Хлеба и хайпа

О тяге людей к дешевой популярности

Психолог, коуч

Есть такой миф: в 1910 году осужденный на казнь преступник, стоя на эшафоте, перед самой смертью выкрикнул: «Пейте какао Ван-Гутена!». Сделано это было за обещание производителя выплатить семье казненного крупную сумму. Имя преступника и его вина истории неизвестны. Об этом случае написало множество газет, продажи продукта взлетели. Сообразительные маркетологи того времени удачно хайпанули. А казенному терять было нечего – зато позаботился о семье. Этот случай был даже описан в поэме Маяковского «Облако в штанах»:
«Хорошо, когда в желтую кофту
душа от осмотров укутана!
Хорошо,
когда брошенный в зубы эшафоту,
крикнуть:
«Пейте какао Ван-Гутена!».

Скорее всего, реально это никогда не происходило, но в данном случае нам это не важно.

Еще ранее до описываемых событий, в 365 году до нашей эры, грек по имени Герострат хайпанул, предав пламени храм Артемиды. И, хоть говорят, что эффект от хайпа недолговечен, имя Герострата помнят вот уже 2378 лет. Наш современник Петр Павленский (некоторые считают его художником) пару лет назад повторил за древним греком его «подвиг» и поджег банк Франции. Знал ли Павленский, что его выходка не есть эксклюзив, нам неведомо. Но что-то подсказывает, что история циклична не только в общественно-политическом смысле, но и по части хайпа.

То есть хайпу примерно столько же лет, сколько существует человечество в рамках своей более или менее задокументированный истории. Поэтому когда мы, сидя в соцсетях, морщимся от очередного блогера, который, на наш взгляд, ведет себя совершенно аморально, нужно вспомнить, что примерно таким же образом вели себя «блогеры» прошлого.

Получив свое официальное название от английского hype – «шумиха», этот феномен, который до сих пор не могут объяснить специалисты, с шумом насаждает нам свои плоды, трактуясь преимущественно в негативном смысле. Начиная с рядовых блогеров и заканчивая звездами мировой величины, никто не брезгует хайпом, в надежде, что на осколках мироздания напишут их имена, пусть даже таким своеобразным способом. Вспомнив эти строчки, понял, что и декабристы в свое время неплохо хайпанули, хоть это и не принесло им ощутимой выгоды, зато повлияли на мировоззрение следующих поколений и, в общем-то, стали предвестниками кровавых русских революций. Я часто задумываюсь о природе этого явления и сделал для себя вывод, что дать однозначную оценку неуправляемому хайпу весьма сложно.

Люди порой теряют чувство меры, и их желание заявить о себе доходит до предела, и здесь впору задавать вопросы не о человечности и морали, а скорее о том, почему вообще хайп стал возможен. Когда видишь ролики, в которых семейная пара потешается, демонстрируя публике свою бабушку с болезнью Альцгеймера, то становится как-то уж совсем не по себе. Родственники пенсионерки вели треш-стримы за донаты, набирая миллионы просмотров. Дожив до 88 лет, этой женщине пришлось стать подневольной актрисой в сценарии, где стебутся над ее старостью, болезнью, беспомощностью, невменяемым состоянием и, как говорят «хайперы», «рубят на этом контент».

Или история с фитнес-моделью Джейн Ривера, которая выложила фото в декольтированном мини-платье во всевозможных позах рядом с гробом, в котором лежит ее умерший отец. Казалось бы, такой контент должен вызывать осуждение и отвращение, и миллионы фолловеров объявились под постом, чтобы высказать девушке, как неправильно она поступает. Но, тем не менее, это изображение стало довольно популярным в соцсетях и набрало миллионы различных реакций.

Так, может, проблема не во всех этих аморальных и безнравственных хайпожорах, а в аудитории, которая не может пропустить подобный контент? Это как если бы мы пришли в магазин и продавец отказался продавать нам хлеб, поскольку он вреден для здоровья. Но продавец с удовольствием упаковывает нам условно вредный для здоровья продукт, потому что мы за него платим. И его бесперебойно поставляют в магазины. Также и с треш-контентом. Человеку это интересно.

Он будет плеваться, призывать к совести, осуждать и грозить судом, однако с нескрываемым интересом «вполглаза» поглядывать, что же там сделали со старушкой и что за такое дико аморальное фото на фоне гроба родного отца. Наблюдать за чем-то грязным или чем-то из ряда вон выходящим многие любят. Высшие приматы вообще довольно любознательные создания. Это нам передалось еще от землероек – существ крайне коварных и, я бы даже сказал, подлых. Но, вероятно, именно благодаря этой черте эти маленькие ночные существа смогли выжить среди огромных динозавров и эволюционировать в нас – разумных, благородных и очень хороших. Правда, с одним небольшим минусом – желанием хайповать.

Получается, что хайп как одна из основополагающих потребностей вшита в наш генетический код.

Снова хочется вернуться в Древний Рим и процитировать поэта-сатирика Ювенала. «Хлеба и зрелищ» – вот основные потребности толпы. И если есть спрос, то, конечно, рождается предложение. Поэтому трактовать хайп, как исключительно негативное явление я бы не стал. Другой вопрос: неужели так плох человек, что готов смотреть на чужие страдания? В этом смысле я сторонник прагматического макиавелистского подхода. В любом случае, если нам это нужно, то «хлеба нам и хайпа».

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.

Поделиться:
Загрузка
Найдена ошибка?
Закрыть