Цивилизация
На Антикварном салоне в ЦДХ давно уже все по-взрослому. Когда-то участников едва хватало, чтобы заполнить центральный зал второго этажа, теперь же антиквариатом заполнено все пространство Дома художников. Тот самый центральный зал теперь — привилегированная зона, на нынешнем салоне она выделена новым дизайном: стеклянную крышу закрыли, верхний свет почти выключили, а стенды осветили направленными светильниками, скопировав театрализованную атмосферу с западных ярмарок или с Московского международного салона изящных искусств, что показывал европейского уровня антиквариат в галерее Церетели прошлым летом. Также по опыту заграничных коллег открытие салона разделено на два этапа: VIP-прием происходит накануне официального открытия. Помимо заботы о важных клиентах это еще и антитеррористическая мера — чтобы не создавать больших толп.
Воплощая мечту о благополучии, дорогие гости прогуливались среди еще не доделанных стендов с бокалами вина и присматривали себе живопись, бронзу, старую мебель, бриллианты etc. А на третьем этаже, в зоне некоммерческих проектов, их ждали обнаженные натурщицы. Перформанс «Клуба Рисовальщиков» возвращал умы публики от роскоши буржуазного довольства и коллекционерской страсти к основному инстинкту, а через него — к созерцательным началам искусства, отвлекая от нелегкой покупательской доли. Правда, девушки, позируя рисовальщикам, умудрялись попутно демонстрировать ювелирные украшения известного дизайнера Карима Рашида.
Потом барышень одели в антикварное белье и заставили ходить внутри некоммерческой экспозиции «Философия будуара».
Так начался Восемнадцатый антикварный салон. Для не погруженного в процесс зрителя он отличается от семнадцатого или шестнадцатого только этими деталями: покраской стен, освещением, количеством одежды на девушках во время VIP-открытия. На стендах же мало что меняется. Чтобы ощутить динамику, надо сравнивать с мероприятиями более чем годичной давности. Тогда видно, что стало меньше Айвазовского, Маковского, что не встретить живописи уровня Верещагина, а мебель ар-деко, активно выставлявшаяся в прошлом году, уже к весне этого начинает сдавать позиции.
Зато выросла ювелирная составляющая, окрепла нумизматическая, а также благодаря изменениям законодательства растет торговля оружием — коллекционным, конечно.
Ну и цены «отличаются положительной динамикой».
На смену топовым русским живописцам XIX века, из которых все еще держится в числе продаваемых невероятно плодовитый художник по фамилии Клевер, приходит «русское зарубежье» первой половины ХХ века. Анненков, Баранов-Россине, Тархов, Ланской, Сюрваж, есть работа редкого у нас в стране автора Алексея Явленского. Зинаида Серебрякова или то, что пытаются выдать за ее работы, пылится на стендах салона не первый год и, похоже, отступает на вторые роли. Маревна, чья выставка недавно прошла в Третьяковке, наоборот, вполне закономерно появилась на стендах. Можно делать ставки, чья выставка будет следующей в ГТГ — Ланского, Сюрважа? Западных вещей, несмотря на произошедшую в прошлом году либерализацию ввоза произведений искусства в страну, не сильно прибавилось. Во всяком случае высококлассных произведений практически нет.
Фальшаки — это вечная и самая пикантная тема антикварной торговли. Заместитель руководителя Росохранкультуры г-н Вилков, всегда присутствующий на пресс-конференциях антикварных салонов, заметил: «На салоне вы можете видеть откровенные подделки». Такое заявление из уст начальника федеральной службы указывает на проблему: правил антикварной торговли нет. После того как три года назад отменили лицензирование, рынок вырос, но порядка на нем не прибавилось. Экспертные заключения, выданные музейными специалистами, не всегда являются гарантией качества работы. Так, на нынешнем салоне найдено авторитетно выглядящее экспертное заключение от Эрмитажа с прилагаемыми рентгенограммами, которое на деле ничего не стоит: Эрмитаж не выдает заключений по частным запросам.
Остается надеяться на собственное знаточество или на нехудожественную ценность произведений — покупать бриллианты и золотые рубли XVIII века или печать Геринга, например.
Центральный дом художника. Крымский Вал, 10. До 6 марта.
