«С поразительной быстротой развиваются в настоящее время события! Точно на экране кинематографа перед нами мелькают одно за другим события, лица и страны, выдвигаемые на сцену каким-то гигантским пате-журналом. Балканское смятение сменилось австро-сербской войной, а ее теперь уже совсем заслонил начавшийся общеевропейский пожар», — писал 20 августа 1914 года «Архангельский вестник».
В России войну и вовсе называли «мировой войной тевтонского племени со славянским». Однако врагом считали не только немца — продолжалась борьба с алкоголем и водочной монополией.
«Начался вековой опыт борьбы с тем вековым и злым внутренним врагом русского народа, который именуется пьянством. В звероподобное состояние начал переходить наш кроткий по природе и добродушный православный человек», — писал о происходящем в стране «Елецкий вестник».
20 августа утром германская группировка атаковала пять русских дивизий в районе Гумбиннена, пытаясь взять их в клещи. Когда этого сделать не удалось, они начали атаковать со всех сторон, иногда прикрываясь пленными.
«Как совместить, что эти же мужественные воины в бою под Гумбиненом опозорили себя нечеловеческим зверским преступлением: во время одной из атак, они поставили в первые ряды своих атакующих горсть несчастных русских пленных, безоружных... пока они не были все расстреляны!..» — писал участник сражения А.А. Успенский, впоследствии попавший в плен и оставшийся там вплоть до окончания войны.
«К каким результатам приведет приказ генерала Притвица отступить за Вислу, трудно даже и представить. Пруссией овладеет русская власть и после этого — открытый путь через Силезию на Берлин! Война может быть проиграна», — нагнетала немецкая пресса.
«Говорят, что Бенкендорф — из Конной гвардии — ранен, но, слава Богу, легко. Известий с фронта слишком мало. Как это жестоко!» — писала в своем дневнике в этот день мать императора Николая II Мария Федоровна, еще не узнавшая о победе.
В Европе же людей волновала смерть папы Римского Пия X. Предполагалось, что, пока собирающийся в Ватикане конклав будет выбирать нового понтифика, европейские державы прекратят боевые действия. Тем не менее призыв священнослужителей услышан не был — немецкая армия взяла Брюссель и с переменным успехом продолжала воевать с французами. Шел двадцать четвертый день Первой мировой войны.
