Кого слушает президент

Холод сирийской войны

Российский премьер Дмитрий Медведев рассказал в Мюнхене о новой «холодной войне»

Игорь Крючков, Александр Братерский 13.02.2016, 22:43
Премьер-министр России Дмитрий Медведев на Мюнхенской конференции по безопасности. 13 февраля 2016... Дмитрий Астахов/РИА «Новости»
Премьер-министр России Дмитрий Медведев на Мюнхенской конференции по безопасности. 13 февраля 2016 года

Премьер-министр России Дмитрий Медведев и глава МИДа Сергей Лавров в субботу выступили на Мюнхенской конференции по безопасности. Послание российской делегации на главной экспертной площадке Европы было следующим: Россия готова продолжать жесткое противостояние с Западом, но ему от этого будет только хуже. Первым доказательством этого тезиса станет Сирия.

Выступая с речью на Мюнхенской конференции по безопасности, российский премьер Дмитрий Медведев использовал одну из самых популярных фигур речи на этом форуме: Россия и Запад «скатились во времена новой «холодной войны».

«Чуть ли не ежедневно нас объявляют самой страшной угрозой то для НАТО в целом, то отдельно для Европы, то для Америки и других стран. Снимают пугающие фильмы, в которых русские начинают ядерную войну. Я иногда думаю: мы в 2016-м сегодня или в 1962-м?» — заявил российский премьер.

Речь Медведева в Мюнхене стала одним из редких выступлений российского премьера по вопросам внешней политики. Он почти не выступает с подобными речами, уйдя с поста президента, на котором он проводил линию на сближение с Западом.

По мнению Юрия Рубинского, бывшего российского дипломата, руководителя Центра французских исследований Института Европы РАН, констатация факта, что отношения между Москвой и Западом достигли глубочайшего кризиса, не является сюрпризом для европейских лидеров. Важнее то, что эти слова звучат из уст Медведева, политика, обладающего самым позитивным имиджем на Западе среди прочих ключевых отечественных лидеров.

Новая жесткость

Констатация того, что между Россией и Западом идет «холодная война», — первое заявление такого рода со стороны Медведева. Российский премьер предпочитает воздерживаться от жестких заявлений, в отличие от президента Владимира Путина, который как-то назвал себя «голубем с железными крыльями».

Последнее «программное» обращение Путина к международному сообществу прозвучало на Генассамблее ООН в прошлом сентябре. Оно было жестким и во многом перекликалось с мюнхенской речью российского лидера, которую он произнес на такой же конференции, но в 2007 году. Ее, кстати, упомянул Медведев в своей речи 13 февраля.

И в Мюнхене, и в нью-йоркской штаб-квартире ООН основная мысль речи Путина заключалась в том, что Запад совершил уже слишком много опасных ошибок, чтобы продолжать считаться единственным «центром силы» в мире. Медведев говорил о том же, только в рамках сегодняшних реалий.

«Путин уже сказал свои слова. Так что с точки зрения протокольных установок выбор фигуры Медведева для выступления в Мюнхене оптимален, — считает Рубинский. — Именно он мог, с одной стороны, подтвердить факт кризиса отношений, а с другой — заложить почву для возобновления двустороннего диалога».

Глава комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев, находящийся в составе отечественной делегации в Мюнхене, заявил «Газете.Ru», что «не стал бы концентрировать внимание» на жесткости формулировок. Общий пафос речи Медведева, по мнению дипломата, был посвящен как раз поиску путей выхода из противостояния России и Запада.

При этом Косачев добавил, что не видит в оценке Медведева ничего чрезвычайного. «Вряд ли кто-то сегодня может описать отношения между Россией и Западом по-другому», — добавил собеседник «Газеты.Ru».

Директор Центра глобальных интересов в Вашингтоне Николай Злобин считает, что словосочетание «холодная война», прозвучавшее из уст Медведева, имеет расширительное понятие и может быть направлено на внутреннюю аудиторию для обоснования более жесткого курса.

