Пенсионный советник
Жадные до свободы: в чем секрет экономического чуда

Яков Миркин о том, как сплетение национальностей движет развитием Британии

Почему они у нас выигрывают? Почему Лондон забит строительными кранами, деньгами и идеями? Когда бродишь в этой пепельно-стеклянной среде, мечешься, как в конструкторе, между абстрактных скульптур и всполохов зелени, думаешь — почему это так удобно? Почему заряжает тебя энергией — хочется куда-то нестись, придумывать, учреждать и дуть, дуть бесчисленные чашки кофе, перетирая новый, космического масштаба проект.

Даже в красно-белых, жалких викторианских клетушках никак не можешь уcпокоиться — вечный город, гудящий, как пчела, то старый, то пронзительно модерновый.

Реклама

Все дело — в людях. Это они вечно пытаются залезть тебе в мозги и оттуда что-нибудь вытрясти. Это они любят все новенькое. Они голосят в пабах по вечерам. Эта краснолицая, разноцветная, импрессионистская толпа — но непременно деловая и гудящая, как цех. Они перестраивают склады в дома, газгольдеры в дома, старые кирпичные сараи — в великолепные дома, и миля за милей покрывают Лондон стеклом, цветами и арматурой — все выше и выше. Сверху в Лондоне никаких красных крыш — индустриальный пейзаж и Темза, как — если на закате — серебряно-красная ртуть.

Да что же это такое? Чернокожие, желтые, белолицые, мулаты, креолы, индийцы, арабы, закутанные статуэтки в паранджу. Яркоглазые иранки, прекрасные лица наших соотечественников, поляки, быстро осваивающие новую реальность — все к месту. Шоколадные лица из Пакистана и Бангладеш, вездесущие китайцы. Белых нынче в Великобритании — 87%, а в Лондоне — меньше 60%. Примерно 20% выходцев из Азии. Чернокожих жителей — примерно 14%. И тех, кто благословенно смешался от разных рас и кровей, — 5-6%.

Ну и бурлящий котел! А знаете, сколько в лондонском Сити — знаменитом финансовом центре — британских граждан? Всего 68%.

Между тем ВВП на душу населения в Великобритании в 2017 году — $39,7 тыс., в России — $10,6 тыс. Почти в четыре раза больше. А по паритету покупательной способности? Даже при всех сомнениях, с которыми нужно подходить к этому показателю, ВВП на душу населения по ППС в Великобритании — $44,1 тыс., в России — $27,8 тыс. В большом Лондоне этот показатель — $62 тыс. (данные ОЭСР). В лондонском Сити, в центральном Лондоне номинальный ВВП на душу населения — больше $150 тыс. (EU Observer). В Москве — $17-18 тыс.

Почему они нас обыгрывают, несмотря на непомерные британские налоги, на клетушки, а не дома? Почему — при вечных перекрытиях в подземке, когда заходишь и не знаешь, где выйдешь? Почему — если ползешь в машине по Лондону, как черепаха, проклиная все на свете? Разве возможно с такой скоростью авто кого-то обыграть? Нет, только скрипеть зубами и думать о чем-то вечном. О том, что цены заоблачны, о том, что низкая британская инфляция — это миф. Мы-то помним, какие были цены еще 10-15 лет тому назад. Проклятый Лондон — ты выедаешь все карманы.

И все-таки причины для выигрыша есть.

Эта толпа стремится только к одному — быстрее, дальше, больше, найти, меняться. Отличаться друг от друга. Искать. По сути, эмигрантская толпа, которая любит риски. Она принимает их, пусть самые высокие. Она не ждет милости от государства, как от природы.

Она сама жадно ищет, где и как заработать, продать себя, свои идеи — и тем самым сделать мир больше и лучше.

