«НК «Роснефть» получила решение арбитражного трибунала от 6 октября 2006 года в отношении арбитражного разбирательства, инициированного компанией Total E&P Vankor», — говорится в появившемся во вторник сообщении российской компании.
Как с удовлетворением сообщает «Роснефть», «арбитраж отверг все требования компании Total. Решение окончательное и обязательное к исполнению сторонами».
Total настаивала на передаче в ее владение 52% доли Ванкорского нефтяного месторождения. При этом французская компания ссылалась на заключенное еще в 2002 году соглашение с тогдашним владельцем лицензий на Ванкор, «Англо-Сибирской нефтяной компанией» (ASOC). По договору Total получала право выкупа (опцион) 52% проекта освоения Ванкорского (ООО «Енисейнефть»), и 60% — Северо-Ванкорского месторождений (ООО «Таймырнефть»).
Однако опцион выполнен не был — в 2003 году ASOK приобрела «Роснефть», переоформившая лицензии на Ванкорские месторождения на свою дочернюю структуру ЗАО «Ванкорнефть».
В ответ Total в 2004 году подала иски, в которых требовала от «Роснефти» в сумме свыше $1 млрд. В $640 млн Total оценила убытки по Ванкорскому соглашению, еще в $430 млн — по Северо-Ванкорскому. С тех пор французы сумели добиться в арбитражных судах разного уровня ряда положительных решений. Между тем «Роснефть» виновной себя не признавала, настаивая, что условия, при которых мог быть реализован опцион, так и не наступили.
Упорство российской компании оправдалось — арбитражный трибунал в Брюсселе признал правоту «Роснефти» в споре относительно Ванкорского блока.
Второй, по Северо-Ванкорскому, стоимостью в $430 млн еще предстоит рассмотреть, однако перспективы Total в свете предыдущего решения выглядят неважно.
Тем не менее небольшой шанс у французской компании все же есть, хотя этот шанс является скорее теоретическим. «Total может рассчитывать только на возможность оспорить решение брюссельского арбитража в высшей судебной инстанции Бельгии, — объясняет управляющий партнер юридической фирмы «Вегас-Лекс» Альберт Еганян. – Однако шансы на это достаточно невелики, так как в высшем бельгийском суде допускаются прения лишь по небольшому числу пунктов».
Тем не менее, по словам Еганяна, теоретическая возможность добиться победы у Total существует. Правда, отраслевые эксперты в это не верят, более того – по словам нефтяных аналитиков, Total не добьется успеха и со своим вторым иском.
«Опционы на покупку «Енисейнефти» и «Таймырнефти» были заключены в 2002 году, через год «Англо-Сибирскую компанию» купила «Роснефть», — напоминает аналитик группы «ЦентрИнвест» Наталья Янакаева. – Судя по тому, что пакеты акций близки по объему, а соглашения были подписаны в один и тот же год, условия продажи акций были идентичны».
По оценке Янакаевой, если условия опционов близки, а по «Енисейнефти» брюссельский арбитраж отказал французской компании, то и в случае с «Таймырнефтью» можно ожидать такого же результата.
Это косвенно подтверждают и в самой «Роснефти». «Договор об опционе, подписанный в 2002 году, подразумевал выполнение большого количества условий, которые Total не выполнила, — говорит пресс-секретарь «Роснефти» Николай Манвелов. –Так что решение, вынесенное судом, полностью удовлетворяет нашу компанию».
Конфликт с Total никак не повлияет на деятельность «Роснефти» — иностранцев на российских месторождениях сейчас не приветствуют.
Поэтому французская компания может поступать как угодно – ни на бизнесе «Роснефти», ни на нефтяной отрасли России в целом это не скажется.
«На сегодняшний день участие иностранных партнеров в разработке российских месторождений действительно невыгодно отечественным компаниям – им не нужны соинвесторы, — рассказывает Наталья Янакаева. – Что бы ни предприняла Total, у «Роснефти» все равно сохранятся все преимущества». Происходит это потому, что, как объяснила «Газете.Ru» Янакаева, на стороне «Роснефти» находится юридический ресурс. «Когда заключался договор об опционе, могли быть не учтены многие детали, за которые сейчас и ухватилась «Роснефть», юристы которой славятся своей дотошностью, — говорит Янакаева. – Иностранным компаниям становится все сложнее работать в России, и Total может переключиться с наших месторождений на добычу в других странах».
