Пенсионный советник

Подпишитесь на оповещения от Газета.Ru

Купить по-русски

14.12.2010, 10:08

Божена Рынска о скандальной сенсации с покупкой на «русской неделе» и версиях вокруг нее

В скандальной сенсации с покупкой картины Фешина отразилось все причудливое состояние арт-рынка и его русских покупателей.

В Лондоне в конце ноября торги по русскому искусству «ромбом идут». Три аукциона — Christie's, Sotheby's и MacDougall's — cоперничают между собой. Светская жизнь «русской недели» начинается с субботнего приема Christie's. На другой день те же собираются на вечеринке Sotheby's. Почти весь зал и там и там состоит из людей, озабоченных поиском контактов: я насчитала как минимум десять агентов по недвижимости — все они занимаются продажами лондонских особняков и апартаментов и пришли в надежде заполучить клиента. Реальные же олигархи ни на торги, ни на вечеринки не ходят — бьют по телефону или через дилеров.

По окончании «русской недели» арт-критики писали, что все прошло более-менее ровно, но настоящие игроки единодушно заявляли, что по живописи и Sotheby's все-таки провалился, и Christie's тоже не блеснул ни по полотнам, ни по продажам, но оба аукционных дома «добрали по предметам». (Это значит, что основные продажи были не картины, а вещи.) Оба старых дома «сделал» молодой аукцион MacDougall's и его русская совладелица Екатерина Магдугалл. «Маленький ковбой» русско-татарско-американского портретиста Николая Фешина ушел за десять миллионов долларов, хотя еще полгода назад на аукционе Doyle New York он продался всего за полмиллиона долларов.

Это безусловная сенсация, но сенсация с душком. Сейчас, кстати, слово «фуфло» абсолютно démodé. Вместо него в тренд вошло выражение «к этой работе есть вопросы». Так вот, к сенсации с Фешиным есть вопросы. И серьезные. Покупка эта безумна, цена неоправданна. Прекраснодушные критики углядели в этом и хороший резерв для развития русского рынка и победу лучшего портретиста XX века. Коллекционеры и дилеры между тем настроены куда менее радужно. «Что-то не то, дело нечисто, сомнительное что-то, из кого-то сделали идиота, блудняк, постановка, разводка …» — это самые мягкие из определений, звучавших в любимых олигархических барах Лондона после завершения MacDougall's.

Флагманы меняют курс
Вообще сегодня ситуация на рынке российского искусства сильно изменилась. Российские олигархи-коллекционеры делятся на два лагеря. Ценители живописи — это, к примеру, Петр Авен, Шалва Бреус, Сергей Маслов. Эти люди профессионально и грамотно коллекционируют живопись. Те же, кто вырос в бедных предместьях или местечках, выходцы из социальных низов, — эти «мужчины» с большой цифры собирают серебро, хрусталь, яйца, вазы — все такое твердое, надежное и прочное. Ведь картинка — это на самом деле даже смешно: повесили кусочек тряпочки с маслицем и просят за него несколько миллионов.

И рынок живописи за последние годы схлопнулся, и не только из-за кризиса. А потому, что у первого лагеря, у любителей живописи, уже все есть и им ничего не надо. Крупнейший игрок Петр Авен собрал почти все что хотел. И хотя на прошедшем Sotheby's он и купил скульптуру Врубеля в четыре раза дороже эстимейта, строго говоря, кассу аукционным домам он больше не делает. Виктор Вексельберг после так и не закончившегося разбирательства с Christie's за Кустодиева вообще разочаровался в старом искусстве и обратил взор с лирики обратно в физику. Кстати, в аукционные дни вся его братия, отвечающая за искусство, паслась в Лондоне. Шалва Бреус, соперничавший с Авеном за Врубеля и Петрова-Водкина, тоже сменил курс и с головой ушел в современное искусство.

