Пенсионный советник

«У нас одна задача с планетарием»

Интервью члена совета директоров музея занимательных наук «Экспериментаниум»

Николай Подорванюк 21.05.2011, 12:25
imhonet.ru

Об интерактивных музеях науки, о первом подобном музее в СССР и в современной Москве, а также о задачах подобных учреждений в интервью «Газете.Ru» рассказала член совета директоров музея занимательных наук «Экспериментаниум» Наталия Потапова.

— Когда появилась идея создать Музей занимательных наук «Экпериментаниум»?

— Идея появилась чуть больше года назад, прошлой весной. Мы как-то собрались с друзьями и решили, что хотим создать в Москве что-то похожее на то, что существовало в Ленинграде в 30–40-е годы — «Дом занимательных наук» профессора Перельмана. Мы все росли на его книжках «Занимательная арифметика», «Занимательная физика», «Занимательная астрономия» и т. д. Нам показалось очень интересным сейчас попробовать сделать в Москве что-то подобное. В России есть несколько таких центров, но чаще всего они довольно маленькие. Нам же хотелось создать большую площадку, где взрослым с детьми было бы комфортно и интересно находиться достаточно долгое время. Поэтому у нас есть не только экспозиция, но и кафе, где можно посидеть и отдохнуть.

Кроме того у нас есть лекторий и лаборатория, где дети делают краски из варенья, изучают особенности стихий (воды, огня, воздуха и земли) и вообще активно участвуют в «научном» процессе.

В течение года мы работали над реализацией нашей идеи и открыли музей в марте 2011 года.

— Мы — это кто?
— Это трое моих друзей и я. Просто москвичи, у которых есть дети и приятные детские воспоминания от занимательного приобщения к науке.

— Но для открытия такого музея нужны средства…

— Да, нужны. Но нам удалось профинансировать создание «Экспериментаниума» за счет собственных средств.

— Проект будет окупаться? Рассчитываете ли вы на это?

— Конечно рассчитываем. Но в основном мы думали не об этом. Проект абсолютно новый, в России не обкатанный. Большинство знакомых, узнав о наших намерениях, сначала говорили: «Как это здорово, как интересно! Но кто вам даст денег?»

А узнав, что мы все делаем на свои средства, они начинали крутить пальцем у виска. Мало кто верил в возможность воплощения такого проекта в современных условиях.

— В июне в Москве открывается планетарий, где будет музей с большим количеством интерактивных экспонатов. Московский планетарий — это ваш конкурент или ваш партнер?

— У нас у всех одна задача — создать у детей и их родителей ощущение того, что наука — это модно, это интересно. Что глупо тратить свою жизнь на бестолковую долбежку по клавишам компьютера, погрузившись в виртуальное пространство видеоигры, а интересно познавать, учиться, модно быть умным, начитанным и много-много знать.

Поэтому в глобальном понимании мы партнеры. Что касается конкуренции, то думаю, Москва очень большой город с глубокими культурными и образовательными традициями и здесь всегда будут востребованы идеи обучать через игру и играть, обучаясь.

К тому же у планетария другая специфика: там очень много электронных серьезных устройств и экспонатов. Мы же идем несколько другим путем.

Мы видели своей задачей сделать экспозицию преимущественно деревянно-оловянно-стеклянной, сведя к минимуму присутствие электроники. Это сделано для того, чтобы дать детям почувствовать, что интересно далеко не всегда то, что познается через монитор.

Что очень интересно покрутить самому что-то, забраться к дедушке на чердак, взять деревяшки и самому что-то смастерить. Есть ощущение, что наши дети чем дальше, тем больше от этого уходят. Они привыкают играть с какими-то визуализациями, виртуальными объектами и иногда, видя материальный объект, не очень понимают, что с ним делать. У них не работает воображение и видение себя в этом материальном мире. И наша задача — постараться вернуть детей из виртуального пространства, напомнить им, что есть не только оно и интересно не только там.

— Кто разрабатывал экспонаты?

— Для этого у нас есть целая группа талантливых людей. Экспонаты находятся в постоянном контакте с детьми и регулярно выходят из строя, им требуется ремонт или даже замена. Когда мы создавали музей, прежде всего понимали необходимость создания собственного производства экспонатов. На этом производстве проходит полный цикл создания экспоната — от дизайн-проекта до воплощения его в жизнь.

— Учитывался ли международный опыт при создании музея?

— Конечно. Мы были во многих музеях науки, регулярно ездим на конференции, общаемся с коллегами. Мы являемся активными членами этого сообщества, какие-то экспонаты закупаем, продаем наши творения. Тут идет постоянный обмен мнениями, рекомендациями, советами и экспонатами. Мы стараемся быть вовлеченными в международный процесс.

Но сказать, что мы копируем иностранный опыт, было бы не совсем верно, потому что идея создания интерактивных экспонатов возникла еще в Советском Союзе.

К сожалению, во время блокады Ленинграда сам автор идеи профессор Перельман и его «Дом занимательных наук» погибли. Но все, что распространилось дальше по миру и выросло в систему музеев науки, пошло именно оттуда. Увы, с момента гибели «Дома занимательных наук» прошло почти 70 лет, но зато теперь и в Москве есть «Экспериментаниум».

— Какие музеи науки в других странах вы бы выделили?

— Все музеи науки похожи, но все они при этом довольно разные. И это неудивительно: каждый из них отражает культурные, исторические и образовательные особенности своей страны. Например, в Лондоне более сдержанная обстановка, в Японии очень много электроники и робототехники. В Швеции посетители абсолютно самостоятельны. Им на входе выдается буклет с описанием того, что нужно делать и что иллюстрирует каждый экспонат, далее посетитель предоставлен самому себе. У нас другие традиции, поэтому, кроме того что посетители «Экспериментаниума» имеют возможность прочитать описания и самостоятельно освоить экспозицию, у нас работает большой штат экскурсоводов, которые проводят и групповые, и индивидуальные экскурсии по экспозиции.