Сам политолог, впрочем, считает, что у «холодной войны» есть свои плюсы. «Идея «холодной войны» — это более понятные правила игры и договоры, которые соблюдаются. Лучше иметь предсказуемых врагов, чем непредсказуемых друзей», — рассказал «Газете.Ru» эксперт.

Лавров грозит военным

Статус Крыма и украинский кризис — главные причины того, что прежних теплых отношений России и Запада не будет, считает Юрий Рубинский. «Главной задачей Медведева в Мюнхене было дать понять, что восстанавливать отношения надо, причем на основе общих вызовов, — добавил эксперт. — А это война на востоке Украины и сирийский конфликт».

За конкретику на этих направлениях в российской делегации отвечает Сергей Лавров, глава МИД РФ. Он выступал в Мюнхене уже после полудня.

Из его заявлений было ясно, что на данный момент наиболее вероятный путь к сближению позиций — это Сирия, а не Украина.

Переговоры по преодолению конфликта на востоке Украины пока буксуют. По словам Лаврова, все упирается в позицию официального Киева, который обещал провести конституционную реформу и предоставить ряд гарантий самопровозглашенным Луганской и Донецкой народным республикам. Без этого прорыва не произойдет.

«Мы сегодня, учитывая недостаток времени, к сожалению, смогли только обменяться оценками (по Украине. — «Газета.Ru»), — добавил российский министр. — Предметный разговор о том, как исправлять ситуацию, я надеюсь, состоится в обозримые несколько недель».

О сирийском конфликте, напротив, Лавров сделал несколько важных заявлений. Прежде всего это был призыв к американской стороне начать полноценную координацию ВС России и США в Сирии.

«Отмечу, что впервые в нашей работе, в документе, принятом сегодня, закреплена необходимость сотрудничества и координации не только по политическим и гуманитарным вопросам, но и по военному измерению сирийского кризиса», — заявил глава отечественного МИДа.

На этой неделе основные акторы в Сирии пришли к взаимному соглашению о прекращении огня в Сирии. Перед началом Мюнхенской конференции, ночью на 12 февраля, было объявлено о «приостановке враждебных действий» в течение недели. Договоренности были достигнуты благодаря России и США, которые наравне с Ираном, Турцией и Саудовской Аравией считаются главными зарубежными игроками в Сирии.

По словам Лаврова, нынешней координации военных по предотвращению случайных инцидентов в воздухе недостаточно. Если полноценного российско-американского сотрудничества в этой сфере не будет, свежие договоренности о приостановке огня в Сирии будет невозможно реализовать, подчеркнул дипломат.

Между тем пока и Пентагон, и Минобороны России настаивают на том, что военные операции на территории Сирии будут продолжаться. Главная цель — позиции запрещенного в России террористического «Исламского государства». Однако, по словам госсекретаря США Джона Керри, российские ВКС бомбят также позиции других сирийских антиправительственных сил, которые участвуют в текущем мирном процессе.

13 февраля Керри подчеркнул, что Россия должна изменить перечень целей, которые та поражает в Сирии.

Лавров ранее не исключал такой возможности, предлагая составить единый список террористических организаций в Сирии, позиции которых имеют право бомбить все иностранные игроки.

Константин Косачев отмечает, что позитивный настрой на решение проблемы Сирии на конференции ощущался. По его словам, ситуация была иной, чем на предыдущей встрече в Мюнхене, в которой он также принимал участие.

«Раньше Сирии не оставляли шанса, так как была попытка разрулить ситуацию так же, как в Ираке и Ливии. Сирия должна была идти по тому же сценарию (выработанному США. — «Газета.Ru»), — рассказал дипломат. — Сегодня же нас услышали — так же, как ранее услышали по иранской ядерной программе».

Ограничение военных действий в Сирии поддерживают и другие страны Европы, однако пока без больших надежд. Глава МИД ФРГ Франк Вальтер Штайнмайер в Мюнхене оценил шансы на прекращение огня в 51%.

О приверженности идее сохранения единой Сирии ранее говорили многие высокопоставленные представители России, США и ЕС. Однако многие эксперты-ближневосточники считают, что де-факто единой Сирии больше нет и страну в ближайшем будущем ждет распад на отдельные государства.