Подписывайтесь на Газету.Ru в Telegram Публикуем там только самое важное и интересное!
Новые комментарии +

Страна шансонеток

Весь мир – шансон. И все мы в нем потенциальные шансонье. Или шансонетки – от словосочетания «нет шансов». Хрипловатая тюремная этика с эстетикой, а также романтикой проникли в массовое сознание и определяют вкусы широких слоев россиян. Согласно свежему опросу Левада-центра, суммарно 17% респондентов доводилось сидеть или сидели близкие родственники. Именно близкие…

Тюремная этика всегда была частью общероссийского (общесоветского) неформального кодекса поведения, ибо полстраны сидело, а полстраны надзирало. Вертухай и зэк – две главные фигуры эпохи, одинаково несчастные, каждый по-своему, в несчастной стране. И это было разделение пожестче, чем на Болотную и Поклонную. Правда, те, кто надзирал и наказывал, легко могли перейти в число надзираемых и наказуемых.

Изменение пропорций надзирающих и сидящих сейчас явным образом идет в обратную сторону, ближе к прошлому, тюрьма становится важной частью повседневности, от нее, как и от сумы, не зарекаются теперь самые продвинутые слои населения. Поэтому так ценен тюремный опыт, книги Алексея Козлова, Ольги Романовой, Яны Яковлевой, Бориса Земцова в жанре «интеллигент-в-тюрьме»: каждый примеряет обстоятельства и робу на себя. Вот ты живешь нормальной жизнью, а вот вдруг ни за что ни про что оказываешься в тюрьме. История Михаила Ходорковского и Платона Лебедева стала тюремным уроком для высших слоев нашего разноцветного коктейля «Корпорация Россия» — как бы высоко ты ни залетел, в любой момент можешь упасть, и падение с большой высоты окажется болезненным. Ну, а что касается предпринимательского класса, то его значительная часть тоже сидит. Ибо не только в общественном мнении, но и по судебному ранжиру предпринимателей считают «мошенниками».

Средний класс как мошенник – это специфическое российское явление. Экономический заказ делает тюрьму массовым явлением. Почти как массовое высшее образование.

Мишель Фуко в работе «Надзирать и наказывать» писал: «Современная карательная система не осмеливается признать, что она наказывает за преступления; она претендует на большее и заявляет, что перевоспитывает преступников». Если бы Фуко дожил до наших дней и изучил бы российскую пенитенциарную систему, он бы дополнил свои выводы, сказав, что она «перевоспитывает» в духе решений партии, правительства и рейдеров не только преступников в кавычках и без, но и тех, кто в тюрьме еще не сидит, но боится в нее попасть. Русская тюрьма посылает сигналы: не иди против воли власти, не сопротивляйся рэкету и откатам, отдавай бизнес, когда серьезные товарищи просят.

В отсутствие же работающих институтов и доверия между людьми сохраняется святая вера даже в воров в законе как в институт порядка. Хотя в нынешние времена институты разрушаются и в тюрьме — неволя подражает воле (а воля — неволе). 12% опрошенных Левада-центром уверены, что воры в законе выполняют важную социальную функцию, оберегая общество от «беспредела».

Тот же опрос показывает: суммарно 46% респондентов имеют «общие представления о понятиях», «хорошо знакомы с понятиями», «стараются придерживаться понятий» или «живут по понятиям». Ну а как иначе, если других институтов нет, закон – что дышло, а инструменты и критерии формирования радиуса доверия отсутствуют?

Вот и получается, что страна как жила, так и живет по тюремным понятиям, этике, эстетике, романтике, прагматике. Будучи готовой сесть в любой момент бог знает за что.

А дихотомия «посадка или эмиграция» дополняет картину. «Париж лучше, чем Краснокаменск» — лозунг эпохи для продвинутых и образованных. Он – результат присвоения аппаратом принуждения политических функций. Как при советской власти. Политизация тюрьмы стала еще одним трендом, недвусмысленным образом цитирующим прошлое.

«Архипелаг ГУЛАГ» и «Крутой маршрут» становятся важными книгами по подготовке к худшему, наставлением по поведению в нечеловеческих условиях – на всех философских пароходов не хватит, кто-то пойдет по растиражированным болотным делам и делам экспертов. Изученный Ханной Арендт феномен «банальности зла» не оставляет особой надежды – любое новаторство в сфере «надзирать и наказывать» будет хорошо воспринято широкими трудящимися и тунеядствующими массами, которые не относят на свой счет ужесточение репрессивных практик.

И слушают радио «Шансон», дающее среднестатистическому россиянину его дозу тоски, ностальгии, романтики из той тюрьмы, в которой он, быть может, и не был, но в которую всегда рискует попасть.

Новости и материалы
Обращение Шварценеггера к россиянам признали дискредитацией ВС РФ
Украинский суд отложил до сентября рассмотрение иска о назначении выборов президента
Болгария предложит Украине излишки боеприпасов и оборудования
Приговоренный в Белоруссии к казни гражданин ФРГ не обжаловал решение суда
Раскрыта стоимость всех моделей iPhone 17
Венгрия заблокировала выделение денег ЕС на закупку оружия для Украины
Отходы морепродуктов могут очищать продукты питания от ядохимикатов, выяснили ученые
Стало известно, за что дисквалифицировали бойца UFC Алексееву
Экс-советник Пентагона предположил, что Трамп поставит ультиматум Зеленскому
Москвич вылетел из окна прямо на крышу автомобиля и выжил
В московской гостинице в центре города произошел пожар
Валиева приняла участив в шоу Навки, несмотря на дисквалификацию
Ученые нашли неожиданный источник «темного кислорода» на дне океана
Совет ЕС отказался проводить встречу глав МИД в Венгрии
Байден выздоравливает после коронавируса
Любовь к домашним животным оказалась признаком высокой сознательности
Силы КСИР перехватили танкер компании из ОАЭ
Стало известно, что аниматор квеста в Махачкале учится на пожарного
Все новости