Сукино болото

Итория «Москвича»

Фото: ИТАР-ТАСС
История «Москвича» занятней, чем может показаться. Участие 412-го в качестве гвоздя программы ралли олдтаймеров напомнило, что история «Москвича» уже действительно история.

В прошлую субботу «Олдтаймер-галерея» Ильи Сорокина организовала ралли автораритетов. Перед легендарной «Метлой» на Новом Арбате в тени «Роллс-Ройсов» и «Ягуаров» скромно поблескивал боевым раскрасом «Москвич-412» 1972 года. Его пилоты — настоящие чемпионы Юрий Лесовский и Вадим Ржечицкий. Занятно, но у старика с ралли «Метелица-2007» действительно раллийная слава. На счету 412-х ралли «Монте-Карло», марафоны Лондон — Мехико и Лондон — Сидней… Говорят, для кубков иногда не хватало места на капоте. Было? Было.

Биография «Москвича» началась на волне индустриализации, когда Советский Союз приобрел у Генри Форда автопром. Тогда, в 1929 году, на месте Тюфелевой рощи и у Сукина болота поднялись ЗИС и Московский автосборочный завод им. КИМ (Коммунистический интернационал молодежи) — филиал будущего ГАЗа.

В ноябре 1930 г. филиал начал собирать легковые «Форд-А» и грузовики. Именно на нем действовал единственный в стране конвейер, и вот чудо, в 1940 г. его всерьез собирались отдать под авто для частника.

К концу 30-х знакомство с «Фордами» позволило инженерам КИМа создать на базе Ford Prefect двухдверную малолитражку КИМ-10. Если бы все пошло как задумано, то в течение нескольких лет завод бы вышел на обороты в 50 тысяч машин в год. По сути, в СССР в конце 30-х планировался свой «народный автомобиль». Проект зарубил Сталин, говорят, из-за того что с ним не посоветовались. Точнее, он поручил переделать авто в четырехдверное. Что на самом деле случилось за кремлевскими кулисами — неясно. Вряд ли проект мог быть чисто «комсомольским самоуправством» - ведь первые 500 комплектов для КИМ уже сделали по чертежам завода в США и заплатили валютой.

Не менее темной была и история с Opel Kadett K38, производство которого развернули на МЗМА (Московский завод малолитражных автомобилей — так после возвращения из эвакуации назвали предприятие). МЗМА-1 (собственно, первый «Москвич-400») почти полностью соответствовал немецкому аналогу, но так до конца и не ясно, откуда взялись линии для его выпуска. В советской зоне «Кадеты» не делали, и потом, Opel со всеми потрохами принадлежал американской General Motors. Возможно, в суматохе 1945 года кто-то Opel на что-то тихо обменял. Тем более, немецкие автозаводы тогда не брали и задаром, а хитрецы из GM давно списали весь Opel в военные убытки (как известно, с лихвой возмещенные фирмам правительством США).

«Кадеты» выпускали с 1947 г. Они честно трудились в послевоенные годы. Их продавали всем, и бабушка-автолюбительница Раневская лихо зажигала на «Москвиче» в кино.

Их сменщиком в 1955 г. стал Москвич-402, напоминавший «Волгу» в миниатюре с ее крылышками. Говорят, с него лепили первую китайскую малолитражку. Уже с начала 50-х на заводе делали спортивные версии и активно «гонялись». Кстати, над спорткарами работал знаменитый автомэтр Лев Шугуров. На финском ралли «Тысячи озер» в Москвич-407 пришел третьим.

407, 408, 412… Кто не знает «Москвичи» 60-х, они долго служили и после истечения всех возможных сроков, а вариации их кузовов, казалось, покрывали все возможные ниши. Считается, что 50-сильный 408-й по дизайну шел вровень с вполне яркими «европейцами», а его система безопасности, кстати, была сертифицирована во Франции. Конец 60-х стал золотым веком для «Москвича». Заводу присвоили имя Ленинского Комсомола, отобрали у Сукина болота остатки территории и позвали на отвоеванное французов.

Renault модернизировало завод, и «Москвичи» на годы приобрели характерные черточки французских машин. Спортивного духа от этого только прибыло — в это время на проекты Renault работала команда гоночного волшебника Гордини. Неким отражением раллийных подвигов завода стало то, что «Москвичи» стали непременными героями отечественных кинофильмов про гонщиков. В те времена над будущим АЗЛК начал работать и сам Раймонд Лоуи, один из патриархов американского дизайна, создатель бутылки «Кока-Колы» и хитов от «Студебеккер». Французскому бюро мэтра было поручено довести 75-сильный 412-й до экспортной кондиции — АЗЛК разворачивал экспансию по всему свету. Принцип умножения надежности на два, характерный для отечественной инженерии, добавлял машине на рынке свои козыри. «Москвич» даже вывезли в Антарктиду, каким-то образом завели и даже попробовали поездить. Лоуи разработал и концепт С1, предполагавшийся на смену семейству 2140, но руководство предпочло стиль Simca. В те времена у «Москвича» появилась даже собственная «дочка» — ИЖ на первых порах собирал разработки АЗЛК. Сам же завод в 1975 г. перешел на 2140-й на платформе 412-го.

Увы, постепенно, вся эта по-комсомольски задорная машина начала глохнуть вместе с остальной экономикой.

Уже так называемая люксовая версия 2141SL, появившаяся в 1981 г., поражала убожеством: навешанные черные пластмассовые прибамбасы, обрубки крыльев из 50-х, как у подрезанного ангела. Хозяева, сравнивая конструкции «Москвича» с вазовскими, отзывались: «тупой». Качество хромало на все колеса. Ничего не мог изменить и переднеприводный 2141. В 1988 г., правильный и просторный, он смотрелся болезненно банальным, словно вычерченным по трафарету. С контролем качества сборки была совсем беда, про треск пластмассы в машине ходили анекдоты. Под 2141-й завод взял у государства кредит в 381 млн у. е. на новое оборудование. Покупку разворовали, Комсомол приказал долго жить, а валюта кредита, пережив инфляцию, повисла на шее у завода.

История агонии «Москвича» хорошо известна. Хотя история отношений федеральных и московских властей над останками завода нелицеприятна, самое грустное, что дело не в деньгах. Судя по тому, как здравствует на территории АЗЛК сборка Renault, выход если и был, то в переходе под иностранцев. И точно не в реновации собственных костей: попытка реинкарнации старых клонов 2141-го из 70-х под уморительными именами «Святогор», »Юрий Долгорукий», «Князь Владимир», пусть и с французскими двигателями, вышла ещё та. Если она и интересна, то как анекдот про Московскую мэрию и московский бюджет. Страшно представить Москву, наполненную «Святогорами». Кстати, их облик и качество — пример того, что авто выходит зеркалом вкуса. Если с ним беда, остается сплошное Сукино болото. Кстати, в декабре прошлого года имущество завода официально ушло с торгов, так что история завода «Москвич» закончилась, а вот история 126 сукиных гектаров только начинается.