Главы МИД Турции и Армении Ахмед Давудоглу и Эдвард Налбандян в субботу подпишут армяно-турецкие межправительственные протоколы «Об установлении дипотношений» и «О развитии двусторонних отношений». Сообщение об этом распространили в пятницу швейцарское и турецкое дипломатические ведомства. Церемония пройдет в Цюрихском университете, в Швейцарии, которая посредничала на переговорах.
Помимо представителей Федерального департамента по внешним сношениям Швейцарии на церемонии будут присутствовать главы российской и американской дипломатий, Сергей Лавров и Хиллари Клинтон, министр иностранных дел Франции Бернар Кушнер, а также верховный представитель ЕС по внешней политике Хавьер Солана. Москва, Вашингтон и Париж являются сопредседателями Минской группы ОБСЕ, которая призвана способствовать урегулированию конфликта в Нагорном Карабахе.
Официально вопрос об этом замороженном конфликте подниматься не будет. Готовясь к переговорам,
Ереван отказался от предварительных условий — признания официальной Анкарой армянских погромов 1915 года в Османской империи геноцидом и увязки вопроса о дипотношениях с прогрессом в карабахском вопросе.
Анкара в 1993 году в знак солидарности со своим союзником Азербайджаном закрыла границу с Арменией, поставив эту постсоветсткую республику в фактическую изоляцию.
В Армении оценки принимаемых документов разнятся. Партии националистического толка, в том числе «Дашнакцутюн», апеллируя к позиции армянской диаспоры за рубежом, выступают категорически против подписания протоколов, которые, как они считают, могут ослабить позиции Еревана, лишив его возможности маневрировать в других спорных вопросах.
Президент Саргсян в начале месяца совершил недельное «панармянское турне» по крупнейшим центрам зарубежной армянской диаспоры — Парижу, Нью-Йорку, Лос-Анджелесу, Бейруту, чтобы заручиться там поддержкой, но и там реакция была неоднозначна. Многие категорически против того, чтобы вопрос о событиях 1915 года обходили молчанием.
После подписания протоколы поступят на рассмотрение профильных комитетов армянского и турецкого парламентов, а затем в случае положительной их оценки их ратификация будет вынесена на голосование всего состава законодательного корпуса.
Обычно для установления дипотношений хватает лишь решения исполнительной власти, но в данном случае речь в протоколах идет о признании Арменией нынешних границ Турции, для чего требуется согласие двух третей членов парламента.
Парафированные протоколы, закрепляющие границы, описанные в Карском договоре 1921 года, также вызвали в Армении критику. Вопрос признания Арменией положений договора, заключенного между Турцией и тремя закавказскими советскими республиками, дебатируется по сей день. Этот документ, по сути, является единственным определяющим сегодня отношения Анкары и Еревана. И, хотя официальные власти Армении никогда не выдвигали инициатив его пересмотра, националистическая оппозиция говорит о его нелегитимности, поскольку ни Советская Армения, ни кемалисткая Турция не являлись на тот момент субъектами международного права.
На заседании Совета национальной безопасности в четверг Серж Саргсян заметил, что выдвижение территориальных претензий будет не лучшим началом для нормализации отношений. «Есть реалии политической культуры XXI века, с которыми мы обязаны считаться», — цитирует его агентство News.Am.
Смущает критиков правительства и роль США в разработке договоренностей.
Американская администрация самым активным образом подключилась к переговорам. Клинтон, по словам ее заместителя по делам Европы и Евразии Филиппа Гордона, принимала непосредственное участие в деле урегулирования отношений между этими странами и намерена делать это и впредь.
Барак Обама также включился в этот процесс. Во вторник он связался по телефону с Саргсяном и в разговоре особо подчеркнул, что в Вашингтоне ждут продолжения переговоров без предварительных условий, при этом они не должны затягиваться. Как сообщила пресс-служба Белого дома, Обама пообещал поддержать этот процесс.
Активность американцев показывает, что армяно-турецкая нормализация – это «геополитический фактор для всего Закавказья», уверен член научного совета Московского центра Карнеги Алексей Малашенко.
«Россия перестает играть роль исключительного партнера Еревана и главного медиатора при решении карабахского конфликта. Этим и объясняется исключительно сдержанная реакция Москвы на готовящиеся соглашения», — заметил эксперт в беседе с «Газетой.Ru».
В комментарии, данном в четверг журналистам, представитель российского МИДа Андрей Нестеренко заметил, что договоренности Еревана и Анкары выводят на путь, «ведущий к всеобъемлющей нормализации межгосударственных отношений между Арменией и Турцией», и заодно «приведут к оживлению двусторонних торговых контактов, позитивно отразятся на экономике обеих стран».
Открытие армяно-турецкой границы сулит России, контролирующей значительную долю армянской экономики, прибыли, но не очень значительные, полагает Малашенко. «Армения, всегда испытывавшая недоумение, почему Москва не подчеркивает свои особые отношения с Ереваном, теперь получает возможность проводить многовекторную политику, и, естественно, это отразится и на ее внешнеэкономической политике», — считает он.
Грузия лишается статуса транзитера товаров на армяно-турецком направлении, но и здесь выгода Москвы не очевидна, считает Малашенко. «На этом направлении у Москвы совсем другая игра, и Турция, как новый фактор в Закавказье, может преподнести неприятные для России сюрпризы, скажем, в Абхазии», — предполагает он.
Шедшие два года при посредничестве Швейцарии переговоры между Ереваном и Анкарой вступили в решающую стадию в апреле этого года. Тогда стороны согласовали принятие «дорожной карты» дальнейших шагов по нормализации отношений.
В последний день лета МИДы Армении, Турции и Швейцарии распространили совместное заявление, в котором объявили о парафировании протоколов о нормализации отношений, обозначив полуторамесячный период, в ходе которого их содержание выносилось бы на общественное обсуждение в двух странах. «Саргсян в этом смысле сделал решительный шаг: против него высказались решительно все, но, если дело выгорит, он получит значительные политические дивиденды», — заключает Малашенко.
