Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Лужков против талмудистов

18.02.2009, 09:53

План Лужкова – не просто план, а бизнес-план, а потому есть риск проверки его на практике

Московский мэр отличается от прочих наших первых лиц тем, что точно знает, как быть дальше, и не таит этого знания от публики.

Пока остальные наши начальники скучными голосами повторяют, что кризис, мол, под контролем и полностью подчиняется их предписаниям, Юрий Михайлович вооружает каждого желающего готовым планом спасения. А это на нашем интеллектуальном безрыбье, согласитесь, дорогого стоит.

Из его январско-февральских статей в «Российской газете», а также из интервью, выступлений на единороссовских партактивах и прочих актуальных высказываний можно составить целую книжицу. В которой главный тезис, разом отвечающий на вопросы «кто виноват?» и «что делать?», звучит так: «Сколько бы ни пытались монетаристы-финансисты читать нам талмудические лекции, но главной причиной высокой инфляции у нас были и остаются недостаток денег в экономике, финансовый голод национального производителя…»

Если перевести с интеллектуального языка на обиходный, то

мэр Москвы, как и всякий крупный бизнесмен, требует у казны дешевых денег, в которых талмудисты-монетаристы его ограничивают под вздорным предлогом борьбы с инфляцией.

Под словами «крупный бизнесмен» мы с вами подразумеваем, разумеется, совсем не то, что сейчас подумалось некоторым. Просто наша столица — общепризнанная естественная монополия, все равно что госкорпорация, а значит, ее глава — в этом и только в этом смысле — своего рода олигарх.

Но хороший. В отличие от плохих, чей бизнес дислоцирован не в Москве и подлежит, по мысли Юрия Михайловича, национализации: «Алюминиевая отрасль, Ходорковский, Абрамович, «Норильский никель»… Государство должно отобрать этот бизнес, но не для того, чтобы формировать госкапитализм, а чтобы выставить на рынок, когда закончится кризисная ситуация».

Поскольку бизнес у Ходорковского отобран давным-давно, надо ли толковать это как предложение переотобрать данный бизнес уже у «Роснефти»? Не думаю.

Антикризисный план Лужкова следует понимать сердцем, а не умом.

Мелочные придирки только все испортят. Ведь главная мысль заключена здесь в придаточном предложении: чтобы выставить на рынок, когда закончится кризисная ситуация.

Вы спросите: а кто же эти будущие рыночные приобретатели? Ведь к моменту удачного окончания «кризисной ситуации» они должны стать достаточно богаты для совершения столь крупных покупок. Попросту говоря, успеть накопить те самые деньги, обзаведению которыми пока что мешают монетаристские талмудисты из Минфина и Центробанка.

Юрий Лужков подсказывает, что есть два отряда кандидатов в магнаты. Первая колонна, надо думать, резервная — это «нормальный традиционный менеджмент, руководители-производственники пусть с советским, но реальным трудовым опытом». Вторая и более перспективная — «молодые люди, выросшие из малого и среднего бизнеса, который выпестовал их в инкубаторах… и дал путевку в крупные проекты».

Ясное дело, «пестование в инкубаторах» и тем более выдача «путевок в крупные проекты» — дело не абстрактного «малого бизнеса», а вполне конкретных, облеченных властью людей. Если угодно, отдельно взятого человека. И сердце, которому мы с вами договорились доверять, подскажет вам, какого именно.

Такой вот антикризисный план. Простой, как грохот пионерского барабана. Отказ от «монетаризма» (то есть даже и от самых робких попыток затормозить инфляцию). Дешевые казенные кредиты (разумеется, выборочные, а то ведь «плохие» магнаты тоже ими воспользуются и все испортят — не разорятся). Национализация. И финал-апофеоз — переход активов в новые, «хорошие» руки и вытекающий из этого неизбежный расцвет.

В общем, вторая постановка 90-х годов с обновленным составом исполнителей и приглашением (приводом?) звезд тогдашней приватизации на роли незадачливых красных директоров. Может, со второй попытки и в самом деле получится лучше, чем с первой? Тем более, она похожа не на причуду отдельно взятого большого человека, а прямо-таки на веяние времени. Ведь

все подсказывает, что точно такие же планы пришли сейчас в головы и другим серьезным людям. Разве только кандидаты в магнаты у них из других инкубаторов.

