27 июня 2016

 $65.39€72.03

18+

Онлайн-трансляции
Свернуть

«Интересно показать Лебедеву и Дрозду хороший бокс из Латвии»

Боксер Бриедис рассказал о российских чемпионах и братьях Кличко

Майрис Бриедис
Майрис Бриедис

Фотография: http://www.kurzemes-vards.lv/

Боксер из Латвии Майрис Бриедис в прошлом году расстроил Рамзана Кадырова, сенсационно нокаутировав в Грозном осевшего в России известного немецко-сирийского супертяжеловеса Мануэля Чарра. В ближайшие выходные поединок нокаутера из Риги дебютирует на канале «Матч ТВ», и перед этим боем «Газета.Ru» поговорила со спортсменом о российских боксерах, братьях Кличко, Америке и воспитании детей.

21 февраля Майрис Бриедис в Риге сразится с представителем ЮАР Дэни Вентером. На кону в этом поединке будет звание интерконтинентального чемпиона IBF в весе до 90,7 кг. Трансляция вечера бокса в Риге начнется на «Матч ТВ» в 21.00 мск.

Майрис Бриедис, 31 год

Весовая категория – до 90,7 кг. Рост – 1,86 м. Правша
Чемпион Европы 2008 года по кикбоксингу
Результат в профессиональном боксе (с 2009 года):
18 боев — 18 побед (15 досрочно)

— Расскажите немного про вашу спортивную карьеру, как она начиналась.
— Начал заниматься боксом в конце восьмого класса, пойти на бокс предложил одноклассник — ему там одному было скучно. Я согласился. Переходил с кикбоксинга на бокс.

— Была ли у вас любительская карьера в боксе, как она складывалась? Входили ли в сборные страны?

— Да, был в сборной Латвии, выиграл три раза чемпионат страны. Это потом уже, после кикбоксинга.

А потом мне сказали, что будет некая шоу-программа, там можно отбоксировать, заработать какие-то деньги. И я согласился, а оказалось, это уже был официальный рейтинговый бой в профессиональном боксе.
Вот так у меня любительская карьера и пролетела, так сказать, мимо ушей. Ну, значит, так и должно было быть. Вот так начал в 2009 году свою профессиональную карьеру в боксе.

— Когда ее начинали, мысли были о заработке или ставили перед собой конкретные спортивные цели?
— Когда было участие в той шоу-программе, я должен был заработать, как мне казалось в то время, большие деньги — не помню, сколько там было, €400, по-моему.

Потом уже было предложение отбоксировать на турнире Bigger's Better в супертяжелом весе. Поехал туда, впервые появился на большом телевидении, на «Евроспорте».
И вот так как-то поехало: начал серьезнее тренироваться, какие-то более серьезные планы начали появляться. То есть сначала так — just for fun — ради спорта, а потом пошло более профессионально.

— Менее чем через два года после начала профессиональной карьеры вас уже стали привлекать к спаррингам с братьями Кличко…
— Уже после одного из первых боев я практически сразу поехал на сборы к Марко Хуку, а потом было предложение поехать к Ола Афолаби на спарринги. Там хорошо себя проявил. И поступило предложение от Виталия Кличко, по-моему, когда он к Томашу Адамеку готовился.

Потом уже заинтересовал и Владимира — и получилось, что так несколько раз и ездил к братьям Кличко на сборы, конечно, тогда, когда им нужен был спарринг-партнер соответствующего роста.

— В те дни, когда Владимир готовился к бою в Москве с Александром Поветкиным, вы работали с ним?
— Да.

— В России многие еще надеются, что будет реванш Кличко — Поветкин. Конечно, он вряд ли состоится, но гипотетически — что бы вы со своей стороны могли посоветовать Александру?
— Я посмотрел его последние бои, он очень прибавил — и физически, и технически. Но многое зависит от судей: вот сейчас он боксировал с Вахом, пока тот держал его на дистанции и вязал в первых раундах, Александру было очень неудобно. Но потом рефери перестал разрешать поляку держать соперника. Если бы такое было с Кличко, если бы тому не разрешали держать Поветкина, Владимиру было бы тяжелее. А так он вяжет и виснет — противнику это неудобно, он устает. Многое зависит от судьи, который регулирует бой.

— То есть та тактика, которую показал Поветкин в бою с Вахом, была бы правильной, если бы он в такой же спортивной форме вышел против Кличко?
— Да, сейчас Поветкин лучше, чем был тогда: стал атлетичнее. Их новый бой было бы смотреть интереснее.

— Если возвращаться к вашей карьере, бой в Грозном против Мануэля Чарра стоит в ней особняком? Была ли мысль, что после той яркой победы открылись очень большие перспективы?
— Дай бог, чтобы так было. Но и раньше после завоеванных титулов тоже были обещания: все будет, все будет. И американцы обещали, но пока что-то не срасталось.

Конечно, после того поединка появился большой интерес с российской стороны. Это большой плюс, Россия — и большой боксерский рынок. Хотя и из России многие едут в Америку — я не понимаю почему — и там готовятся, тренируются. Может, там рынок побольше, от интереса телевидения многое зависит.

