Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Идея, которой нет

29.05.2014, 10:35

Максим Кантор о том, как непросто строить национальную империю

В последние месяцы идея создания национального государства обуяла патриотические умы. Многим представляется, что создание национального государства — это прогрессивно, противостоит мировой заразе глобализации и является гарантией процветания общества. Некоторые строят дороги и жилье для бедных, поликлиники и университеты, а наиболее дальновидные — строят национальное государство.

Энтузиазм следует приветствовать: возможно, в ходе строительства национального государства построят что-либо, помимо газопровода для Китая.

Одновременно с гордыми словами «национальное государство» произносят слово «империя» — вкладывая в него сыновью любовь к неохватной Отчизне. Вот, было у нас черт знает что, а будет империя. И обманутые демократической глобализацией народы потянутся в империю. Она будет нести не глобальную идею (в плохом смысле), но национальную идею (в хорошем смысле).

Словосочетание «национальное государство — империя» сегодня стало магическим, подобно словосочетанию «марксизм-ленинизм» — и таким же бессмысленным.

Словосочетание «марксизм-ленинизм» было бредом, поскольку учение Маркса связано с отрицанием государства, а учение Ленина связано с построением государства. Объединяя антигосударственный пафос и государственный пафос в единую систему научного знания — получили неудобную в употреблении псевдонаучную идеологию, в которую требовалось верить, а понять ее разумом было невозможно.

Сходная ситуация возникла с идеологией построения национального государства и собирания империи. Идея национального государства — противоположна ей по духу.

Такие государства возникли на руинах Священной Римской империи, а возникновение их закреплено Вестфальским мирным договором 1648 года, подводящим итог Тридцатилетней войне. Именно в борьбе с императором, в отрицании умиравшей имперской идеологии и формировалась идея национальных государств Европы. Впоследствии эти малые национальные государства неоднократно (всякий раз неудачно) объединялись в империи — Наполеоном, Гитлером, Варшавским пактом.

Империя — это всегда интернациональная, глобальная сверхидея.

Империя Македонского, воспитанного Аристотелем и возжелавшего единой Западно-Восточной цивилизации, империя Наполеона, Австро-Венгерская империя, империя Гитлера и империя Советского Союза — это непременно объединяющая народы концепция бытия. Например, концепцией и общей верой в Советском Союзе был коммунизм, марксистско-ленинское учение, противоречивое, однако страстное. В этом учении (несмотря на его логические несоответствия) содержались общезначимые посылки: единение пролетариев, принципы социалистического общежития, интернационализм. Иными словами, сколь бы ни был шаток научный аппарат идеологии — если имеется сверхидея, интернациональная прогрессивная миссия, то империя живет.

В новой российской империи (желание строить которую декларируется) общая концепция неочевидна — скорее всего, ее просто нет. Появится ли генеральная идея в ходе строительства, неизвестно.

Пафос состоит в том, что прежняя имперская концепция глобальной демократии устарела и ее надо менять. Поиск интернациональной общезначимой идеи «от противного» — классическая российская постановка вопроса. Формулировка Евгения Трубецкого с вариациями всегда повторяется: надобно спасти Запад он него самого; Запад недостоин сам себя — а Россия его, усталого, сменит.

Даже если это верно и прежняя концепция развития мира устарела, из этого не следует, что новая глобальная идея появится тотчас же.

Идею приходится ждать долго, идею надо выносить — из шкафа идеи не достают, по рецептам Молоховец не готовят.

От Вестфальского мира 1648 года до прихода Наполеона прошло сто пятьдесят лет, а сегодня пока даже не перешли к стадии Вестфальского мира. До новой мировой идеи еще очень далеко — вероятно, автор этой новой идеи еще даже не родился.

Не исключена даже вероятность того, что родится идея отнюдь не в России, а на Востоке — скажем, в Индии. Россия уже однажды была империей, мировой дух может решить, что этого вполне достаточно.

Что касается того, является ли идея национального государства прогрессивной, — это вопрос открытый. Иногда является, а иногда нет. Бывали неудачные попытки строительства национальных государств, приводившие к краху образования и правовой системы. Дело в том, что образование, наука, право — явления интернационально значимые, и локализованное национальное образование часто проигрывало.

Но это, так сказать, дело вкуса.

А вот сочетание национального государства и империи — это безумие. Невозможно желать быть интернационалистом и националистом одновременно; желать глобальной идеи и национальной идеи в одной упаковке. Третий рейх попробовал однажды — и всех напугал, а в теоретическом отношении еще и насмешил.

Начиная радикальное строительство, хорошо бы выбрать — будем строить самолет или подводную лодку. Возможны аппараты, сочетающие эти свойства, но они летают низко и плавают неглубоко.