Прокунин употреблял ЭПО, чтобы вылечить колено, а Тимофеева — чтобы избавиться от головокружения

В понедельник Антидопинговый комитет Союза биатлонистов России (СБР) дисквалифицировал Андрея Прокунина и Веронику Тимофееву за употребление допинга — рекомбинантного эритропоэтина (ЭПО) — на два года, начиная с 6 апреля. Агентству «Весь спорт» стали известные некоторые подробности заседания и самих случаев.
Первое заседание постоянного Антидопингового комитета СБР прошло в расширенном составе. Кроме семи из восьми членов комитета (отсутствовал из-за болезни только председатель — исполнительный директор СБР Сергей Кущенко) и участников скандала пригласили экспертов — в частности, члена медицинского комитета Международного союза биатлонистов Ларису Жуковскую и президента Федерации биатлона Москвы Владимира Малина.
В задачу Антидопингового комитета, где в отсутствие Кущенко председательствовал Александр Перелыгин, входило оценить изложенные нарушителями факты, выслушать комментарии экспертов — и вынести решения. Прокунин и Тимофеева для защиты выбрали самую простую версию: допинг попал в организм с лекарственными препаратами, о приеме которых не знал никто, кроме них самих и их терапевтов.
Прокунин рассказал, что применял препарат, в состав которого входит рекомбинантный ЭПО, для излечения разболевшегося колена. Тимофеева сообщила: использовала препарат с содержанием рекомбинантного ЭПО (отличный от того, что применял Прокунин), чтобы избавиться от головокружений, появившихся из-за низкого уровня содержания гемоглобина. А говоря о методе применения, выбрала определение «подкожно», а не «внутримышечно» или «внутривенно».
Инъекции препаратов, содержащих рекомбинантный эритропоэтин, оба спортсмена получили уже в Новосибирске, куда приехали для участия в чемпионате России в неолимпийских дисциплинах, за два дня до старта, после которого были взяты оказавшиеся положительными допинг-пробы — 17 марта. При прохождении допинг-контроля не указали препараты, которые применяли — как сказали, из-за своей забывчивости.
Также спортсмены не смогли объяснить отказ от проведения контрольных проб «Б». Сначала и Прокунин, и Тимофеева решили воспользоваться правом перепроверить допинг-пробы. А спустя шесть дней от анализа контрольных проб «Б» отказались. На заседании комитета сказали что-то вроде: ну, мы сели, обсудили — и решили отказаться. На уточняющий вопрос одного из экспертов — «С кем сели и обсудили?» — ответили, что с теми самыми терапевтами.