Я был в Америке, там, конечно, менталитет совершенно другой, чем у нас — у латышей, у русских. Они совершенно по-другому думают, они мало знают о России, а что такое Латвия, точно не знают. Зато они знают, что они самые умные, а там, за океаном, не особо развитые люди.

Но это я увидел, пообщавшись с несколькими людьми. Нельзя, конечно, судить по ним обо всей Америке. Тем не менее боксеры туда едут.

— Российский суперчемпион Сергей Ковалев и вовсе обосновался там. Вы же были и у него на спаррингах?
— Да, был у Ковалева. Перед вторым боем с Жаном Паскалем он снова предлагал приехать. И я бы с удовольствием, если бы у самого сейчас боя не было. Но так как девять часов разницы во времени, то решили с командой, что это было бы неправильно.

Насколько я понимаю, у Ковалева там тоже есть проблема со спарринг-партнерами.

— И не только с ними, еще и с соперниками: мало кто хочет выйти на бой с почти стопроцентной перспективой оказаться на полу. А еще и тренер Паскаля, Фредди Роач, сделал Сергею «рекламу», сказав, что он даже не мог представить себе его мощь.
— Да. И это в Америке! А представьте себе это в Латвии! Спарринг-партнеров вообще нет, приходится звать из других стран. При этом то один получит травму, то другой психологически не выдержит…

Но что касается моего предстоящего боя, думаю, что он будет интересным, не проходным. У Вентера было два месяца подготовки, он работал с хорошими спарринг-партнерами. Бой будет серьезным, для меня будет хорошая проверка.

— То, что на кону будет титул интерконтинентального чемпиона IBF, значит, что вы поставили себе целью чемпионский пояс именно по версии этой организации? Его обладателем является аргентинец Виктор Эмилио Рамирес.
— Сейчас там не очень понятная ситуация. Аргентинец должен боксировать с (чемпионом по версии WBO) Денисом Лебедевым, но я думаю, у него нет никаких вариантов. Посмотрим, объединятся ли эти пояса. Для меня главное — ближайший бой, а потом будем думать про дальнейшее.

— Приводились ваши слова о том, что вы были бы не против сразиться с Лебедевым или другим российским чемпионом мира — по версии WBC — Григорием Дроздом. Ваша цель — титул?
— Это и желание проверить себя в поединке с серьезным противником. Время идет, и боксировать с кем-то неизвестным, быть чемпионом неизвестно чего…

С Лебедевым и Дроздом было бы интересно сразиться и показать хороший бокс со стороны Латвии. Конечно же, и спортивный интерес есть, и амбиции.

— Если все-таки выбирать: Дрозд или Лебедев?
— Это два разных боксера. И в психологическом, и в техническом смыслах — один левша, другой правша. Серьезная подготовка нужна к обоим. Кто согласится, с тем и буду боксировать. Нет разницы.

— А по стилю кто-то один может быть удобнее или зрелищнее?
— Думаю, с каждым был бы эффектный и зрелищный бой.

— Про вас известно, что параллельно с боксерской карьерой вы еще и работаете в полиции. Это можно назвать полноценной работой?
— Когда идет серьезная подготовка к боям, конечно, работаю поменьше, мы договариваемся с коллегами, кто кого подменит.

А когда идет такое межсезонье — обычный рабочий график, но тренировки не пропускаю в любом случае. Так что работаем — уже девять лет в полиции.

— У вас большая семья, четыре ребенка. А кто?
— Все мальчики. Двойня от первой девушки, а от жены тоже два мальчика — одному семь лет, второму два.

— Через какое-то время для них и вас будет выбор, чем заниматься. Это будет спорт?
— Они у меня больше в маму, более креативные, любят искусство. Бокс, борьба нужны в любом случае для самозащиты, а для сердца пусть сами выберут.

У меня вот, к сожалению, так не получилось: куда уперся носом, там и остался. Но влюбился в бокс и живу с ним до сих пор и не жалею ни одной секунды.

Много чего видел в жизни, много чего у меня появилось благодаря ему. Плюсов очень много.

— Один из них в том, что вы можете дать детям сделать этот жизненный выбор.
— Да. И я видел примеры того, как родители чего-то хотели от детей, чтобы они становились какими-то суперчемпионами, с 6–7 лет их заставляли заниматься.

Вот такой парень в кикбоксинге добился успехов, техника у него хорошая стала, но сам он не хотел заниматься — мечтал о волейболе. И вот исполнилось ему 18 лет, он ушел из дома и вообще бросил этот спорт. Наверное, играет сейчас в волейбол для себя.

Это одни из примеров, которые я видел. Так что не нужно давать детям то, чего они не хотят, настаивать. Нужно так, чтобы что-то умел, а для души что-то пусть сам выбирает.
Не все могут быть спортсменами, не все могут быть бизнесменами, не все вундеркинды. У каждого своя миссия, но кто-то находит ее, кто-то нет…

Другие новости, материалы и статистику можно посмотреть на странице бокса, а также в группах отдела спорта в социальных сетях Facebook и «ВКонтакте».





/sport/2016/02/17/a_8080265.shtml