Цивилизация
Вспышка, парашют, джунгли – примерно так в памяти команды из девяти головорезов отпечатались обстоятельства их первой встречи. Якудза, снайперша из ЦРУ, зэк, невесть как оказавшийся тут очкарик, русский десантник (Олег Тактаров), мексиканский защитник кокаиновых плантаций (Дэнни «Мачете» Трехо), африканский сорвиголова и, наконец, взявший на себя руководство загадочный наемник Ройс (Эдриан Броуди) быстро решают не ломать себе голову над причинами, забросившими их в этот тропический ад, а поскорее из него убираться. Вскоре, впрочем, они поймут, что выбраться будет не так просто – они на чужой планете, а заодно и выяснят, почему на ней оказались: здесь расположен охотничий полигон, куда могучие хищники (даже Хищники – в масках, с дредами и кучей оружия, как полагается) свозят самых опасных убийц вселенной, чтобы отточить свои боевые навыки. Иначе говоря, героям придется серьезно постараться, чтобы доказать, что они не просто дичь.
После второго «Чужого против Хищника» казалось, что если франшизу про зубастого паразита еще можно оживить, то вот с могучим межгалактическим охотником точно придется попрощаться.
После таких ударов не встают, и спасло монстра только чудо – за проект взялся Роберт Родригес. Впрочем, взялся он за него еще 15 лет назад, когда в порядке подработки сочинил сценарную заявку для нового фильма франшизы. Снимать картину он не собирался, а потому писал размашисто, без учета бюджета, которого тогда на фильм так и не нашли, и проект воскрес только в прошлом году. Родригес снимать фильм так и не стал – после разборок с фантастическим трэшем в «Планете страха» работать в этом жанре всерьез действительно было бы странно. Вместо себя в режиссерское кресло он посадил осваивающегося в Голливуде новичка Нимрода Антала, который запал в душу автора «Города грехов» удачно прокатившимся по фестивалям индустриальным фэнтези «Контроль». Сам Родригес, в свою очередь, занял ни к чему особенно не обязывающее место продюсера и, судя по всему, настоял на участии в проекте Дэнни Трехо.
Первый и второй «Хищники» были идеальным берсеркерским трэшем – кино, в первую очередь выстроенном вокруг схватки двух крупных животных.
Как ни странно, второй фильм, о котором вообще-то не очень принято вспоминать, прописал эту линию даже четче первого. Если герой Шварценеггера в первой части оставался последним выжившим будто случайно, то соратников его преемника в исполнении Денни Гловера инопланетянин зачищал вполне осознанно – чтобы насладиться спаррингом. Новые «Хищники» раскрывают игру слов в заголовке франшизы дословно («Мы хищники»), чтобы сообщить о серьезности намерений, но в результате оказывается, что сказать им, в общем, нечего. Да, в общем, и не надо – первые два фильма не отличались стройностью концепции, а брали в основном оголтелой бойней и борьбой двух первобытных инстинктов. Однако у отличного в ролях нервических пианистов или смелых биологов Броуди просто в силу мимических особенностей не выходит изображать пробуждение внутреннего воина.
Слишком много скорбной растерянности в его глазах – она-то как раз в итоге и задает тон всему фильму.
Непонятно, что помешало Анталу подпустить в свой фильм веселой восточноевропейской дикости или отдать сердечную дань трэшу, к которому венгр неравнодушен, как и его патрон. Вместо этого он вдруг навязывает героям моральный рост (но они слишком быстро умирают) и заставляет их говорить глубокомысленные восьмидесятнические фразы (в духе той же «Мы хищники»). Выигрышно при таком раскладе выглядит один герой Тактарова со своей одетой в тельняшку фактурой и предсмертной цитатой из фильма «Место встречи изменить нельзя».
Все остальные неуверенно разыгрывают нечто в духе сцен, удаленных из сериала «Остаться в живых», и вызывают в лучшем случае легкие спазмы в гортани.
Самое же обидное осознание приходит ближе к финалу -— хищники на этом измельчавшем фоне тоже предстают существами гораздо более блеклыми и нелепыми. Вместо величественных охотников они оказываются охочими до сафари идиотами, которые с трудом выясняют отношения даже между собой. И вот тут даже зрителю становится понятно, что никакой это не ад, но убираться отсюда надо и поскорее.