Эти люди командовали на рынке, но они выполнили заданные телодвижения и теперь лениво привередничают. И потому сенсационные покупки сейчас преимущественно случайные. Например, в прошлом году Владислав Доронин купил за 2 600 000 фунтов «Негритянок» Гончаровой в подарок Наоми Кэмпбелл — этот факт почему-то ускользнул от светской хроники. В этом году тоже негритянскую работу и тоже Гончаровой покупал уже не он: некий игрок бился с самим аукционным домом Christies, его планомерно вытягивали все выше и выше, высасывая деньги, так нужные для кристиевской отчетности. Дотянув до нижнего (но высокого) эстимейта, телефонного игрока там и бросили — типа, сам выкарабкивайся....

Зато на ситуацию на рынке стали серьезно влиять украинцы. Они набирают живописи на крупные суммы. Второй самый дорогой лот «русской недели» (£1 874 069) «Вид на острове Валаам. Кукко» Ивана Шишкина бил дилер Суслянский, и, предположительно, бил он для киевского олигарха Адамовского. Видимо, купить было не просто нужно, но очень нужно. Картина эта своеобразная. Безусловно, самого высокого, высочайшего качества, но... дюссельдорфская, не русская, да и не украинская — германская школа. Нету солнышка между сосен, нету травки или дюн Финского залива, нет России. Но то, что имеется, — на немецкую «пятерку»!

Вслед за отошедшими от собирательства титанами пошел и спад среди карликовых олигархов. Вот, скажем, Петр Авен покупал агитационный фарфор — и за ним вслед, как за флагманом, тянулись люди. Но вот флагман лег на другой курс — и тут же с этой темы соскочили и остальные. Может быть, поэтому прекрасный метростроевский сервиз Дулевского завода, который в тридцатые годы был сделан для Кагановича, ушел всего за 10 000 фунтов. Год назад бы ушел тысяч за 100, а то и за 200.

Или вот, скажем, военные тарелки. Главной по тарелочкам еще год назад значилась мадам Батурина. Но — иных уж нет, а те далече. И, как следствие, военные тарелки, выпущенные при Николае Первом (они всегда очень высоко ценились), самым абсурдным образом не продались и за 12 000 фунтов. В то время как при Батуриной подобное добро улетало и по £90 000, и по £100 000.

Залп Катюши
Так бы ни шатко ни валко все и шло, если бы не залп аукциона MacDougall's. Вялотекущую депрессию лондонских аукционов взорвала наша Катюша.

Итак, по порядку. Что такое аукцион MacDougall's? Он возник совсем недавно. «Замутили» его с нуля. Владельцы — чета Макдугалл. Сам Макдугаллл — по слухам, бывший ответственный налоговый чиновник из лондонского Сити. Говорят, что его активная русская жена Катюша (внешне — настоящая малороссийская фермерша, но по происхождению москвичка) плотно поставила его под каблук. Катя Макдугалл крайне работоспособна, крутится как пчела. Собственно, на ней и держится весь бизнес. И вот еще штрихи к портрету госпожи Макдугалл: сплетничают, что когда она жила в Америке, то занималась женским боксом. И это в самом деле боевая машина и бесшабашный борец. Екатерина Макдугалл подрывает деятельность и Cristie's, и Sotheby's, она берет все и по тем ценам, которые ей сдают. Ее подход к аукционному бизнесу — это подход лавки старьевщика: все на все вкусы и много. В итоге по количеству лотов она превышает оба знаменитых аукционных дома вместе взятых.

Супруги Макдугалл ориентируются на русское искусство и параллельно раскручивают еврейских художников, что тоже необычайно прибыльная тема. И вот, значит, Николай Фешин. Прекрасный русский портретист. Любимый ученик Репина. Работал преимущественно в Америке. Весной этого года «Маленький ковбой» продавался на Doyle New York . Работу били (да не выбили) бизнесмены Михман и Шлягер (из Кельна), били для себя, не по заявке, но, видимо, в целях дальнейшей спекуляции. Работа ушла за полмиллиона долларов, но уже через полгода цена ее достигла десяти миллионов. СМИ тут же объявили о сенсации. Настоящие игроки пожимали плечами и говорили: «Опасно ходит», имея в виду Екатерину Макдугалл.

