Здесь играют только одолженными долларами

Фундаментальная проблема российской экономики в том, что бизнес не доверяет власти

Георгий Осипов 24.09.2008, 10:50
AbleStock/East News

Кредитуя банкротов, государство не борется с причинами кризиса, а финансирует фондовое казино за счет граждан.

Под российским фондовым рынком в частности и под всей экономикой в целом тикает бомба с адской смесью чиновничьего произвола, жадности, властолюбия и просто тупых амбиций. Она начинена еще силовыми «гвоздями» для большего эффекта поражения. Действует как противопехотная мина. Пока есть давление – поступают увесистые мешки с заемными деньгами, бомба спит. Но стоит снять с нее ногу, убрать вес – сразу бабахает.

Казенные деньги в финансовую систему России впрыснуты. Спуск в пропасть по вертикали вроде приостановлен или замедлен.

Что это было? Мы пережили кризис или видим только начало кризиса? Иными словами: бежать ли в банк снимать деньги, покупать ли скорее ЖК-телевизор в детскую, продавать ли квартиру сейчас или повременить?

Придется задуматься, хоть это и противно.

Полезно поинтересоваться, откуда деньги на впрыск взялись. И узнать, что их просто напечатали в нужном объеме. Нехотя сознались денежные власти, что в результате инфляция вырастет на процент-другой. В переводе на русский язык, с учетом знания того, как Росстат вычисляет рост цен (туда входит, например, «рытье могилы в новом месте»), с учетом опыта проживания в стране, это значит, что примерно пятую часть годового дохода средний москвич, к примеру, потеряет. Но даже если питаться макаронами из списка Росстата, а не теми, которыми привык, то седьмую часть заработка отдавать тоже жаль.

Любопытно, кстати, кому и зачем отдавать?

В данном случае – на спасение игроков, которые в пух и прах проигрались на биржах. Зачем? Хочется пояснений. В общем, мы люди привычные, наши предки пережили коллективизацию, освоение целины в братском Казахстане, борьбу за рост кукурузы в Заполярье. Все стерпели, все вынесли. Потому что знали — так непременно надо. И мы готовы поверить, что теперь надо скинуться на бизнес бывшего зама главы Сбербанка Андрея Казьмина, а сегодня — главы Связьбанка Аллы Алешкиной.

Поверив, легко решить, покупать ЖК-телевизор в детскую или лучше — швейцарские франки, чтобы не зависеть ни от курса доллара к йене и евро, ни от курса рубля по отношению к бивалютной корзине.

Но где держать эти швейцарские франки? Дома или в банке? Вот чтобы ответить на этот вопрос, надо решить: кризис уже состоялся или он еще впереди?

По официальной версии все так. Деньги давали не на покрытие проигрышей биржевых игроков, а на решение куда более серьезной проблемы с нехваткой ликвидности. Если ее «не расшить», как они выражаются, сегодня, то завтра наступит страшное, начнутся невыплаты зарплат и закрытия предприятий.

На самом деле невыплаты зарплат никогда и не прекращались, и РФ остается единственной, кажется, страной в мире, где госстатистика регулярно дает графу по объему задолженности по зарплатам. Закрытия предприятий могут быть и на пользу экономике, если эти предприятия только долги и производят. Правда, для этого надо бы стране иметь механизмы социальной защиты граждан, с чем у нас напряженка.

Но самое печальное, что никаким впрыском ничего «расшить» нельзя, только отложить беду можно.

Деньги не снимают причин кризиса. Как не отменяют их, скажем, заклинания, что у нас все «зашибись», как они выражаются, а гадкая инфекция занесена из Штатов.

Потому что мы имеем дело с системной проблемой. А именно – с банальной пирамидой, известной советским школьникам по популярной книге Перельмана «Занимательная математика», а новому поколению – по кризису 98-го года.

Разница между 1998-м и 2008-м большая. Тогда бюджет был пуст, сейчас – наполнен. Тогда госдолги давили, сейчас – нет. В конце концов, тогда было лихолетье, а сейчас – процветание.

Но есть одно мерзопакостнейшее сходство. И это в данном случае главное. И тогда, и сейчас кризис стал результатом падения финансовой пирамиды.

В 98-м с энтузиазмом, унаследованным от освоителей казахской целины, строили пирамиду ГКО, в 2008-м соорудили пирамиду корпоративных долгов.

