По информации WSJ, заместитель советника по национальной безопасности президента США Дональда Трампа Кэтлин Макфарланд приблизительно две недели назад поставила задание ряду правительственных структур оформить свои предложения по выработке новых подходов в отношении северокорейского режима. В техническом задании говорилось о «всестороннем переосмыслении» дипломатических отношений США и КНДР. В связи с этим аналитикам предлагалось выйти за рамки «политического мейнстрима», подумать над различными вариантами действий.
Издание отмечает, что на недавних переговорах Трампа с премьер-министром Японии Синдзо Абэ дипломаты не раз заявляли о своей озабоченности проводящимися на Корейском полуострове испытаниями и рассматривают все возможные варианты действий в отношении Пхеньяна.
Источники WSJ также полагают, что экстренный поиск нового подхода в северокорейской политике связан с возможными в ближайшем будущем испытаниями межконтинентальной баллистической ракеты, способной доставить ядерный заряд до территории США.
По мнению российского политолога Евгения Минченко, проводившего подробный анализ прошедшей президентской кампании в Америке и причин победы Трампа, такие действия текущей администрации могут быть связаны с необходимостью сменить внешнеполитическую информационную повестку и добиться быстрых успехов, поскольку сейчас президенту активно навязывают Россию в качестве главного врага.
«Сейчас там на одной чаше весов мифические русские хакеры, а на другой — реальные режущие головы террористы из [запрещенного в РФ. — «Газета.Ru»] ИГИЛ» (организация запрещена в России), — констатирует абсурдность текущей американской повестки Минченко.
В разговоре с «Газетой.Ru» эксперт высказал предположение, что именно режим Пхеньяна больше всего подходит на роль главного врага, способствующего как объединению американских элит, так и обоснованию роста военных расходов, на которых настаивает президент. ИГ кажется самым очевидным соперником, но на самом деле в борьбе с исламистами на Ближнем Востоке слишком сложно выстроить конфигурацию союзников. Иран в качестве врага номер один также не подходит — давление на него приведет к неминуемому осложнению отношений с Россией. Китай тоже отпадает из-за глубокой экономической взаимозависимости и высокой весовой категории такого соперника.
«Для маленькой победоносной войны, а вернее для маленького победоносного потрясания оружием, КНДР очень даже подходит», — резюмирует Минченко.
Кроме того, против открытого силового давления на КНДР будет выступать Китай.
Здесь эксперт проводит аналогии с расширением НАТО в Европе и реакцией на это России: какое бы ни было соседнее государство — малое, неудобное в торговле и дипломатии, — все лучше, если оно не входит в альянс с потенциальным противником.
«Единая Корея, если мы, конечно, не берем маловероятный сценарий объединения под властью Пхеньяна, не будет устраивать Китай ни при каких обстоятельствах. Это аналогично объединению Германии. Демонтаж Северной Кореи — раз и навсегда, а все возможные предложенные в обмен обещания и договоры всегда можно будет отозвать. Народ демократической Южной Кореи в любой момент сможет обратиться к дружественной Америке с просьбой обеспечить безопасность и разместить на своей территории военные базы и станции наблюдения. Поэтому лучше иметь под боком пускай экстравагантный, но буферный режим», — предлагает свой анализ Ломанов.