне от присяжных скрывать нечего». Двое членов коллегии, задремавших под жужжание кондиционеров, встрепенулись и посмотрели на подсудимого. Впрочем, развития интриги не последовало: огласить распечатки соединений второго телефона Довгия прокурор не пожелала.
На этом выступление защитников экс-руководителя ГСУ СКП закончилось: как заявили они «Газете.Ru» в перерыве, сказанное ими в суде доказывает не только невиновность Довгия, но и отсутствие события преступления как такового. «С Валитовым я встречался, потому что действительно надеялся, что он предложит мне работу, познакомит со «старшими товарищами» из правоохранительных органов, как он их называл, с тем же Бортниковым (глава ФСБ Александр Бортников — «Газета.Ru»). А мне нужна была команда, я после увольнения остался один», — обратился Довгий к присяжным и добавил, что «если Валитов выдумал «старших товарищей», то и деньги выдумать ему ничто не мешало». После перерыва заседание продолжилось допросом его предполагаемого подельника Сагуры, который также заявил о своей невиновности.
