Не время умничать

18.02.2019, 09:17

Георгий Бовт о том, почему отток мозгов из страны не сокращается

Из России текут мозги. Скоро, кажется, утекут последние. Вы же видите, что безграмотных идиотов вокруг все больше. И они рулят все решительнее и увереннее в себе. А умничать хочется все меньше и меньше. И вот один уважаемый ученый выписал свой рецепт, чтоб утечку остановить. Академик РАН Георгий Георгиев предложил ограничить молодым российским ученым выезд за рубеж. В отпуск и в командировки – можно. Пока. С разрешения начальства. Надо полагать, «первого отдела» главным образом. А для постоянной работы – нет. В качестве средства удержания молодых кадров он предлагает заменить бесплатное высшее образование на «кредитное». То есть затраченные государством средства на обучение студента должны быть записаны как кредит, который надо будет отработать 15 лет по специальности. А потом, если хочешь — вали. Но академик надеется, что к тому времени желание рассосется. Помимо этого, правда, Георгиев предлагает всякие льготы молодым специалистам. То есть, «пряники».

Реклама

Академик Георгиев – очень уважаемый и авторитетный ученый. Он является одним из основоположников молекулярной биологии и молекулярной генетики высших организмов, автор более 450 научных работ, двух открытий и т.д. То есть это не очередной малограмотный думец, выступающий с инициативой, как бы еще что-то запретить недозапрещенное. Это представитель научной элиты страны. Значит, эти мысли там, по крайней мере, не считаются ересью.

Разумеется, предложение академика – сугубо частное мнение. Однако по нынешним временам оно легко может хоть завтра быть оформлено в законодательную инициативу. Идеи подобных запретов носятся в политическом воздухе, как назойливые мухи. Важно направление мысли, коей не стесняется делиться даже столь авторитетный ученый, который сам является членом, к слову, четырех иностранных академий наук.

От подробных «новелл» наших законотворцев, полагаю, останавливает не столько реакционная суть предложенного (а она именно реакционная), сколько трудность реализации и побочные эффекты.

Начнут ведь молодые ученые бежать на Запад во время командировок, как танцор Рудольф Нуреев и многие другие в советское время. Тогда надо родственников в заложники брать, чтобы вместе не выезжали? Детей. Вокруг «разрешений на выезд» расцветет коррупция.

Такой гипотетический запрет вызывает ассоциации с брежневским СССР (то время становится неисчерпаемым источником, видимо, для подражания). Тогда вдруг решили евреям разрешать эмиграцию (а ее разрешали фактически только евреям) при условии выплаты «стоимости обучения» советским государством. Соответствующий Указ Президиума Верховного Совета СССР от 3 августа 1972 года «О возмещении гражданами СССР, выезжающими на постоянное жительство за границу, государственных затрат на обучение» был отменен только в мае 1991 года. Хотя на деле уже с середины 1973 года плата перестала взиматься. Почему? Да потому что именно этот указ, о чем у нас забыли, стал непосредственным поводом для принятия конгрессом США печально известной «поправки Джексона-Вэника», просуществовавшей десятилетия. Советские вожди испугались, они еще верили, что можно договориться с американцами.

В ОВИР, дававшем разрешения на выезд, висели расценки. Окончившие экономические, юридические, педагогические, историко-архивные и институты культуры должны были заплатить 4,5 тыс. руб. Для справки: средняя зарплата в стране тогда была около 120 руб. С выпускников университетов причиталось 6 тыс. Еще дороже ценились институты иностранных языков — 6,8 тыс.

Не случайно и сейчас периодически звучат нападки на преподавание иностранных языков: мол, выучат – и свалят. Инженерно-технические и высшие военные учебные заведения оценивались в 7,7 тыс. руб., медицинские — в 8,3 тыс. руб. Хотя советские медицинские дипломы и раньше не котировались, как и сейчас российские. Больше всего должны были уплатить выпускники МГУ – 12,2 тыс. Впрочем, евреев туда принимали с большим трудом, заваливая на экзаменах. Дополнительная плата (до 7 тыс.) полагалась с обладателей ученых степеней.

Деньги, впрочем, не остановили эмиграцию даже в советское время. Не остановят и сейчас. Остановить ее может только кардинальное изменение отношения к науке, востребованность научных достижений в экономике. Но наука у нас по-прежнему финансируется по «остаточному принципу», к ней относятся, как к дешевой, но необоснованно капризной содержанке.

Зарплата людей, занимающихся научными разработками и исследованиями, несколько выросла в последние годы, достигнув в среднем 50 тыс. руб. (против 32 тыс. в 2012 году). Однако она по-прежнему несопоставима с доходами каких-нибудь мамаевых и кокориных, пинающих мяч ногами. И находится на уровне таксиста в мегаполисе. Для сравнения: среднегодовой доход ученых в США составляет 75,2 тыс. в год (до налогов). Не случайно немаловажным фактором для выбора научной специальности в России стала востребованность ее за рубежом. Можно ли с ней «уехать».