Есть большой международный проект World Values Survey. В нем команды социологов задают одни и те же вопросы жителям разных стран. Был задан вопрос «Должно ли правительство нести больше ответственности за то, чтобы все граждане были обеспечены?» Однозначное «да» с самой высокой оценкой в Великобритании поставили 9% опрошенных. А в России — 42%. В США — 8%, в Нидерландах — 5% (опросы 2005 — 2012 годов). За этим кроется огромная разница в экономическом поведении. Для 36% британцев абсолютный приоритет — высокий экономический рост, и только для 11% — оборона. У россиян — строго наоборот. За рост — 16%, за оборону как высшую ценность — 37%. Стабильность экономики? У британцев высшее «за» — 29%, у россиян — 65%. Принимать риски, страсть к приключениям? Самая большая любовь к этому у 25% британцев. У россиян — 16%. Поддержание порядка в стране как то, чему нужно в первую очередь следовать властям? У кого самые высокие оценки «за» это? Британцы — 31%, россияне — 53%.

Эти опросы повторяются бесконечно. Но результаты одни и те же. Большая разница во взглядах на мир. Здесь нет оценок, что лучше и что хуже. Просто за разным «коллективным поведением» — разная динамика общества.

Быть стаей ищущих, рискующих, пусть и под присмотром государства — это одна экономическая судьба. Быть влюбленным в государство, страстно желать порядка, стабильности, вертикалей — другая.

В этой другой судьбе мы все становимся ресурсом в пирамиде. Скорее всего, дешевым. Существуем в нестабильности, хотя желаем порядка. И по-другому быть не может. Наивысшая оценка важности жить в демократической стране дана 54% британцев и 29% россиян (World Values Survey).

Что следует из такого экономического поведения? Из желания быть финансово отделенным от государства? Британцы, американцы и прочие «..цы» заведомо дороже, чем мы.

Средняя заработная плата в Британии примерно 2200 фунтов стерлингов в месяц (Office for National Statistics). По сегодняшнему курсу это примерно 200 тысяч рублей. В России средняя заработная плата 43 тыс. руб. (июль 2018 года).

Конечно, нужно разбираться в налогах, в ценах, в распределении доходов, но для нас важно одно. Любой специалист в Великобритании оценен выше. На него в большей мере переложена ответственность за налоги, страховку, пенсию. Больше платности, хотя сетка публичных социальных услуг очень велика в медицине, образовании, социальном жилье и во всех тех сложных обстоятельствах, когда в бюджетах семей пробивается брешь. Человек дороже — и самостоятельнее в том, как распоряжается деньгами. Его меньше подменяет работодатель в своих платежах.

Стать дороже. Стать более оцененным. Забрать больше добавленной стоимости и платежей из нее у работодателя. Перестать быть дешевым, растрачиваемым ресурсом. Перестать ждать, что за тебя заплатят — платить самому. Это была бы, действительно, экономическая революция в России, в которой хозяйство веками строилось на дешевом труде, на людях, как растрачиваемом ресурсе, зависимых от всех, кто может дать кусок хлеба и заплатить за тебя. Эта дорога очень долгая, постепенная — но без нее никак нельзя. Хотя бы идея «дорогого человека» стала бы мэйнстримом.

Не выжимать из нас все, оставаясь на низких уровнях зарплат, а быть выше в издержках на труд, в способности платить за себя. Действительно оцененный человек гораздо производительнее. Это хорошо прослеживается на примере Прибалтики, постсоветских стран Восточной Европы.

Будем делать это, пусть постепенно — тогда, возможно, тоже увидим самую энергичную толпу не только в Лондоне или в Москве, но и во многих городах России. Конечно, не универсальный рецепт, не единственный ключ к экономическому возрождению — но, может быть, самый главный. Быть ценнее. Быть дороже, чем сегодня. Быть на порядок менее зависимым. Тратить свои деньги. Отвечать за себя. Меньше надеяться на государство. И никогда больше не отвечать, что государство — в его ответственности за нас — должно брать на себя больше.