Цивилизация
С 4 по 16 февраля 2016 года институт «Центр развития» провел очередной квартальный опрос профессиональных прогнозистов относительно их видения перспектив российской экономики в 2016–2017 годах и далее до 2025 года. В опросе принял участие 31 эксперт из России и других стран.
По сравнению с предыдущим опросом прогнозы стали значительно хуже. Сейчас всего один эксперт считает возможным рост российской экономики в 2016 году, тогда как три месяца назад оптимистов было 13 из 29. И если в прошлый раз прогнозисты ждали спада лишь на 0,1%, то сейчас консенсус-прогноз — минус 1,5%. Прогноз на следующий год пока остался в положительной зоне, но был понижен с 1,3 до 0,9%.
«В совокупности текущая динамика макропоказателей указывает на то, что спираль рецессии в российской экономике продолжает закручиваться, а основным стабилизатором, ограничивающим ее масштабы, является дальнейшая коррекция импорта», — отмечает директор института «Центр развития» НИУ ВШЭ Наталья Акиндинова.
Естественно, что значительную роль в ухудшении прогноза сыграло падение цен на нефть. Если три месяца назад экономисты ждали среднюю стоимость барреля в 2016 году $55, то сейчас консенсус-прогноз дает $38, а на $60 получится выйти не в 2017-м, а только в 2022 году.
Среднегодовой курс рубля в этом случае будет колебаться в диапазоне 68–73 руб. за доллар. Инфляция, по данным консенсус-прогноза, даже в 2022 году не выйдет на уровень 4%, который Центральный банк хочет достичь в следующем году. Прогнозисты «Центра развития» полагают, что ее удастся снизить только до 4,7%. В этом году они ожидают инфляцию в 8,9%.
«В целом эксперты не ожидают значительных бурь в финансовой сфере, однако перспективы восстановления устойчивого экономического роста российской экономики представляются им весьма сомнительными. При этом по темпам роста Россия будет заметно отставать не только от Китая и Индии, и даже не от мировой экономики в среднем, но и от темпов в некоторых развитых странах, в частности в США», — резюмируют в «Центре развития».
Пять участвовавших в опросе экономистов считают, что рецессия продолжится и в 2017 году, а два человека думают, что она затянется на четыре-пять лет.
По оценкам самого института, при сохранении текущей конъюнктуры ($35 за баррель), продолжения тенденций к внешней изоляции и административному подавлению экономической активности рецессия в российской экономике может затянуться до 2018–2019 годов.
Только в 2022 году прогнозисты ждут выхода на темпы роста, немного превышающие 2%. «Приходится констатировать, что эти темпы, которые не так давно воспринимались едва ли не как катастрофические, сейчас выглядят как едва достижимые», — отмечается в докладе «Центра развития».
Со схожими пессимистичными прогнозами на в четверг, 25 февраля, выступили и другие экспертные центры. Так, рейтинговое агентство Standard & Poor's полагает, что российская экономика вступает во второй год рецессии, и прогнозирует снижение реального ВВП на 1,3% в 2016 году.
«Пересмотр макроэкономического прогноза для России связан с пересмотром в сторону понижения наших допущений относительно цен на сырье», — подчеркивают в S&P. Аналитики агентства прогнозируют среднегодовую цену барреля $40.
Главный экономист Внешэкономбанка, экс-замминистра экономического развития Андрей Клепач сказал журналистам, что наиболее вероятным считает спад на 2% в этом году при цене нефти $35 за баррель.
Минэкономразвития свой официальный прогноз на 2016 год обновить еще не успело. В прошлогоднем варианте при цене нефти $50 за баррель ведомство ждало роста ВВП на 0,7% и спада на 1% при нефти $40. Недавно министр экономического развития Алексей Улюкаев говорил, что с новым прогнозом ведомство определится к апрелю.
Говоря об итогах января, он сказал, что, по предварительной оценке, рост (очищенный от сезонных факторов) был «примерно нулевым», «может быть плюс 0,1% или минус 0,1%».
«Пока продолжается неуверенное балансирование экономики на месте, как велосипедисты — кто первым тронется. Есть даже такой термин в велоспорте — «сюрпляс», — описал министр текущую ситуацию в экономике.
«Должен пройти какой-то сигнал, потому что ликвидности много, проекты есть, чтобы их соединить, должен быть некий мостик для понимания будущего», — добавил он.
Директор по анализу финансовых рынков и макроэкономики УК «Альфа-Капитал» Владимир Брагин считает, что в экономике в 2015 году сформировались условия для роста. Из-за снижения реальных зарплат у компаний стало больше оставаться финансовых ресурсов, что увеличило их возможности инвестировать в расширение бизнеса (по данным Росстата, компании увеличили за 11 месяцев 2015 года финансовый сальдированный результат «прибыль минус убытки» примерно в 1,5 раза, до 8,3 трлн руб.). За кризис пока расплачивается не бизнес, а потребитель.
Препятствием для роста инвестиций является неопределенность и негативные ожидания, связанные с ценами на нефть. Но эти факторы постепенно сходят на нет. Брагин считает, что критически важны для выхода на траекторию роста неповышение налогов на бизнес и отсутствие со стороны правительства популистских шагов по форсированному выходу из кризиса. В данном случае «бездействие» приносит гораздо больше пользы.
«Когда у правительства есть ресурсы для борьбы с кризисом, кризис не заканчивается. Заканчивается он тогда, когда ресурсы кончились, бороться с кризисом перестали и отпустили вожжи — все, кризис заканчивается.
На мой взгляд, не надо недооценивать в данной ситуации силу бездействия. Иногда, чтобы что-то произошло правильно, надо бить себя по рукам и ничего не делать», — считает Владимир Брагин.
При благоприятном раскладе где-то в третьем квартале российская экономика может начать выходить из рецессии. Но не стоит сбрасывать со счетов факторов парламентских выборов, которые пройдут в сентябре 2016 года.
Власти могут предпринять ряд популистских шагов, например проиндексировать еще раз пенсии, спустить крупным компаниям негласный запрет на сокращение персонала, значительно повысить минимальный размер оплаты труда и т.д. Это потребует дополнительных расходов бюджета, снизит доходы предприятий, сделает весьма вероятным рост налогов на бизнес и подорвет процесс естественного выздоровления.
