В Москве отпраздновали Крещение Господне. К вечеру пятницы на главных водоемах города, районных озерах и местных прудах обустроили более 40 прорубей, к которым подогнали машины «скорой помощи» и МЧС. 18 и 19 января в них успели искупаться 12 тысяч москвичей. Купание в этом году обошлось без крещенских морозов: в черте города воздух прогрелся до -6°С, температура воды составляла +3°С.
Самая известная и привилегированная иордань – в Серебряном Бору на Бездонном озере – была холоднее. Именно сюда к 23.30 приехал депутат Госдумы Владимир Жириновский с коллегами. Мэр города Юрий Лужков от посещения Бездонного озера в этом году отказался, поэтому лидер ЛДПР стал звездой вечера. Перед его визитом прямо у озера развернули два обогреваемых брезентовых шатра и установили осветительную тубу в пять метров высотой, которая то и дело норовила упасть. Правда, прорубь политикам приготовили обычной прямоугольной формы – а не в виде креста, как полагается.
Чтобы послушать молебен, набрать освященной воды, посмотреть, как купается Жириновский, и трижды окунуться самим в Серебряном Бору собралось более тысячи человек.
Бабушки с внуками, пьяные подростки, отцы семейств, менеджеры и их спутницы в сапогах на высоком каблуке прошли не менее полукилометра по обледеневшей дороге. Им пришлось миновать два усиленных кордона милиции и стоять вдоль берега за железными ограждениями. Первые два часа к проруби пускали только журналистов, водолазов и священников. Но москвичи, позвякивая бутылками в целлофановых пакетах, не обижались, а терпеливо ждали, растянувшись в очередь по всему лесу.
«Это мое любимое место для крещенских купаний, каждый год сюда приезжаю, ничего не боюсь, все умею, сто раз плавал», — скороговоркой выпалил Жириновский перед тем, как скрыться в раздевалке. Появился батюшка, на ходу поправляя рясу и гадая, какой стороной надеть скуфью. Позади священника выстроились певчие, с боков встали два молодых служителя с высокими свечами в руках. Началась служба. Ветер сразу задул свечи, а в портативном громкоговорителе сели батарейки. — Смотри, монашки поют! Значит, тоже купаться будут, — внезапно заговорил один из сотрудников МЧС, кивая на певчих. — Может, и не будут, — усомнился его коллега.
— Как это не будут? Им положено. А самый кайф, знаешь, в чем? У них такие длинные белые шелковые рубашки, и вот она три раза окунется, а потом выходит из воды – и все в облипку! Насквозь вообще видно! — Служба вообще-то идет, — нарушила диалог сотрудница заповедника. — Да ладно. Он чего-то невнятно читает, не слышно. Вот что он сейчас говорит? — Все, что надо, — отрезала женщина, и спасатели замолчали.
В это время батюшка уже опускал крест в воду. Один из водолазов-спасателей достал из сугроба пятилитровую пластиковую бутылку и, не дожидаясь конца молебна, начал набирать воду. Певчие отошли в сторонку, из зеленого шатра к проруби потянулись раздетые политики. Жириновский появился в красном полосатом халате, недоверчиво заглянул в темную воду и отогнал помощника: «Сам все сделаю!».
Спустился по железным ступенькам вниз, окунулся по ягодицы и с громким фырканьем, не перекрестившись, полез назад.
«Три раза надо окунаться, три, Владимир Вольфович!» — закричали лидеру ЛДПР со всех сторон, но тот уже натягивал халат.
«Что это за обычаи? Купаться надо в самом Иордане, там кругом +20°С и финики на деревьях! А у нас холод, проруби, язычество сплошное», — объяснил Жириновский журналистам и повел разговор о политике.
На 11-й минуте интервью замерзшая и протрезвевшая толпа горожан подняла недовольный крик и засвистела. «Ну все, убегаю», — оборвал себя на полуслове политик и ретировался к машине.
Милиция начала пускать православных к проруби: по 20 человек за раз. В целях экономии времени многие из купальщиков раздевались прямо на снегу. Около двух ночи, когда корреспондент «Газеты.Ru» уже искал выход из леса, горожане продолжали идти к озеру.
Все, кто не успел искупаться ночью в Серебряном Бору, могли окунуться в холодную воду в самом центре Москвы на следующий день.
Утром 19 января патриарх Московский и всея Руси Алексий II совершил Божественную литургию и великое освящение воды в Богоявленском кафедральном соборе в Елохове. Сразу после этого на площади Революции, посреди праздничной ярмарки с качелями и медовухой, власти ЦАО выставили две кадушки – побольше и поменьше. Воду в них носили ведрами из соседнего ресторана. Возможно, поэтому она сразу же подернулась жирной пленкой. Корейские туристы с любопытством заглядывали в импровизированные купели, трогали воду и ждали храбрецов, которые в них залезут. Среди пары сотен зевак безуспешно вел пропагандистскую работу вице-президент федерации закаливания и зимнего плавания Сергей Максимов. «Вода от 0 до +4 градусов – это вода «сжатая», она освобождена от всех микробов, бактерий, которые выпадают в осадок, эта вода – лекарство», — убеждал он прессу и горожан. В 14.00 на площадь приехал молодой священник, прочитал молитву и обмакнул крест в мутную жидкость.
В кадушках искупались четыре христианки, около десятка пенсионеров и группа моржей, вызванная на площадь по списку.
Свежевыкупанные москвичи дрожали от холода, поджимали ноги, но не могли отказать себе в удовольствии попозировать перед телекамерами. «А что, женщин больше не будет?» — поинтересовались фотографы у организаторов действа, глядя, как в бочонок карабкается очередной старик. Услышав в ответ: «Желающих больше нет», журналисты упаковали аппаратуру и уехали.
Еще одна освященная иордань располагалась в глубине ВВЦ на пруду у павильона № 38 «Рыболовство». Рядом с вырубленной по канонам прорубью лежал ледяной крест толщиной в полметра. Около 16.00 перила и переносную лестницу из воды уже убрали, двери в теплое помещение заперли, но народ продолжал моржевать. Здесь корреспондент «Газеты.Ru», не выдержав двухдневного крещенского дежурства, искупался вместе со студентами и менеджерами среднего звена.
