Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Русские и Бундестаг

Ольга Гулина о том, какое влияние на выборы в Германии окажут выходцы из России

Кадр из видео CNN

Сегодня в Германии проживает 82,8 млн человек, 61,9 млн из которых обладают избирательным правом. Среди них — примерно 3-3,5 млн русскоязычных. Это пять процентов электората страны. И хотя тема влияния «русского электората» на результаты федеральных выборов в Бундестаг, которые пройдут в это воскресенье, 24 сентября, сильно преувеличена, голоса «русских немцев» все же способны повлиять на количество мандатов в той или иной партии. Особую ставку на них делает праворадикальная партия Альтернатива для Германии — аналог российской ЛДПР.

Благодарные Хельмуту Колю

Русскоязычный электорат в Германии представлен переселенцами, мигрантами по еврейской линии и теми, кто по работе, учебе, воссоединяясь с семьей, мигрировал в Германию, остался здесь и получил гражданство страны. Но основную массу — чуть более 2,5 млн человек— составляют т.н. этнические немцы и члены их семей, которые в период с 1991 по 2016 годы, покинув территорию постсоветских государств, стали полноправными гражданами ФРГ.

Исторически так сложилось, что в течение многих лет большая часть русских немцев голосовала за политический альянс двух партий: христианско-демократического и христианско-социалистического союзов (ХДС/ХСС).

Причина тому — политика правительства под руководством Хельмута Коля, неоднократно повторявшего, что «переселенцы — это немцы, которые до сих пор несут на себе последствия второй мировой войны... [а потому] эти новые граждане Германии — большая победа немецкого государства и общества».

Реклама

Конечно, и у этих новых граждан Германии не сразу и не все было легко и просто, но вернувшиеся на родину этнические немцы, в отличие от других мигрантов, автоматически приобретали немецкое гражданство и имели ряд льгот: признание профессионального опыта и академической квалификации, расчет пенсионных начислений и прочие.

Электоральные предпочтения русскоязычного населения Германии никогда не были предметом серьезного интереса политических партий Германии. Для левых, зеленых и социал-демократов «русские» граждане Германии были вотчиной интересов христианских демократов.

Ситуация изменилась к федеральным выборам 2017 года.

Праворадикальная партия «Альтернатива для Германии», распознав конфликтный потенциал русскоязычного населения страны, открыто решила использовать его в своих интересах.

«Их качает то вправо, то влево»

Конечно, пять процентов русскоязычного электората — существенный, но не решающий голос в выборах немецкого Бундестага. Выходцы из государств постсоветского пространства были и остаются наименее активной группой населения. Русскоязычный электорат Германии разнороден в своем прошлом, настоящем и даже будущем. Как заметил однажды Владимир Каминер, берлинский писатель с российскими корнями, политические предпочтения русскоязычного электората схожи с катанием на велосипеде: его «качает то вправо, то влево... [но он] со временем и опытом обретет направление».

Для правящей коалиции сложность на предстоящих федеральных выборах представляет не столько «миграционное» прошлое немецких избирателей, сколько их возраст. По расчетам национального института исследований народонаселения, каждый второй избиратель, пришедший на выборы в сентябре 2017 года, будет старше 52 лет.

Возраст избирателя и усиливающееся стремление к консервативным ценностям — это критические факторы для избирательной кампании 2017 года.

И голоса русскоязычных избирателей хоть и не способны существенно изменить исход выборов, однако способны повлиять на успешность и количество мандатов в той или иной партии.

Свободная демократическая партия Германии (СвДП), которая последние годы теряла сторонников и электорат, а на прошлых выборах набрала лишь 4,8% голосов избирателей и впервые не получила ни одного мандата в федеральном парламенте, заинтересована в неповторении провала 2013 года.

Подобные размышления характерны и для Альтернативы для Германии. Для АдГ, не сумевшей в 2013 году преодолеть пятипроцентный барьер и попасть в Бундестаг, даже незначительная часть русскоязычного электората в 2017 году может стать тем самым недостающим звеном, которое откроет ее представителям двери в федеральный парламент.

Альтернатива для Германии проделала огромную работу и стала первой политической партией, имеющей представительство в 8 из 16 парламентов земель, которая к федеральным выборам 2017 года создала сеть русскоговорящих агитаторов, подготовила и начала распространение плакатов и агитационных материалов на русском языке, а также перевела программу партии АдГ на русский язык.

Несмотря на то, что ХДС/ХСС стали единственными, кто упомянул переселенцев из России в своей политической программе 2017 года как элемент «того, что объединяет Германию», можно сказать, что христианские демократы «проспали» свой русскоязычный электорат и вспомнили о нем довольно поздно.