Но Юрий Михайлович отличается от остальных теоретическим своим замахом. В поле его обзора попадают все приключения мировой экономики за многие десятки лет. Он не только обещает, но и объясняет. И план Лужкова — не просто план, а бизнес-план. Что, конечно, рискованно. Ведь его можно приложить к жизни и проверить, как работает.

Приложим. Хотя бы в нескольких местах.

Вот мысли о пороках классического капитализма: «Мировой капитализм и раньше переживал циклические кризисы. Суть этих кризисов была связана с перепроизводством в странах капитала, нехваткой денег у населения и нежеланием капиталистов терять прибыли, то есть снижать цены».

Вообще-то, это не так. Циклические кризисы, включая и нынешний, — время снижения цен, и часто существенного. О чем и говорят сегодняшние ценовые индексы в большинстве западных экономик и даже отпускные (но не розничные!) цены у нас.

Но мы о другом. У столичного мэра есть ведь собственная корпорация — корпорация «Москва». Уж наверное в качестве ее главного менеджера он явил полную противоположность этим мысленным капиталистам, «не желающим терять прибыли, то есть снижать цены». И уж конечно, так глубоко понимая, какими способами избегают кризисов, он велел московскому стройкомплексу снизить цены на жилье хотя бы втрое. Не велел? Ах, как нелогично. Смотрим дальше.

%«Внутренние источники средств и резервы, а не внешние займы и ресурсы мировых рынков должны рассматриваться как основной мотор развития экономики на годы вперед…» Кто это говорит? Ким Ир Сен, основоположник идеи чучхе? Нет, это говорит глава Москвы, из года в год получавшей десятки миллиардов долларов иностранных инвестиций, больше половины из тех, что приходили в Россию.

Может, это самокритика такая? Нет. Как и все прочее — критика «монетаристов».

И там же: «Признаком любой модернизации является опережающий рост промышленности и строительства по отношению к росту ВВП. Если же космическими темпами растут только финансовый сектор, торговля и сфера услуг, да еще и полностью зависимые от импорта, то это не модернизация, а ничем не обоснованное и не заработанное создание банального «общества потребления»…»

Нет в России уголка, больше похожего на вышеописанный, чем Москва, в региональном продукте которой «финансовый сектор, торговля и сфера услуг» весят во много раз больше, чем «промышленность и строительство». Но гендиректор столицы явно имел в виду не собственную сферу ведения.

Как и сокрушаясь: «Телевизоры у нас производят? Нет. Электронику — тоже нет… Автомобилестроение — только сборка, значит, тоже нет. Грузовички еще продолжают делать…, а конкурентоспособные легковые автомобили — нет… Мы же занимались в основном деньгами, а не реальным сектором экономики — вот что такое монетаризм!»

На самом-то деле реальным сектором «мы» занимались очень даже плотно, в том числе и в автомобилестроении. И было бы очень к месту напомнить, сколько казенных денег выброшено на ветер ради сохранения «Москвичей», конкурентоспособность которых так высоко ценилась народом и особенно москвичами без кавычек.

Нет, не обещает план Лужкова ни нового, ни лучшего. Все в нем знакомо и проверено. Как и в планах тех, кто не пишет статей в «Российскую газету» и скромно ждет своего часа в госкорпорациях, ведомствах и лоббистских опорных пунктах Белого дома и Кремля.

В 90-е годы лоббисты не раз уже спорили с монетаристами. А если честно, так даже и не с ними. Ни монетаристов, ни монетаристской политики у нас и не было никогда, как никогда не было низкой инфляции и нормальной банковской системы. А спорили они просто с сановными финансистами, людьми скуповатыми и не всегда довольными фабрикацией миллиардеров за казенный счет.

В их лекциях на темы аккуратного обращения с госфинансами и в самом деле было полно схоластики (выражаясь по-лужковски — талмудизма), весьма далекой от того, что они сами и делали. Да они не так уж и настаивали на своем. В конечном счете, их всегда удавалось переспорить или перетянуть на свою сторону.

И вот великая дискуссия стартует еще разок. Словно старинные, знающие друг друга насквозь соперники вызывают друг друга на схватку — к старой обшарпанной доске.

Первый ход финансистов стандартен, как e2 — e4: сначала, мол, уймем инфляцию, а потом будем снижать процентные ставки. А ответный ход лоббистов стандартен, как весь комплект статей Лужкова о «банкротстве монетаризма». У кого еще остались деньги и азарт — могут делать ставки.