Подписывайтесь на Газету.Ru в Telegram Публикуем там только самое важное и интересное!
Новые комментарии +

«Кино — это три месяца жизни коту под хвост»

Режиссер Ричард Кертис рассказал «Газете.Ru» о своем фильме «Бойфренд из будущего» и о том, почему этот фильм станет для него последним

Режиссер Ричард Кертис рассказал «Газете.Ru» о фильме «Бойфренд из будущего», английском юморе, усталости от режиссуры и о том, откуда у чешского эмигранта британское воспитание.

В прокат выходит «Бойфренд из будущего» — романтическая комедия о путешествиях во времени, с помощью которых молодой герой пробует устроить свою личную жизнь, преодолевая «эффект бабочки» — цепь необратимых следствий в настоящем, запущенных изменениями в прошлом. Картину (оригинальное название которой — «About Time» — можно перевести и как «О времени», и как «Пора...») снял патриарх жанра Ричард Кертис — автор «Реальной любви» и «Ноттинг Хилла». В интервью «Газете.Ru» Кертис рассказал о том, почему больше не хочет снимать кино и как в «Бойфренде» очутились Кейт Мосс и Чарльз Диккенс.

— Вы недавно сказали, что «Бойфренд» будет вашей последней режиссерской работой...

— Да, просто именно это мне кажется правильным на данный момент. Собственно, фильм рассказывает о том, что надо попытаться получать удовольствие от каждого прожитого дня. А если ты делаешь кино, считай, три месяца из твоей жизни — коту под хвост. Я часто задумываюсь в последнее время: допустим, я хочу провести 20 дней со своим другом Биллом Найи. Где это лучше сделать: на каком-нибудь курорте в Саффолке или на съемочной площадке? Ну вот я и решил не ставить себя в ситуацию, когда приходится выбирать. Правда, теперь вопрос в другом: как бы уломать Билла Найи завязать с актерством и отправиться со мной исследовать пляжи Ипсвича? (Смеется.)

— Что-то вы совсем нелестно отзываетесь о режиссерском ремесле.

— Не сказать, что прямо уж нелестно, но это занятие сильно выматывает — и физически, и морально. Удовольствие от процесса не перекрывает мучения. Когда ты всего лишь сценарист, это совсем другой вопрос. Помню, когда я написал свой самый первый сценарий и дело дошло до съемок, я бегал вокруг режиссера и говорил: «Ну дай, дай мне там кое-что изменить!» А он наотрез отказывался. Говорил: «У тебя был целый год, чтобы это написать, а у меня всего лишь день, чтобы это снять». Вот с этим напряжением я и не могу больше справляться. В «Бойфренде из будущего» все сцены на пляже — а их там полно — нам было необходимо снять за один день. Других вариантов не было.

— Если Найи все-таки не согласится уходить из профессии, чем теперь займетесь?

— По-прежнему буду писать сценарии. Это-то мне никогда не надоест! Также хочу проводить больше времени с семьей, с детьми. Хочу показать им мир, поездить с ними в те страны, в которых я сам жил, пройтись по местам боевой славы.

— Вы же, насколько мне известно, все детство провели в переездах из страны в страну. Что ж вам не сиделось-то?

— Просто мой отец работал на крупную компанию, и мы постоянно переезжали. Отец вообще был удивительным человеком. Он родился в Италии в семье чешских эмигрантов, и его звали Антон Чекута. Затем они переехали в Чехословакию, но в итоге осели в Австралии. Там никто никогда не мог правильно произнести его имя. И вот году эдак в 1936-м он решил, что пора открыть телефонную книгу и выбрать оттуда самое нейтральное имя из всех, что только можно найти. Он хотел взять себе псевдоним только ради того, чтобы все могли писать его правильно и чтобы никто над ним не смеялся. В итоге мой отец стал Тони Кертисом, и до конца жизни ему пришлось носить имя кинозвезды. Знал бы он, что по этому поводу его будут дразнить еще больше!

— Тем более что и сам Тони Кертис вовсе не был Тони Кертисом...

