Нефтяная сделка десятилетия

Shell объявила о крупнейшей нефтегазовой сделке десятилетия

Компания Shell покупает британскую BG — сделка уже названа крупнейшей за десятилетие. Shell заплатит $70 млрд, что на 50% выше рыночной цены, однако приобретение все равно можно назвать выгодным. Период низких цен на нефть — удачное время для покупок крупных активов.

Британо-нидерландская Royal Dutch Shell объявила об одной из крупнейших сделок в нефтегазовой отрасли. Shell покупает британскую нефтегазовую BG Group Plc, сумма сделки оценивается в £47 млрд ($70 млрд). Об этом компании сообщили в среду в совместном релизе. «Результатом станет создание более конкурентоспособной и сильной компании в условиях нынешней волатильности цен на нефть», — заявил глава совета директоров Shell Йорма Оллила.

BG в первую очередь ориентируется на газ (компания является третьим по величине производителем газа в Великобритании) и именно этим заинтересовала Shell. По словам исполнительного директора компании Бена ван Бердена, после поглощения BG Shell станет крупнейшим среди международных компаний производителем сжиженного природного газа (СПГ).

Сделка позволит Royal Dutch Shell нарастить запасы нефти и газа примерно на 25%, добычу — на 20%. За это Shell оказалась готова переплатить.

Акционеры BG получат на каждую свою бумагу по 383 пенса и 0,4454 акции Shell. Учитывая стоимость акций компании-покупателя на конец торгов 7 апреля, бумаги BG оценены в 1367 пенсов за штуку, что примерно на 50% выше их рыночной стоимости. В результате сделки держатели акций BG станут владельцами около 19% объединенной компании. Покупка, предположительно, должна быть завершена в 2016 году, после получения одобрения регуляторов и акционеров. А в 2017–2020 годах Shell планирует запустить программу обратного выкупа акций на сумму около $25 млрд.

Сделка уже названа крупнейшей в нефтегазовом секторе за последнее десятилетие. Капитализация объединенной компании будет выше, чем у американской Chevron ($204 млрд — по данным на среду) и, по оценке агентства Bloomberg, почти вдвое превысит капитализацию британской BP (£85,33 млрд).

До этого момента крупнейшей сделкой за последние годы считалась покупка «Роснефтью» 100% ТНК-ВР в 2013 году. Российская госкомпания заплатила в общей сложности $44,38 млрд деньгами и передала 12,84% своих акций одному из продавцов (все той же ВР). Вторым продавцом выступал консорциум российских бизнесменов AAR, который продал 50% ТНК-ВР за $27,73 млрд. Общая сумма сделки оценивалась приблизительно в $55,5 млрд.

Сейчас удачное время для покупок крупных активов в нефтегазовом секторе. Вместе с падением нефтяных цен (с середины 2014 года баррель подешевел со $110 до $55, хотя в последние дни наблюдается некоторый рост — в среду баррель североморской нефти Brent подорожал до $58,22) снижается цена нефтегазовых компаний.

Правда, наиболее крупные сделки проходят не в добыче, а в сервисном секторе. Так, в конце прошлого года стало известно о слиянии таких гигантов мирового нефтесервиса, как Halliburton и Baker Hughes. Первая покупает вторую за $34,6 млрд. Позднее мировой лидер в сфере нефте- и газосервиса компания Schlumberger приобретает 45,65% крупнейшей в России буровой компании Eurasia Drilling Company. Здесь сумма гораздо скромнее — $1,7 млрд.

«BG сама по себе является привлекательным активом, так как компания практически завершила инвестиционный цикл и теперь будет генерировать денежный поток», — поясняет аналитик UBS Максим Мошков.

По его словам, если по итогам 2015 года свободный денежный поток у BG, по прогнозам, будет отрицательным (–$1 млрд), то уже в 2018 году он составит $5,4 млрд. Но это при цене нефти на уровне $90 за баррель — именно такой прогноз дает UBS на 2018 год. Для сравнения: у Shell в текущем году свободный денежный поток, по оценкам UBS, составит $6 млрд, а в 2018-м — $11 млрд.

Вице-президент Argus Вячеслав Мищенко говорит, что вряд ли стоит в ближайшее время ожидать слияний и поглощений среди мировых лидеров в добывающем секторе. А вот более мелкие могут оказаться просто вынуждены идти на слияния, причем в первую очередь речь идет об американских компаниях.

Из-за рухнувшей нефти страдают американские добытчики сланцевой нефти: многие из этих компаний являются небольшими, зачастую семейными предприятиями с большой кредитной нагрузкой. «Уже сейчас мы видим значительное снижение инвестиций в добычу и сокращение числа буровых установок в Америке, — отмечает Мищенко. — На этом фоне следует ожидать слияния мелких компаний и поглощений их более крупными».