Цивилизация
Оглашение доклада начнется в полдень в помещении Совета федерации, куда по этому случаю явятся депутаты Госдумы, представители всевозможных федеральных ведомств и журналисты. По большому счету, обнародования какого-либо документа не случится, доклад будет просто речью главы комиссии Александра Торшина, вице-спикера СФ. Как уже сообщала «Газета.Ru», доклад носит промежуточный характер, итоговый документ еще не готов и появится, по самым смелым оценкам, не раньше весны 2006 года. Комиссия была вынуждена согласиться на промежуточный доклад под давлением общественности и прессы, возмущенной тем, что депутаты уже несколько раз затягивали с оглашением своих выводов. Сначала спикер Сергей Миронов обещал, что комиссия закончит работу за полгода, потом доклад собирались закончить к годовщине теракта в начале сентября, но в итоге отодвинули срок до декабря. Потом тот же Торшин заикнулся было о переносе доклада на 2006 год, но в итоге пришел к выводу, что нужно зачитать хотя бы порцию.
Накануне речи в СФ Торшин успокаивал общество. «Ничего сенсационного в нашем докладе не будет», — сказал сенатор во вторник. Потом интриговал: «Там каждая строчка играет свою роль и несет информацию. Там будет много неожиданного, если внимательно слушать».
Слушать нужно очень внимательно. Принципиальную важность будет иметь то, найдется ли в промежуточном докладе Торшина место для упоминания о только что появившихся выводах так называемой ситуационной экспертизы действий оперативного штаба по спасению заложников в Беслане.
Как уже писала «Газета.Ru», формальной причиной для переносов доклада было как раз то, что у комиссии не было выводов проводимых следствием важнейших экспертиз по делу – ситуационной и пожарной. С этой точки зрения теперь комиссия должна бы отреагировать на появление первой.
Сообщение о завершении ситуационной экспертизы и основные ее выводы Генпрокуратура довела до общества в понедельник («Газета.Ru» уже сообщала, что, согласно этим выводам, оперативный штаб и силовые ведомства – МВД и МЧС – в условиях теракта действовали абсолютно правильно, законно, сделали все для избежания «вредных последствий» захвата). Полный же текст заключения ситуационной экспертизы был размещен на сайте Генпрокуратуры во вторник к вечеру.
В деталях он оказался гораздо интереснее, чем в кратком изложении пресс-службы.
Разумеется, прокуратура так и не сообщила, какая именно группа экспертов проводила исследование. Организация, которую они представляют, и имена специалистов не называются (видимо, это произойдет только на суде по «основному» бесланскому делу, которое еще неведомо когда начнется).
Как следует из текста, эксперты не сочли нужным объяснять и тем более давать оценку тому факту, что оперативный штаб на протяжении почти всех двух с половиной дней захвата скрывал от общественности и близких заложников истинное число находящихся в школе людей. Между тем именно в этом многие пострадавшие и свидетели усматривают причину неадекватных действий террористов, приведших в итоге к большому числу жертв. Так, «Газета.Ru» многократно приводила судебные показания с процесса по делу Нурпаши Кулаева, где очевидцы рассказывали, как боевики приходили в бешенство, узнавая из теле- и радионовостей о том, что, по данным властей, в школе всего 354 заложника. Как рассказывали свидетели, после таких известий боевики стали наказывать заложников и срывать на них злобу.
Экспертов Генпрокуратуры же эта проблема как будто совсем не беспокоила, они не отвечали на вопрос, кем и зачем было принято решение о занижении числа заложников. Об этом в тексте есть три очень коротких упоминания. В части, где эксперты дают хронологическое изложение действий штаба, с пометкой «11.40, 1 сентября» дано следующее сообщение: «Штабом принято решение об уточнении списков заложников и установлении имеющихся у них средств связи».
Все, к этой теме, если следовать хронологии, штаб больше ни разу не вернулся, но предпринял, как гласят уже выводы экспертов, «все возможные меры по налаживанию переговоров с террористами, освобождению заложников, передаче пищи, воды и медикаментов, однако повлиять на позицию террористов оперативный штаб не смог по не зависящим от него причинам».
В другой раз к числу заложников в школе эксперты возвращаются не по своей воле. В заключении есть часть, где в тезисном изложении даются показания некоторых свидетелей. Он сказал следующее: о том, что в школе находится более 1000 заложников, стало известно от одного из заложников, который выпрыгнул со второго этажа школы в то время, когда бандиты выбрасывали из окна трупы людей. Это событие случилось в первый день захвата: почему штаб никак на него не отреагировал, эксперты не комментируют.
Наконец, в третий раз о числе заложников заходит речь при описании визита в школу экс-президента Ингушетии Руслана Аушева. «С помощью Аушева удалось получить данные о содержании требований террористов, уточнить количество заложников», — говорят эксперты. Как много раз сообщалось в прессе, вместе с Аушевым террористы передали на волю видеокассету, где был запечатлен спортзал школы, в котором сидела тысяча человек. Об этом эксперты ничего не говорят.
Другой очень интересный пункт экспертизы – сведения о различных переговорщиках, привлекавшихся к разрешению проблемы. В частности, эксперты признают, что террористы требовали к себе двух региональных лидеров – Александра Дзасохова и Мурата Зязикова. Никакого продолжение в этой истории нет: эксперты не сообщают, разговаривал ли штаб с президентами (только в одном месте кто-то из свидетелей сообщил, что Дзасохову идти на переговоры якобы запретил сам штаб).
Совсем интересно об участии в переговорах Аслана Масхадова. Эксперты пришли к выводу, что штаб пытался привлечь ичкерийского лидера к переговорам, но связь с ним якобы не была установлена. Это полностью опровергается заявлениями представителя Масхадова в Европе Ахмеда Закаева и недавними свидетельскими показаниями в суде над Кулаевым. С этой точки зрения, Закаев еще до штурма смог связаться с Масхадовым, а тот согласился приехать в Беслан без всяких условий. Об этом, говорил Закаев, был предупрежден штаб.
Можно быть уверенным, что такие выводы экспертов удовлетворят явно не всех. Адвокат потерпевших Сослан Кочиев уже заявил «Газете.Ru», что выводы ситуационной экспертизы могут быть признаны незаконными по нескольким причинам.
Во-первых, «совершенно непонятно, специалисты какого рода проводили эту экспертизу». «Постановление о назначении экспертизы, которая там значится как «комплексная судебная экспертиза», было направлено в Российский федеральный центр судебных экспертиз, но оттуда пришел ответ, что подобных специалистов у них нет», – рассказал Кочиев. «Кроме того, постановление проходит по основному делу, но было обнаружено в деле Кулаева, следовательно, Кулаеву и потерпевшим должна была быть предоставлена возможность ставить в проведении экспертизы свои вопросы. Права подсудимого, как и потерпевших, здесь грубо нарушены, в связи с чем экспертиза не может считаться законной», – сказал адвокат. Кстати, представители материнских комитетов Беслана, несмотря на то, что никакого официального приглашения в Совет федерации не направлялось, по информации «Газеты.Ru», все-таки прибудут, чтобы послушать Торшина.
«Газета.Ru» расскажет о содержании промежуточного доклада парламентской комиссии.