Кстати, о «кредитном барьере», о котором говорит академик Георгиев. В США объем выданных на обучение студенческих кредитов за последние 10 лет вырос с 619 млрд до 1,5 трлн долларов. Эту лямку тянут 44,2 млн выпускников американских университетов. Почему они не срываются с «кредитного крюка» и не бегут в Россию – в ее вузы, институты, исследовательские лаборатории?

Российская наука чуть помолодела в последние годы: за десять лет доля ученых младше 39 лет выросла до 43,9 процента (данные Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ). Однако за те же годы сократилось общее число людей, занимающихся научно-техническими разработками — примерно на 7%, до около 700 тыс. чел. Средний возраст научных работников превышает 50 лет.

Доля студентов дневных отделений, которые хотят заниматься наукой, ничтожно по сравнению с советскими временами – менее 10%. Среди населения в целом таких желающих - около 1%. Почти две трети студентов собираются идти в коммерческий сектор, более 30% в госслужащие и бюджетную сферу. Подавляющее большинство населения (это показывают все опросы) считают науку скучной. И это сейчас, когда именно наука и технологии стремительно меняют мир и образ жизни людей.

Поскольку российское высшее образование, как и вообще российский уровень компетенций в самых разных сферах, становится все менее конкурентоспособным в мире, все больше молодых людей едут либо учиться на Запад (теперь еще и в Китай) с самого начала, либо в магистратуру и аспирантуру. В континентальной Европе сегодня полно возможностей для получения высшего образования бесплатно или задешево. Примерно треть уезжающих на Запад россиян едут учиться как раз в магистратуру или аспирантуру, еще треть — работать.

Примерно половина наших трудовых иммигрантов в Европе находятся там по визе для квалифицированных специалистов. А из тех образованных специалистов, кто уезжает после или в середине обучения, более половины — отличники. Троечники остаются дома – «рулить процессами», управлять страной. Результаты их управления мы видим каждый день.

Одним из важных мотивов для отъезда научных работников — это не только недофинансирование, но и бюрократическая и административная зарегулированность науки. Творческие люди бегут от этого кафкианского маразма. То, что в зарубежных лабораториях решается за день, у нас может вылиться в канитель (с участием спецслужб все чаще) на несколько месяцев. Отчетность (плюс составление планов) преподавателей в вузах на десятках страниц по «дуболомным» форматам, придуманным чиновниками, иначе как издевательством не назовешь. Знаком с одним нашим весьма талантливым и успешным биологом, который давно живет и работает в США, который хотел было создать нечто совместное с российскими партнерами. Но узнав про растаможку, правила ввоза-вывоза препаратов и прочую неизбывную нашу специфику, в ужасе отказался от бредовой затеи.

Если бы наука и результаты исследований были востребованы в России, то ее многочисленная «научная диаспора» (а по некоторым данным за пределами страны работают до 800 тысяч тех, кого можно считать научным работником или высококвалифицированным специалистом) хотя бы частично стремилась вернуться на родину, где остались друзья, знакомые, родной дом, где привычен образ жизни.

Подавляющее большинство китайцев, обучавшихся даже в США, работают потом в университетах и технопарках на родине. Аналогично в Индии, где мозги не столько утекают безвозвратно, сколько перетекают туда-сюда.

Идеи «закрепить людишек» у нас – это дань крепостничеству, которое даже председатель КС, помнится, восхвалял. Его, а не свободу! Усиление которого неслучайно произошло после Смутного времени, когда многие местности обезлюдели от войн, эпидемий и неурожая.

Это типичный рефлекс государства российского на внутренние и внешние сложности: в таких условиях оно часто выбирает репрессии, закручивание гаек, закабаление населения, но никак не расширение свобод и вольностей.

Но даже при всей замкнутости Советского Союза, авторитет науки в нем был поднят на немыслимую ныне высоту. Зарплата научных работников и ученых была существенно выше средней по стране, а выдающиеся ученые были окружены царскими почестями и всевозможными льготами. Кстати, расцвет советской науки пришелся на времена «оттепели», но уж никак не брежневского застоя. Советская Академия наук могла перечить правителям. Сейчас такое и представить невозможно, РАН низвели до постыдного уровня, поставив в подчинение бюрократам.

Была еще недавно другая «мысля», как «эффективно» использовать молодые научные кадры - согнать их в «научные роты». Как там с реализацией? Много ли наизобретали ученые в военной форме? Что-то не слышно победных рапортов.

Никак не приходит в головы запретителям простая мысль о том, что креативные люди, ученые в том числе, едут не только за деньгами, но еще и за свободой. Свободой творчества, самореализации, осуществления жизненных планов. И чем меньше будет этой свободы у нас в стране, тем сильнее из нее потекут мозги. Потому что, видимо, не время умничать.