Десятилетия уверенной и стабильной поддержки линии ХДС/ХСС со стороны русскоязычных немцев обернулись им во зло.

Они слабо инвестировали в агитационную сеть и предвыборные плакаты на русском языке — языке преимущественного и доминантного общения русскоязычного электората в возрасте 45-50 лет.

Русские важны, но турки важнее

Взаимоотношения с Россией — конечно, важный вопрос внутриполитической жизни Германии, но далеко не первостепенный. О чем говорит простое сравнение программ политических партий и частота упоминаний двух стран с большим диаспоральным представительством в стране — России и Турции.

Правительственная платформа ХСС/ХДС девять раз упоминает Турцию, и три — Россию; программа социал-демократической партии Германии (СДПГ) содержит одиннадцать упоминаний Турции и шесть — России; программный документ свободных демократов (СвДП) — 13 и 11; Зеленых — 15 и 4; даже Альтернативы для Германии — 13 и 3 соответственно. Соотношение нарушено лишь в программном документе партии Левых: 11 упоминаний России против 7 раз Турции.

Партия Левых заявляют о необходимости того, чтобы «инфраструктура США и НАТО, необходимая для противостояния с Россией, проведения политики изменения режима и вмешательства [в ее дела], не располагалась на территории Германии». Левые также обещают «... в противовес политике федерального канцлера по усилению, конфронтации и санкционному режиму с Россией проводить курс дружественных и мирных взаимоотношений с Россией», ведь «большое количество жителей страны обеспокоены [этим]».

Альтернатива для Германии, не особо отягощая политическую программу лозунгами, свое видение российско-немецких отношений формулирует как «необходимость углубления и расширения экономического сотрудничества с Россией» и «отмену санкций».

Свободные демократы из СвДП говорят об экономических, культурных и политических связях с Россией и требуют поддержания «диалога для создания доверия, [которое] создает безопасность [на европейском континенте]».Социал-демократы с программой «Время для большей справедливости» выступают за приведение в жизнь Минских соглашений и запуска механизмов по налаживанию отношений с Россией. «Мир и безопасность в Европе возможны только с Россией, невозможны без России и нереальны против России».

Христианское демократы в своем предвыборном документе «Для Германии, в которой хорошо жить вместе» также выступают за «поддержание и исполнение Минских соглашений» и позиционируют свою готовность к диалогу с Россией.

Программа Зеленых «Будущее создается смелостью» отношения с Россией видит как часть «глобальной ответственности Германии и других индустриальных стран Запада», а вот отношения с Турцией и прекращение миграционного соглашения ЕС-Турция как элемент индивидуальной ответственности Германии.

Программы большинства политических партий, кроме Зеленых, как мантру повторяют фразу, что «порядок и безопасность в Европе невозможны без России, а только вместе с Россией».

Очевидно, что карту «Россия, ее влияние и взаимоотношения с ней» разыгрывают с большей или меньшей долей успешности почти все политические партии, Россия и отношения с ней — один из множества, но не центральный вопрос внутриполитической жизни Германии.

Настоящий вопрос сегодняшнего дня состоит в том, какую политическую повестку и какую политическую партию электорат выберет в противовес проводимой политике правящей коалиции.

Это непростой вопрос. Как говорил французский дипломат и министр правительства при трех режимах Шарль Тайлеран, у оппозиции весьма щекотливая роль – «быть в противопоставлении [доминирующей] партии ровно настолько, чтобы потом иметь возможность выступить единым фронтом». В том числе против Альтернативы для Германии, чей популизм имеет свою питательную среду, особенно среди русскоязычного электората.

Задуматься о «гордости за солдат Вермахта»

АдГ— это аналог российской ЛДПР на немецкой земле, лидер которой Александер Гауланд, также как Владимир Жириновский, позволяет себе провокационные высказывания.

Выступая с предвыборной агитацией в Тюрингии, Гаулад заявил о необходимости «выкинуть в Анатолию Айдан Езогуз», гражданку Германии с турецкими корнями и, по совместительству, федерального уполномоченного по вопросам интеграции. В другом выступлении Гауланд предложил заново оценить «историческую память» и ответственность Германии за события во второй мировой войне и задуматься о «гордости за солдат Вермахта».

Весьма огорчительно, что подобные лозунги становятся все ближе к программным заявлениям националистов из национал-демократической партии Германии и находят поддержку среди русских немцев. Хочется верить, что деятельность АдГ и высказывания Александера Гауланда в самое ближайшее время станут основанием для проверки деятельности партии и ее первых лиц на предмет нарушений Основного закона Германии и прекращения ее деятельности на территории Германии.

Автор — Директор института миграционной политики, Берлин