— Точно! Какая злая ирония. Он был Бернардом Шварцем и рос в семье эмигрантов из Венгрии. Я так понимаю, любой выходец из Восточной Европы, кому не нравится его имя, может спокойно менять его на Тони Кертиса (смеется). Будем считать, что традиция заложена.

— Как же вы, чех, родившийся в Новой Зеландии, умудрились стать типично английским джентльменом?

— Этому в Британии учат в школах-пансионах для мальчиков. Прямо муштруют и лепят из тебя джентльмена, хочешь ты этого или нет (смеется). Кстати, не знаю, заметили ли вы, но я уже давно наблюдаю тенденцию: неангличане пишут об Англии с большей любовью, чем сами англичане. Я ни в коем случае не пытаюсь себя поставить с ними в один ряд, но вот, например, Оскар Уайлд и Джордж Бернард Шоу были ирландцами, Том Стоппард родился в Чехословакии, Энтони Мингелла происходит из итальянской семьи. Думаю, эта закономерность связана с тем, что у англичан неплохо развита ненависть к себе. Поэтому только люди со стороны могут прийти и оценить эту прекрасную страну.

— Как думаете, такое понятие, как «британский юмор», на самом деле существует?

— Сомневаюсь, а даже если и существует, он постоянно меняется. Когда я был молодым, образцом «британского юмора» считались работы «Монти Пайтон», а они всегда были пародийными, шумными, сюрреалистичными, то есть абсолютно противоположными тому, что делаю я. При этом я обожаю «пайтонов», само собой. Но я не считаю, что они олицетворяют собой этот пресловутый «британский юмор». Более того, его вообще никто не олицетворяет, поэтому будем считать, что его нет (смеется). Как нет юмора и американского, например, а иначе что таковым считать — Вуди Аллена или «Девичник в Вегасе»?

— Героиня Рейчел МакАдамс в фильме отличается особой любовью к Кейт Мосс. Вы, похоже, тайный фанат Кейт?

— Очень даже явный. Я в 1999 году написал сценарий к специальному эпизоду «Черной Гадюки», и там Кейт исполняла роль Мэрион, жены Робина Гуда. С тех пор я стараюсь протащить ее — или упоминание о ней — во все свои работы.

— А как Диккенс попал в фильм? Им одержим уже персонаж Билла Найи.

— Я и вправду считаю, что Диккенс — очень смешной писатель. И по настроению он подходит общей тональности фильма. А еще, знаете, я искренне не понимаю людей, которые говорят что-то вроде «Я сейчас перечитываю «Войну и мир», открываю много нового». Перечитываешь?! Да откуда у тебя нашлось время ее хотя бы один раз прочитать? Так вот, Диккенс всплыл еще и потому, что я из его романа «Домби и сын» прочел только первую половину — вторую не могу добить уже 11 лет. Только не подумайте, что я за эти 11 лет больше ничего не читал! (Смеется.) Но времени на это катастрофически не хватает, конечно. Поэтому я и придумал этот сюжетный ход: герой Билла Найи возвращается в прошлое только лишь с целью читать и перечитывать книги. Я бы многое отдал, чтобы иметь такую возможность.

Новости и материалы
Части работающих пенсионеров могут повысить пенсию
ФСИН расширит полномочия в части применения оружия и цензуры
На Украине заявили о невозможности восстановления всех энергоблоков до зимы
Трамп обвинил Байдена в допущении учений кораблей ВМФ РФ на Карибах
Биометрия персональных данных для россиян станет проще
Западная группировка ВС России нанесла поражение бригадам ВСУ
Гидрометцентр пообещал москвичам отличную погоду на выходных
Россиянам посоветовали закрывать энергоемкие приложения телефона на жаре
ЦБ намерен обязать НПФ выявлять конфликты интересов и управлять ими
Силы ПВО уничтожили несколько БПЛА в Ростовской области
В Шебекино завершили разбор завалов
США не нашли нарушений при проверке «Азова»
США позволят индейскому племени возобновить охоту на китов
Стало известно, когда Кременской район ЛНР будет освобожден от ВСУ
В самолетах Boeing опять нашли изъян
Эксперт рассказал, для чего нужны генетические чек-апы
Стали известны подробности работы чат-бота для жалоб учителей
США считают, что стоимость восстановления Украины неуклонно растет
Все новости