Как такое могло получиться? Какой безумец заплатил за Фешина по цене Ротко? Официальная версия аукционного дома: просто попала вожжа под хвост парочке покупателей. Это бывает, сцепились в запале. Нечто похожее было, когда три года назад Петр Авен сцепился за скульптуру Нижинского авторства Елены Данько из коллекции Шаляпина. Старт был дан с £30 000, а ушла скульптура за £320 000, то есть почти за пол миллиона долларов, в десять раз дороже эстимейта. Но полмиллиона долларов — не десять. Да и Данько мало, а Фешина навалом.

Николай Фешин — любимый художник американцев. Он работал в Америке, и большая часть его работ находятся там. На данный момент 1 500 000 долларов — красная цена за этого живописца. Как стало известно «Газете.Ru», примерно на такую сумму был заказ от американцев на Фешина и у антиквара Хочинского, который по причине «невъездности» в Россию сейчас делает бизнес в Америке, Европе и Японии. Повторюсь: полтора миллиона — честная цена за Фешина, но покупать его за десять!!! В России такого «фешиниста» нет. За 10 000 000 долларов можно купить Ротко, на которого всегда есть рынок, спрос, это безусловный инвестмент. Коллекционеры старого искусства — люди более чем состоятельные — состояние отвоевывали у лихих девяностых и разбрасываться им не склонны. Купить за десять то, что даже за пять в ближайшее десятилетие не продать, — поступок, достойный самоотречения. Поэтому эта абсурдная продажа и насторожила людей «в теме», обсуждающих в кулуарах, что сенсационная продажа Фешина — грамотная постановка.

Торги всегда еще и искусство разводок. В зале на Сен-Джеймс-стрит можно было наблюдать маленький спектакль. Ведущие роли в нем исполняли главный специалист по окучиванию татарских олигархов Эльдар Галеев, его приятель (тоже из Казани), Екатерина Макдугалл и неизвестный господин, который нервничал и страдал.

Итак, неизвестный господин сидел в зале с телефоном у уха и явно выполнял поручение клиента добить до какой-то определенный суммы. Господин Галеев тоже работал с телефоном с кем-то за пределами зала: он дергался, пересказывал, клал трубку, снова ее хватал. Сама Екатерина Макдугалл тоже махала и головой, и трубкой. Еще один важный персонаж появился после окончания торгов: это была дилер Наталья Курникова, которая обычно бьет для Эрнста, а раньше била для Костина, и тоже с трубкой у уха. Правда, она ничем не шевелила, и глаз у нее не дергался. Если вся честная братия бегала с трубками в ушах — значит, кого-то сильно интересовало, что происходит по этой картине.

Когда Фешин наконец отбился, появился Эльдар Галеев. И, хотя картину у него перебили, антиквар Александр Хочинский (ранее заклятый друг, а позже заклятый враг Эрнста — не поделили картину) крикнул ему: «Тебя можно поздравить с продажей?» В ответ на это дилер смутился, закашлялся и куда-то рванул. Представьте: все видели, что картину взял не Галеев — его ставку перебили. И, тем не менее, Хочинский, которому всегда больше всех все надо, поздравляет именно Галеева.

Несколько дней любители прекрасного и торговцы прекрасным обсуждали версии происшествия.

Версия первая, постановочная
Про MacDougall's поговаривают следующее: Катюша все продает, а потом некоторые вещи почему-то оказываются на своих местах. Но и тут нельзя стопроцентно говорить о спектакле с продажами. Ведь может быть и так, что они действительно продают, а им потом не оплачивают покупку.

Тем не менее первая же озвученная в баре Лэндсборо версия была такая: торги по Фешину — постановка. Аукцион взял у кого-то в аренду картину, разыграл спектакль, чтобы порвать Christie's и Sotheby's. Так иногда делается на аукционах. Эта версия была довольно быстро исключена: сумма для фиктивной продажи слишком большая, следовательно, слишком большая и аукционная премия. Хотя, если не поскупиться, то дает мегарекламу.

