Цивилизация
— По словам источника в институте им. Сербского, где Александр Пичушкин три месяца проходил обследование, его признали вменяемым, но с ограничением по статье 22 УК РФ (уголовная ответственность лиц с психическим расстройством, не исключающим вменяемости). Что значит — ограниченно вменяемый? Повлияет ли это как-то на условия отбывания наказания?
— Такое решение экспертов означает, что Пичушкин вменяем и может отвечать за свои действия. Но когда он будет находиться в тюрьме или колонии, врачи будут за ним пристально наблюдать. Судебные психиатры выявили у него психопатические черты характера, потенциальную психопатию.
В дальнейшем у Пичушкина есть все шансы превратиться из потенциального психопата во вполне реального: теперешнее состояние его сознания может привести к развитию шизофрении.
— То есть Пичушкин – потенциальный шизофреник?
— Может оказаться так, что психические отклонения Пичушкина являются форпост-симптомами шизофрении. Они будут прогрессировать, когда он окажется в тюрьме, и его придется перевести в стационар – то есть в психиатрическую больницу.
Одна из предпосылок к развитию шизофрении у серийных убийц и маньяков – это наличие так называемой моноидеи. То есть маньяк убивает людей какой-то определенной группы по какой-то определенной причине.
— А что это за идеи? Как они появляются у будущего маньяка?
— Очень часто бывает, что в качестве моноидеи выступает желание очистить планету (город, страну) от каких-то недостойных, по мнению маньяка, личностей. Например, когда я работал в судебной психиатрии, у нас проходил обследование маньяк, который убивал проституток. И он, кстати, был шизофреником. А вот Пичушкин убивал исключительно знакомых. Правда, в этом случае мотив не вполне ясен, здесь идет речь лишь об удовольствии, которое «битцевский маньяк» получал от процесса убийства.
Одна из особенностей психического состояния Пичушкина в том, что ему на протяжении многих лет удавалось скрывать свои отклонения – по его поведению никто из окружающих не мог предположить, что он способен на убийство.
— Как же ему удавалось скрывать свои наклонности от близких, коллег по работе?
— То, что Пичушкин скрывал свои преступления и у него не обнаруживались патологические симптомы, еще не говорит о его психическом здоровье, скорее, наоборот. Тут дело в так называемом эмоциональном дефекте.
У психически здорового человека после совершения убийства появляется страх, раскаяние, боязнь, что преступление раскроют. А у Пичушкина таких чувств не возникало.
Причина такой «эмоциональной бедности» может крыться в особенностях воспитания, его детских впечатлениях и наличии наследственных патологий.
— Пичушкин стал маньяком из-за того, что его плохо воспитывали?
— Не всегда можно точно обозначить причину. Вполне возможно, что это особенности воспитания: например, его жестоко наказывали или не привили каких-то стойких моральных установок в семье. Может быть, склонность к жестокости передалась ему по наследству – не обязательно от родителей, такие отклонения могут передаваться от более далеких предков.
Вообще, склонность к садизму заложена в генотипе человека. Если ее нет на генетическом уровне, нормальный человек может стать садистом только после тяжелого потрясения или травмы, из мести, например. Но не каждый потенциальный маньяк становится серийным убийцей – на природные особенности всегда влияют внешние факторы.
Такие личности, как Пичушкин, называются социопатами, то есть у них наблюдается патология социального развития. Проще говоря, его поведение определяет среда: воспитание, круг общения, социальные институты.
— Известно, что в раннем детстве Александр Пичушкин получил травму головы. Это как-то могло повлиять на его психическое развитие?
— Я уверен, что эта травма даром не прошла. Научно доказано, что особая жестокость, злоба, склонность к насилию всегда связана с органическими повреждениями головного мозга – будь то сотрясение мозга или инфекционные заболевания с высокой температурой.
У всех больных, страдающих расстройствами воли, которые выражаются в склонности к садизму, в анамнезе – то есть в прошлом – были какие-нибудь черепно-мозговые травмы.
— В суде Пичушкин не только подробно рассказывает о совершенных убийствах, но и ведет себя вызывающе: нарочито небрежно относится к вопросам прокурора, смакует детали своих преступлений. Это тоже диагноз?
— Выступления Пичушкина в суде позволяют сделать вывод об истероформном поведении. Он стремится произвести на публику впечатление, хвастается своими незаурядными способностями – ведь ему удалось совершить несколько десятков убийств, а попался он только на шестом десятке. При этом он до конца не осознает, что впечатление от его рассказов может быть только негативным.
Пытаясь привлечь к себе внимание любым путем, Пичушкин ведет себя как типичный истерик. К тому же налицо признаки инфантилизма.
— Александр Марксович, а сложилось ли у вас какое-то общее впечатление, картина психического состояния предполагаемого «битцевского маньяка»?
— Очень многое в личности Пичушкина для меня остается непонятным. Особенно это касается немотивированности убийств, которые он совершал, — ведь, по сути, единственным мотивом является получение удовольствия от процесса, что само по себе ненормально. У меня нет основания сомневаться в профессионализме коллег, которые проводили экспертизу — раз нет никаких доказательств его болезни, то о болезни нельзя говорить. Но я бы не стал так скоро – экспертиза проводилась три месяца — решать вопрос о вменяемости Пичушкина.
