Два бывших сотрудника южно-корейской Daewoo обвиняются в промышленном шпионаже в пользу российского автозавода ТагАЗ, рассказали «Газете.Ru» в компании General Motors (владеет маркой Daewoo). В компании ТагАЗ подтвердили, что два специалиста, перешедших из Daewoo работать на российское предприятие, оказались под следствием у себя на родине. Однако от официальных комментариев по этому поводу отказались.
Tagaz C-100 — легковой автомобиль эконом класса, сборка которого организована на площадке Таганрогского автомобильного завода. Модель разработана корейским подразделением «ТагАЗ-Корея». Автомобиль выпускается из машинокомплектов, которые приходят на конвейер из Кореи. У моделей импортный двигатель, подвеска, двери и элементы кузова. Автомобиль комплектуются двигателями 1,4, 1,6 и 1,8 литров. Цена на модель начинается от 349 тыс. руб. Базовая комплектация C-100 включает в себя велюровую обивку салона, подушку безопасности водителя, электростеклоподъемники, систему ABS и гидроусилитель руля. Производство автомобиля началось 30 апреля 2009 года. У дилеров модели появились в начале лет. Сейчас, по данным производителя, реализовано около 150 машин.
По мнению экспертов GM-Daewoo, именно на их основе и была разработана российская С-100.
С-100 действительно разрабатывалась в конструкторском бюро ТагАЗ, расположенном в Корее. В Россию машина приходит в виде машинокомплектов, пояснил представитель Таганрогского автопредприятия. Как пишет южнокорейское информагентство Yonhap News , следователь из округа Намбу в Сеуле рассказал, что «Хван отверг все обвинения в свой адрес, однако его подчиненные признали, что он давал указание им использовать те самые файлы». В ходе проверок прокуратура опросила еще нескольких сотрудников сотрудников ТагАЗа.
Как пишет издание Korean Times, в этом деле изначально было три участника. Однако один из рабочих покончил жизнь самоубийством, прежде чем его успели арестовать.
Издание ссылается на официальное заявление представителей корейской прокуратуры. В случае если Хван и Чон сознаются в преступлении, им по местным законам грозит 10 лет тюремного заключения.
Для российского автозавода ущерб если и возникнет, то будет скорее репутационным, чем экономическим. «Так как автомобиль сертифицирован в России, запретить его продажу не могут. GM может попробовать ограничить право ТагАЗа на реализацию ее продукции через суд. Здесь GM придется доказать, что в С-100 использовал технологии, разработанные ими и затем незаконно заимствованные», — рассказывает кандидат технических наук НИИ автотранспорта Сергей Мороз.
По мнению эксперта, доказать факт промышленного шпионажа будет тяжело. «На автомобильном рынке продается много автомобилей с заимствованиями. Часть из них используют чужие разработки законно — за деньги. Чаще всего это технологические ноу-хау. А вот в случае с деталями дизайна «плагиат» случается сплошь и рядом.
Даже в случаях более очевидного сходства доказать факт кражи бывает очень тяжело. В большинстве случае такие ситуацию удается разрешить, не доводя ситуации до суда», — поясняет Мороз.
Впрочем, на данном этапе С-100 не представляет опасности для американского автогиганта. По данным Ассоциации европейского бизнеса, за первые восемь месяцев в России была продана 21 тысяча Chevrolet Lacetti. Для сравнения, С-100 было продано около 150 штук (данные компании ТагАЗ).
