Цивилизация
Есть такая профессия – людей увольнять. В непростое кризисное время такие профессионалы на вес золота, и Райан Биргхэм среди них лучший. С циничной теплотой заглянуть в глаза, привести пару примеров из истории, посулить светлое будущее лысеющему клерку – в этих процедурах равных ему нет. Он даже лекции читает о том, что привязываться к материальным благам нехорошо, что жизнь — это рюкзак, и чем больше в нем напихано, тем тяжелее идти по дорогам, которые мы выбираем. Сам он походному рюкзаку предпочитает компактный чемоданчик. Дома у него нет, он живет буквально в небе: клиентов много, дом не нужен, а за 10 миллионов воздушных миль он мечтает получить членство в малочисленном клубе десятимиллионников и имя на фюзеляже красивого самолета с серебристым крылом. Облака за окном располагают к мыслям о вечности, а не о будущем, случайный секс замещает любящую жену. Так продолжается до тех пор, пока едва оперившаяся менеджерша с амбициями предлагает экономно увольнять людей в формате видеоконференции, поставив под вопрос достижение заветного для Райана рекорда. Да еще и случайная подружка оказывается обладательницей настолько родственной души, что отрываться от земли становится все сложнее.
Разобравшись с проблемами гиперактивных тинэйджеров в «Джуно» и «Теле Дженнифер», Джейсон Рейтман довольно резко, но предсказуемо переключился на взрослых.
«Мне бы в небо» мог стать чем угодно – от посткризисной сатиры о корпоративном киллере до меланхоличной комедии о перековавшемся мизантропе. Нашелся, впрочем, и более легкий путь – все вышеперечисленное мы уже видели, однако выступлений в жанре сентиментальной поколенческой драмы в нулевых было до обидного мало. Персонажам на пятом десятке уже давно отводят роли либо героев боевиков, либо родителей уже упомянутых подростков, будто забыв о тех, кто места среди людей себе так и не нашел. Таков герой Клуни, и лучшей метафоры, чем вынужденный небожитель, обитающий в бизнес-классе, в данном случае не придумать.
Описание быта героя, занимающее первую половину картины, – зрелище действительно завораживающее.
Плавное движение камеры позволяет зрителю погрузиться в совсем другой мир, с которым средний посетитель мультиплекса сталкивается лишь по касательной. Мир этот, в котором мили не стирают подошв, а количество разноцветных пластиковых карт определяет степень душевного родства, местами поражает не меньше трехмерных пейзажей далеких планет.
За всем этим того, что рядом с мечтательно равнодушным (как и подобает корпоративному ангелу) Клуни постепенно начинают мельтешить какие-то люди, поначалу не замечаешь.
Режиссер же упорствует, и обратить внимание собственно на сюжет приходится в тот момент, когда небо становится совсем далеко, а события дают сентиментальный крен едва ли не в духе оскаровского лауреата 1980 года «Москва слезам не верит».
Будто побоявшись не справиться с управлением, Рейтман в финале возвращается на исходную позицию, и от этой несостоявшейся мертвой петли в висках постукивают легкая обида и недоумение. Но выйдя из кинозала в большой город, то и дело начинаешь ловить себя на мысли, что вывески с указанными в картине брендами светят чуть теплее, каждый самолет в пасмурном небе служит напоминанием о совсем другом мире. «Здесь я был, а там я не был» и, к счастью, никогда не буду.
