Цивилизация
— Вы впервые выступили партнером Роуэна Аткинсона на экране. Что вы можете сказать о работе с комиком такого калибра?
— Очень хорошо. Он совсем не похож на героев, которых он играет.
Роуэн очень серьезный в жизни, и такой тихий, — он все время думает. Он очень умный. И, конечно, работа с ним просто вдохновляет. Он вдохновляет на свершения.
Я постоянно смотрела, наблюдала за ним. Даже когда я в сценах не участвовала, все время следила, как он работает на съемках. Он продумывает каждую сцену. И, конечно, о таком партнере можно только мечтать, потому что чем лучше партнер, тем больше вдохновение.
— Главной темой всего фильма стали современные технологии и что может случиться, если с ними обращаться неосторожно. Не преувеличивает ли картина — или действительно там есть какое-то разумное зерно в этом?
— В фильмах всегда все преувеличено. Но это намек, хоть и в шутливой форме, на то, что, конечно, это может быть, если неаккуратно обращаться. Да, я верю в это. В любом кино есть частица реальности.
— Авторы фильма — англичане, они постоянно смеются над собой. В нем даже был обыгран образ Святого Георгия. Как воспринимается зрителями такой юмор?
— Англичане это обожают. Они очень любят смеяться над собой. Причем, смеяться над собой надо уметь. А то иначе... Это очень хорошее качество, кстати. Я таких людей уважаю и восхищаюсь этим умением.
— Вы уже играли в одном шпионском фильме, но серьезном («Квант милосердия»). И теперь вы снялись тоже в шпионском, но в пародийном. Что вам больше понравилось?
— Это был хороший опыт в обоих случаях. Но в этом мы просто больше смеялись. И результат, конечно, другой. Посмеяться всегда приятно. Конечно, по масштабу работа отличается. Бондиана снималась долго — мы постоянно переезжали, выбирали наиболее подходящие места. «Джонни Инглиш» так долго не снимался. Но в нем, в принципе, все взято из настоящего «Джеймса Бонда». Потому что история по сути такая же — мир кончится, если наш спаситель не успеет. Только он не способный, как Джеймс Бонд, а неуклюжий. И, естественно, мы это обожаем.
Нынешняя роль была более гламурная, чем роль настоящей девушки Бонда. Потому что в «Кванте» мой персонаж — боец.
Она все время в майках ходит оборванных, в штанах грязных, бегает и дерется. Такая боевая девочка в карго-штанах и кроссовках. А здесь вышла даже более классическая девушка Бонда. Вся гламурная — в красивых платьях, с красивым макияжем, прической. Но и немного опасная тоже. По гламурности она во всем превосходит мою Ками в «Кванте».
— В России с разницей всего в неделю выйдут два ваших фильма. Это «Джонни Инглиш» и «Человек, который убил Дон Кихота». Как вам работалось у живого классика, Терри Гиллиама?
— Супер работалось! Он такой классный! Он молодец вообще. Я этого человека обожаю. Он совершенно не заслуживает всех этих напастей, которые с ним случились в процессе создания фильма. Он замечательный, очень талантливый, очень хороший режиссер. С ним очень приятно работать. У него столько идей, он все время ими фонтанирует.
Гиллиам — очень креативный. Он режиссер, который непрерывно вовлечен в процесс, — его видно и слышно. И это не надоедает. Наоборот — хочется, чтобы он был все время был рядом, чтобы он что-то говорил.
Потому что он способен одним словом или движением вдохновить всех актеров. С ним очень интересно работать, очень.
— Вы снимались у многих выдающихся кинодеятелей. Теренс Малик, Джузеппе Торнаторе, Мартин Макдона, теперь Гиллиам. У кого бы вы еще хотели поработать?
— Их очень много — тут всех не перечислишь. Все равно я у всех не снимусь, такого просто не может быть.
— Приоритетов нет?
— Да нет, в принципе. Для меня самое главное, чтобы был сценарий и хорошая роль. Поэтому я уже спокойно к этому отношусь. То есть, приходит предложение — и я его рассматриваю. Если мне интересны люди, которые находятся вокруг меня, история, персонаж, то я не задумываюсь над тем, кто будет постановщиком.
А сейчас появляется очень много новых режиссеров. Поделюсь секретом: у меня был подобный список классиков. Но он уже устарел с тех времен. Сейчас много новых талантливых людей. Все меняется — и в этой когорте появляются новые имена.
