Цивилизация
Как говорится, ничто не предвещало. Скандальная слава Олега Кулика давно уже подернулась патиной, а дискуссии по поводу его радикальных акций отшумели еще в 90-х. Художника записали в патриархи контемпорари-арта. Летом прошлого года в ЦДХ проходила большая, на все залы, ретроспектива этого автора — и ничего, вроде никто не умер, хотя отзывы публики были неоднозначными. В международной иерархии у Кулика имеется своя ниша, произведения его продаются по всему свету. Но очередная попытка поторговать документацией прежних его перформансов неожиданно привела к скандалу.
По сообщению РИА «Новости», инцидент случился на парижской ярмарке FIAC, ежегодно проводимой на территории Лувра.
На стенд галереи XL нагрянула полиция, обвинившая россиян в распространении порнографии и сцен насилия.
Более тридцати работ Кулика конфисковали, заодно прихватив в участок хозяйку галереи Елену Селину и ее мужа Сергея Хрипуна. Через пять часов галеристов отпустили, а произведения остались в руках правосудия. Вроде бы есть надежда, что их со временем вернут — во всяком случае, никакого уголовного дела не заведено. Но поторговать ими на парижской ярмарке, скорее всего, уже не получится, время будет упущено. По мнению Елены Селиной, ветер дует со стороны французской таможни: тамошние чиновники начали выражать негодование по поводу репертуара еще при сверке списка экспонатов с фактическим их наличием. Таможенники были убеждены, что голый Кулик в ошейнике — явная пропаганда половых извращений.
Вероятнее всего, именно они в полицию и настучали.
Едва ли в этом случае стоит поднимать нашу обычную истерику насчет того, что русских снова зажимают. Подобные инциденты случаются периодически где угодно и с кем угодно. Играя по правилам «свободного мира», стоит осознавать, что единого мнения о границах свободы не существует. Одни будут недовольны карикатурами на пророка Мухаммеда, другие придут в ярость от гомоэротических коннотаций, третьих начнет напрягать любое покушение на права животных. Современное искусство — своего рода полигон, где испытываются на прочность нравы населения и формулировки законодательства. Шарахнуть может в любом секторе. Зависит от энтузиазма и должностных полномочий недоброжелателей.
Не вдаваясь в проблему эстетических ценностей, в защиту Кулика можно выдвинуть простой тезис: вся эта история с акционизмом — порождение самого западного мира.
Не пришло бы автору в голову бегать голышом на четвереньках и кусать посетителей музеев, когда бы не многолетняя практика художников из Вены, Берлина, Амстердама — да и того же Парижа, в конце концов. Спровоцировали наших на артистический экстрим, а теперь придираются. Более поздние произведения Кулика тоже выглядят вполне трендовыми в западном понимании. Ну, скажем, демонстрируется в них любовь человека к бульдогу — и что с того? Зоофилия как художественная метафора не Куликом придумана, не на нем и закончится.
Вот когда перестанут покупать образчики такого искусства, тогда и предложение увянет само собой, без всякого полицейского принуждения. Возникнет взамен что-нибудь другое — и тут же наверняка появятся очередные противники. Скандал — двигатель современного арт-процесса, на нем строятся карьеры и состояния. Сопутствующие риски предусмотрены идеологической программой. В истории с арестом куликовских опусов удивляет лишь то, что вдруг сдетонировал старый пороховой заряд, который считался давно обезвреженным. Значит, произведения эти остаются не только товаром, но и все еще актуальным мессиджем, цепляющим зрителей. Хотя бы даже облаченных в полицейские мундиры.