Кризис-98 научил многому. В частности, тому, как действовать в подобной ситуации. ЦБ и Минфин сейчас действительно сработали по высшим мировым стандартам. Еще тот кризис научил, что нельзя стране жить в исключительно долг и беспрестанно этот долг множить. Что ж, с тех пор у нас и бюджет профицитный, и даже запасы делать научились.

Не научились только одному: как же так вот взять и жить не в долг. А раз нельзя, как в 90-х, — приспособились занимать не от имени державы, а для корпораций.

Как оказалось, вся биржевая игра велась почти исключительно на заемные деньги. Как правило, это были «короткие» деньги на «длинные» обещания прибыли той или иной корпорации. Деньги по весне подорожали из-за того, что там, за океаном, лопались ипотечные пузыри. И другие факторы сработали на понижение курса акций российских компаний, они стали в сентябре часто стоить дешевле, чем сделанные под них долги.

Играть стало не на что, фишки кончились.

Известен закон отечественного бизнеса: в дело никогда нельзя вкладывать собственные средства. Ну, если, конечно, премьер не попросит спасти, там, банчок…

Просто говоря, строить далее ввысь пирамиду из долгов стало невозможно. И началась паника за игровым столом.

Тогда вмешалась власть и выдала игрокам еще наличности на игровые фишки. На сколько таймов их хватит на фоне снижения добычи углеводородов, под которую и брались займы? Нефти все меньше и меньше выкачивается, газа уже просто нет поблизости, Миллер и высшие чиновники регулярно ездят к азиатам и говорят одно: по любой цене купим.

Судя по всему, ненадолго хватит выданной наличности, так как желания бизнеса инвестировать свои средства дома не прибавилось. Средства кое-какие имеются, ведь когда страна рапортует о привлечении иностранных инвестиций, то всегда оказывается, что большая их часть – с Кипра. То есть – российские же деньги.

Конечно, проводятся показательные выкупы микродоз акций, много говорится о необходимости снизить налоги на все вообще, чтобы увеличить инвестиции во внедрение новых технологий, и так далее. Но

чаще поступают сообщения о масштабных инвестициях из России в курортное дело в Марокко, в металлургию США, в европейский бизнес, и все реже – о вложениях у себя. Здесь играют только одолженными долларами. Когда проигрывают, как теперь видно, расплачиваются невинные граждане пятой--седьмой частью и так невысоких доходов.

При этом много говорится о доверии, даже Фрэнсис Фукуяма порой цитируется. Но говорится о доверии кредиторов к заемщикам, то есть – Запада к российскому бизнесу. И замалчивается – о доверии российского бизнеса к российской власти. А ведь не будет же нормальный человек вкладывать свои кровные в стране, где в любой момент к нему могут прийти менты и заставить продать бизнес кому надо и почем надо. Ну, нельзя же всерьез говорить о строительстве бизнеса в стране, где председатель правительства бранит «Мечел» и после заставляет компанию назначать цены на сырье не по закону, в том числе – антимонопольному, а по долгосрочным контрактам – так сейчас называют то, что в СССР честно именовалось госценами.

Вот в чем фундаментальная проблема российской экономики – бизнес не доверяет власти.

Это подтвердил и последний ежемесячный опрос российских бизнесменов в рамках совместного проекта Ассоциации менеджеров и ИД «Коммерсантъ» по расчету индекса деловой активности.

64% опрошенных считают, что большее влияние на ситуацию на российском фондовом рынке оказывают «внутренние», нежели «внешние» причины. Только 32% придерживаются иного мнения. 68% опрошенных отмечают, что увеличивается степень вмешательства государства в экономику. Лишь 28% этого не заметили, но вообще никто не увидел, что госвмешательство уменьшается.

Получается, что кризис стал логичным продолжением государственной экономической политики. Чем больше командуют чиновники — тем меньше желания рисковать своими деньгами. Довмешивались – платите. Что дальше? Дальше – поиск новых впрыскиваний.

При удачном стечении обстоятельств запасов ЦБ и Минфина хватит, чтобы дождаться резкого подорожании углеводородов. Тогда в Россию могут прийти западные инвестфонды. Беда только, что предсказать цены никак никому не удается. Хотя Миллер обещал к концу года удорожание газа в разы, так что надежда есть.

При неудачном – надо успеть вытащить деньги из банков, купить ЖК-телевизор в детскую, продать квартиру, свободный остаток средств перевести во франки, спрятать под подушку, расслабиться и научиться получать удовольствие.