Цивилизация
С одним человеком была такая история.
Он был малым бизнесменом и со своим скромным штатом снимал офис. Бедный, но в хорошем месте. И недорого. Но приблизились выборы в Думу… Еще те, прошлые, 2003 года. И арендодатель почему-то вдруг решил, что офисы будет сдавать только партийным. Партия имелась в виду та, от которой уже мозоль на языке; это как бы и не название политической организации, а просто мантра какая-то. Малый бизнесмен пошел договариваться… И удачно. Он просто вступил в партию! Со всеми своими секретаршами и уборщицами!
Но на этом патриотические инициативы хозяина не остановились. Он, демонстрируя благонадежность, пустил под свою крышу какую-то шайку юных головорезов, которая взялась вести предвыборную агитацию. Ясно, в чью пользу. Этаж сразу покрылся флагами, пачками плакатов, листовок, это все навевало тоску — но также и сигаретными пачками и окурками, пивными бутылками, гондонами и шприцами. А из санузла пропали полотенца, мыло, туалетная бумага – в общем, если б не пачки с листовками, то просто беда.
Ребята пели к тому же хорошие песни, — наверно, партийные, а какие ж еще? Типа «Растаман всегда найдет, Что не докурит, то допьет...» или «Лаванда, баланжа, я сирота-а-а!»
Как я уже намекал (см. строчку про гондоны), архаровцы приводили девушек. Гостьи так говорили на мате, что вахтер-отставник-спецназовец краснел. Он случайно подслушал, как девушка рассказывала подружке о своей маме, какая та хорошая – одними только матерными выражениями, среди которых слышалось изредка просто «мама».
А сам малый бизнесмен подслушал беседу двух парней:
— Какого х… ты выкинул пачку листовок в мусорный бак? В том доме живет их стукачка! Она же нас вые…!
— На что ж мы тогда жить-то будем?
Бабушка таки стукнула, и ребята попали на бабки; им неделю было не на что бухать, и на этаже временно воцарилась мертвая тишина и покойницкая какая-то чистота.
Но потом жизнь взяла свое, и все стало как у людей.
Малый бизнесмен был человек начитанный, по крайней мере ТВ смотрел, и ему казалось, что происходящее похоже на «Собачье сердце». Он особо не напрягался, потому что экономил на аренде, и про братву думал снисходительно, любя все живое: «Ну, это как крысы завелись, — что ж с ними сделаешь...»
После выборов арендодатель выгнал хулиганов. Куда они подались? Малый бизнесмен ностальгически пялится всякий раз, как показывают наших и ваших и прочих, черт знает чьих…
Потом его и самого выгнали. И он думал, что зря таки вступил тогда в партию… Нехорошо получилось, и офиса нету, и перед ребятами неловко… Потом и фирма лопнула, — знаете, с малого начинается, только потяни за нитку. Малый бизнес, если он не бензоколонка – не самое сладкое место, несмотря на все бывшие старания Хакамады.
Люди расползлись кто куда. Малый бизнесмен мыкался, мыкался, перепрыгивая от копеечного извоза до челночества… До тех пор, пока его не взяли на хорошее чиновничье место. Он туда пошел совсем уж от отчаяния, кто ж его возьмет сегодня туда, в сладкую жизнь… Конкурс был страшный, как на «Фабрику звезд».
Но его резюме победило: он был единственный из всех соискателей ветеран партии. С солидным стажем. Теперь он в шоколаде, семья счастлива, она, наконец, зажила, а то все перебивалась с «Копеечки» на «Пятерочку» и не знала, как пройти в бутик.
Так о чем бишь я?
Малый бизнес – решительно за Путина, за партию. Ура, товарищи.
