Магия имени бьет рекорды

Продажа коллекции Ива Сен-Лорана

Велимир Мойст 24.02.2009, 15:12
Reuters

Первый же аукцион по распродаже коллекции Ива Сен-Лорана и Пьера Берже в парижском «Гран-Пале» собрал рекордные 206 миллионов евро.

Когда прошлым летом, через два месяца после смерти знаменитого кутюрье, его партнер по бизнесу и бойфренд по жизни Пьер Берже объявил о грядущей распродаже их совместной коллекции искусства, в воздухе запахло сенсацией. Выручка обещала превзойти все мыслимые пределы. Эксперты тогда называли в качестве суммарного эстимейта (предварительной оценки) цифры вроде полумиллиарда евро. Столько не собирало ни одно частное собрание, когда-либо выставленное на торги. Правда, пока готовились к проведению аукциона, ситуация на рынке изменилась кардинально, и былой оптимизм начал угасать. Накануне торгов в «Гран-Пале» на Елисейских полях звучали куда более осторожные прогнозы – 200–300 миллионов. Но и такие цифры тянули бы на рекорд, если бы их удалось достичь. Верили в это далеко не все.

Спору нет, коллекция Сен-Лорана & Берже действительно велика, разнообразна и местами шедевральна.

За полвека компаньоны обставили свои парижские квартиры и загородные дома эксклюзивной мебелью разных эпох (эти предметы тоже должны теперь уйти с молотка), развесили по стенам сотни произведений изобразительного искусства и расставили по углам десятки старинных артефактов. На многие из этих вещей заглядывались музеи, а частные собиратели, узнав о распродаже, жаждали заполучить не только сами лоты, но и прилагаемый к ним бэкграунд – так, чтобы потом ронять небрежно: «А эта штучка у меня из коллекции Сен-Лорана...» Все составляющие успеха для будущего аукциона были вроде бы налицо – но кризис, господа. На что уж солидная фирма Christie's (именно им Пьер Берже доверил распродажу совместно нажитого имущества), но и они явно побаивались провала.

Однако первая же сессия, на которой торговались лоты под общим грифом «Искусство импрессионизма и модернизма», показала, что опасения были напрасными.

Разумеется, до прошлогодних прогнозов выручка не дотягивает, но вырученные за вечер 206 млн евро следует признать несомненным успехом. Это притом, что некоторые фавориты торгов так и не обрели владельцев – например, не была продана картина Пабло Пикассо «Музыкальные инструменты на столике» (ей предрекали результат в 25–30 млн). Зато полотно Анри Матисса «Нарциссы и скатерть в синих и розовых тонах» намного превзошло эстимейт, уйдя в итоге за 36 млн евро – это абсолютный рекорд по продажам работ этого художника. Обновили свои личные рекорды и другие знаменитые авторы: Мондриан, Дюшан, де Кирико, Клее.

Сразу 25 лотов перевалили за рубеж в миллион евро – прямо как в старые добрые времена.

Хотя, пожалуй, тут можно говорить скорее о массовом гипнозе и умело подогретом ажиотаже, чем о переломе тенденции. Едва ли с сегодняшнего дня дела на международном арт-рынке резко пойдут в гору – для этого нет объективных показаний. Но субъективный фактор сработал весьма эффективно.

Окончательный итог аукциона будет подведен лишь поздним вечером 25 февраля, когда молоток отстучит все заявленные позиции – их в общей сложности набирается 733.

Не исключено, что не обойдется без скандала: китайские власти уже намекали, что будут добиваться возвращения двух бронзовых скульптур, некогда похищенных из императорского дворца и оказавшихся неведомым путем в коллекции Сен-Лорана и Берже.

Но так даже веселее – это дополнительный пиар. Скорее всего, суммарная выручка преодолеет верхнюю оценочную границу в 300 миллионов евро. Нынешние торги с очень высокой вероятностью окажутся самым дорогостоящим проектом, связанным с «ликвидацией» частного собрания искусства. Персональный бренд способен приносить сверхдоходы даже после смерти его носителя.