Цивилизация
Больше тридцати лет назад был учрежден Всемирный день борьбы со СПИДом — с 1988 года начало зимы становится временем, когда можно и нужно вспомнить о тех, чьи жизни унесла эта болезнь, узнать о том, насколько широко она сейчас распространена, и о способах профилактики.
А еще — подумать о людях, которые живут с ВИЧ прямо сейчас и которым приходится нелегко не потому, что болезнь не изучена, не поддается терапии или распространяется неизвестным образом. Просто несмотря на то, что в наше время всякий образованный человек знает, что ВИЧ передается половым путем или из крови в кровь, независимо от сексуальной ориентации или образа жизни человека, и что благодаря антиретровирусной терапии ВИЧ-положительные люди могут жить долго и счастливо, одной из самых болезненных проблем остается стигматизация. К людям с таким статусом до сих пор относятся с опаской или пренебрежением.
Практически так же к ним относились и тридцать пять лет назад, когда СПИД несправедливо называли «чумой XX века», хотя уже тогда было известно, что воздушно-капельным путем он не передается. Тогда бороться за то, чтобы люди с этим синдромом не воспринимались как изгои, означало проявить исключительное мужество и королевское благородство. И если и был человек, благодаря которому самые обычные люди понимали, что ВИЧ — не чума или проказа, — то это принцесса Диана.
В 1987 году в Мидлсекской больнице в Лондоне принцесса Уэльская открывала первое в Великобритании отделение для людей, больных СПИДом или оказавшихся носителями ВИЧ.
Общаясь с пациентами, «народная принцесса» пожала руку 32-летнему пациенту.
Она не надела перчатку — хотя так опасались делать даже медсестры: это стало историческим моментом, который если не перевернул, то хотя бы немного сдвинул в лучшую сторону отношение к ВИЧ-инфицированным.
«Если члену королевской семьи разрешают пойти и пожать руку пациенту, то кто-нибудь на автобусной остановке или в супермаркете тоже может это сделать. Это образовывало людей», — так оценит потом этот жест в беседе с «Би-би-си» Джон О'Рейли, медбрат, работавший в отделении.
И это действительно просвещало людей во всем мире — пока газеты пугали эпидемией СПИДа, фотографии принцессы Дианы, продолжавшей навещать пациентов специализированных отделений, убеждали читателей глянцевых журналов, таблоидов и еженедельников, что ВИЧ не передается при прикосновении.
В 1991 году, например, она посетила хоспис для больных СПИДом в Торонто — маленькое отделение на 12 коек. Как писала позже, в 1997-м, основательница учреждения Джун Коллвуд в журнале Maclean's, тогда знаний об этой болезни было так мало, что даже родственники пациентов боялись приближаться к ним и навещали родных, держась от них на расстоянии. Но принцесса Диана переходила из палаты в палату, присаживалась на кровати и брала за руки пациентов.
«ВИЧ не делает людей опасными для тех, кто с ними знакомится, — подтверждала принцесса Диана в том же 1991-м на конференции, посвященной больным СПИДом детям. — Так что вы можете пожимать им руки и обнимать. Одни небеса знают, как это им нужно».
Сегодня дело, начатое принцессой Дианой, продолжает ее младший сын принц Гарри — в мире, где есть терапия и люди знают о ВИЧ-инфекции больше, чем в 1987-м, он поддерживает организации, борющиеся с распространением заболевания. «Она хотела узнать умиравших пациентов не как цифры статистики, а как людей, — рассказал он в прошлом году на одном из мероприятий в Новой Зеландии. – За год до смерти моей матери для СПИДа и ВИЧ была впервые разработана по-настоящему эффективная антиретровирусная терапия. Она не дожила до того момента, когда она стала широко доступна и спасла бессчетное количество жизней в Великобритании и за ее пределами».
