Цивилизация
Если российский генеральный прокурор становится Человеком года в России, то российский олигарх может стать Человеком года только в Лондоне. Сей факт поразительно точно отражает реалии сегодняшней жизни родной для всех нас страны.
Конечно, лондонцы выбирают своего «Человека», в сущности, за экстравагантные поступки. Абрамович, конечно, не отсидел в стеклянном кубе какое-то невероятное количество суток, но зато русский (все мы в Лондоне русские) губернатор далекой и холодной Чукотки потратил какое-то невероятное количество денег на любимую лондонцами футбольную команду. Впрочем, и прокурор Устинов получил свое звание «Человека», на мой взгляд, за не менее экстравагантный поступок – посадил в простую советскую тюрьму самого богатого человека своей страны.
Лондонцы готовы чествовать Абрамовича за конструктивный вклад в их английскую жизнь. Россияне, не исключаю, числом, равным голосовавшим на выборах за «ЕдРо»+«Родину»+Жириновского, считают и вклад Устинова в нашу жизнь конструктивным. Вообще же людям, которым приходит в голову выдвигать на персону года генерального прокурора, стоит провериться у психиатра. «Человек года» с лицом и должностью Устинова – диагноз, увы, и для всей страны.
Кстати, и лондонский «Человек года» с фамилией Абрамович и его деньгами – тоже диагноз для нашей страны. Даже если бы Роман Аркадьевич скупил все русские футбольные команды, а заодно взвалил на себя еще пару-тройку регионов России, ему никогда не суждено было бы стать «Человеком года» в России – рылом не вышел, да и богат слишком. Вот взяточник с понтами, осеняющий себя крестом в храме Христа Спасителя, – это наш идеал, наш человек, наша надежда и опора, наше будущее, наконец.
А англичанам нравится «этот парень», нравится, что он богат, нравится, что он тратит свои деньги в Лондоне, нравится, что приезжает на каждый матч «Челси», нравится петь «Калинку». Они даже выучили названия «Сибнефть» и ЮКОС, они уже переживают за его бизнес. Лондонский таксист внимательно расспрашивал меня, чем чревато для Абрамовича прекращение сделки между двумя компаниями, старательно выговаривая непроизносимые для англичан названия. Еще он спрашивал, почему этот другой «русский миллиардер пошел в тюрьму», а не уехал в Лондон, как господин Роман: «У нас еще много чего можно купить». Милый простодушный англичанин.
А московский таксист на полном серьезе объяснял мой подруге, что «не фига было Ходорковскому гнать нефть на Запад», тогда бы его и не трогали.
Ну что тут сделаешь – два мира, два Шапиро, как говаривали раньше.
Ровно поэтому один «мир» выбирает себе в кумиры года владельца удачно выступившей футбольной команды, а второй «мир» боготворит «удачно выступившего» начальника силового ведомства.
Не менее интересно было бы узнать, что два этих столь различных «мира» назовут событием года. Почти уверена, что для «них» — это арест Хусейна. А для нас? Что угодно, но не арест Хусейна. А потому, пока весь мир радовался этому событию, российские политики не скрывали надежды, что поймали не иракского лидера, а его двойника. Видимо, сказывается неизбывный в России священный трепет перед диктатурой. А поверженный диктатор к тому же такой ностальгически родной, такой усатый, такой, блин, свой, что вслед за Жириновским рыдает полстраны. Нет уж, мы себе придумаем другое событие года. Я не знаю, какое, и не могу знать, потому что безродному космополиту не дано понять.
Автор — специальный корреспондент ИД «КоммерсантЪ»