Не в пользу этой версии и то, что в случае широко разрекламированной широкой продажи картина лет на восемь вообще исчезает из оборота. Продавать ее и снова выставлять нельзя — слишком большое «палево».

Можно было бы рассмотреть версию с искусственным поднятием цены именно на Фешина. Тогда в этой перепродаже был бы заинтересован человек, у которого затоваривание Фешиным и который хочет от него избавиться. В мире современного искусства в этом случае нарочно выставляют на торги и перепродают художника себе самому, чтобы накрутить художнику историю продаж. Но в старом искусстве все это проворачивать труднее: нужно сначала пролоббировать выставку, например, в Русском музее, сделать ей пиар-компанию, выпустить каталог, показать по центральным каналам. Так делали, например, с Барановым-Россине, потому что одной перепродажей тут не отделаешься. Ничего подобного перед продажей Фешина не наблюдалось, да и человек, страдающий от затоваривания Фешиным, светской науке не известен. И потому и эту версию мы отметаем.

Кроме того, фальшивая продажа с целью подъема акций своей компании — дело, безусловно, наказуемое, это мошенничество. В российском аукционном бизнесе доказать разводку крайне трудно. В Англии — другое дело, там ведь могут проверить поступление платежа за покупку, кто платил и откуда. И, если деньги не поступят на счет аукционного дома, также могут возникнуть вопросы: не заплатил? почему?

Версия вторая, татарская
Кто может захотеть лупить не самого инвестиционно привлекательного и не самого раскрученного художника до конца, до не резонной, но победной цены? Только тот, кто покупает ее для священной особы императора. Только в этом случае идет «мы за ценой не постоим». Кому из священных особ может приспичить Фешин? Коллекционеры и дилеры несколько дней в один голос утверждали, что картину били для главного татарина — Минтимера Шаймиева.

Могло быть такое: хану объяснили, мол, есть такой Фешин, вся Америка с него с ума сходит, хорошо бы самого дорогого и известного художника Татарстана повесить к вам. Хан захотел. И тогда президент какой-нибудь «Нефтьтаты» может поручить дилеру купить именно эту картину во что бы то ни стало — нельзя отказать человеку, который сделал его мультимультиком. (Прим. «Газеты.Ru»: мультимиллионером.) Цена вдруг взмывает до небес, но это как раз та ситуация, когда нельзя сказать «нет». И только в этом случае можно безбашенно лупить.
Цена при таких сделках взмывает до небес, конечно, не просто так, а вследствие инсайда, который звучит примерно так: старик хочет картину, будут бить до победы. Тогда в зал подсаживаются два человека, которые на пару раскручивает цену на картину.

Эту версию называли основной, к ней склонялись большинство опрошенных «Газетой.Ru» дилеров и коллекционеров. Но к концу недели отвалилась и она. Мы связывались с разными специалистами по окучиванию Татарстана старым искусством и получили довольно убедительный ответ: «Если бы старик захотел картину, он бы получил ее запросто так, и не чуждого нам ковбоя, а нормального казанского пацана: в Казани Фешиных много, любого на выбор получил без усилий». «Нет, это не Минтимер», — сказали близкие к элите Татарстана люди.

Версия третья, лоховская:
Именно ее сейчас придерживаются и «форбсы», и арт-спекулянты. Неизвестный нервный парень в зале был не подсадной уткой, а представителем настоящего покупателя. Верхняя планка, до которой он будет поднимать, стала известна заинтересованным лицам. Вот как откомментировал эту ситуацию один из участников рынка:

«Итак, один мистер Х. решил купить Фешина за любые деньги! Причина? Не важно. Для красоты сюжета - для любимой девушки (пример Доронина, также заплатившего громадную сумму). Он сам или его представитель в зале или по телефону будет идти «до победного конца». Но нет другого биддера — и нет рекорда. Без инсайда не бывает, утечка инфы — дело обычное, а заканчивается обыденно — выкачиванием дополнительных сумм».

Если это так, то MacDougall's играет с огнем. «Качает мазу», как говорят в кулуарах. И может рано или поздно напороться на ржавый гвоздь.