Успех фильма «Возвращение» Андрея Звягинцева на кинофестивале в Венеции оказался столь впечатляющим, что в тени его двух «Золотых львов» остался один «Серебряный», также поддержавший позиции российского кинематографа. Точнее, кинематографа СНГ – лента «Нефть» Мурада Ибрагимбекова, победившая на венецианском конкурсе короткометражных фильмов, значится как российско-азербайджанская.
Собственно говоря, появление фильма с таким названием логично для двух стран, «сидящих» на трубе нефтепровода. Нефть для России и Азербайджана сегодня значит все. Тем эффектнее выглядит жест создателей ленты режиссера Мурада Ибрагимбекова и продюсера Рауфа Атамалибекова, отказавшихся от портретирования современности.
Вместо этого они сделали монтажное кино, воспользовавшись материалами киноархивов. Задачу картины можно назвать патетической и одновременно политической – создать художественный образ общеизвестного полезного ископаемого на фоне новейшей истории. И уместить все это в пять с небольшим минут экранного времени.
Нефть сегодня и есть политика.
Конфликты на Ближнем Востоке, кошки-мышки, в которые играет Россия с Западом, чеченская война, потенциальные трассы для нефтепроводов, которые становятся зоной национальных интересов для кого угодно, – трудно найти более емкий образ, чем нефть для выражения самых болезненных конфликтов современности. И она же источник благосостояния и спокойной жизни для миллионов обычных людей.
Но началось-то все не сегодня. Когда-то, чуть больше ста лет назад, люди в районе Каспия копали колодец, чтобы найти воду, а натыкались на нефть. Она была повсюду – самая чистая. Чистая настолько, что ее заливали в баки советских танков вместо соляры, и танки шли на фронт, который уже подошел к Закавказью.
А на броне немецких танков в то же самое время было написано «Берлин–Баку--Бомбей». Трудно выразить более ясно мысль о том, что нефть – это власть над миром.
Еще более наглядный пример в фильм не вошел. В архивах обнаружились кадры некоего германского придворного документалиста, заснявшего рейхсфюрера за поглощением торта. Торт был приготовлен в виде карты Каспия, с Баку и символической нефтяной вышкой и соусом чернильного цвета.
Картина удивительная – великий диктатор символически поедает жизненно-важный для империи ресурс.
Итак, кадры из архивов были отобраны, смонтированы, на звуковую дорожку положены шумы и азербайджанская национальная музыка мугам, «Нефть» отправилась в Венецию и победила. Что дальше?
А ничего. Теперь она поехала на «Киношок». Механизмов дистрибуции короткометражных фильмов в России нет – разве что покажут на канале «Культура». Впрочем, и в Европе короткому метру живется не слишком хорошо. Этот формат – скорее экспериментальная площадка для внутрицехового использования. У Мурада Ибрагимбекова уже есть определенное имя – он снял несколько художественных фильмов, ставил сериал «Замыслил я побег» и был соавтором сценария к «Антикиллеру». Теперь ему и его продюсеру легче будет найти деньги на новый проект. И хотя «Серебряный лев», завоеванный «Нефтью» в Венеции, рычит не так громко, как «Золотые львы» «Возвращения», важно, что обе победы пришлись на один год.
Потому что каждая из них по отдельности стоила бы немного меньше.
