Специалисты из Всемирного фонда дикой природы (признан в РФ нежелательной организацией и иноагентом) (WWF) и эксперты Национального рейтингового агентства составляют рейтинг качества государственного управления лесами уже третий раз. Основа для статистики — данные органов управления лесами. И экологи признают, что с каждым годом чиновники становятся все более открытыми для взаимодействия и представляют им больше цифр.
Государство часто относится к лесам так же, как к нефти и газу, объясняет нынешние принципы управления ресурсами координатор проектов по лесной политике WWF Николай Шматков.
Недостаточный акцент делается на сохранении экологического и социального потенциала, то есть на защите и восстановлении леса. «Но ведь мы не живем среди нефти и газа, а лес нас окружает», — говорит Шматков, напоминая, что лес надо беречь, так как это поставщик кислорода, он связывает углерод, предотвращая изменения климата, и является основным регулятором водных ресурсов.
С 1 февраля 2014 года вступили в силу поправки к Лесному кодексу и КоАП России, которые ужесточают контроль и ответственность за оборот леса в России. Теперь все срубленные деревья должны будут фиксироваться в информационной системе учета. Бревна будут маркироваться, а перевозка неоформленной древесины будет запрещена.
30 января Минприроды России запустило информационную систему учета леса. Портал в настоящее время содержит информацию о лесозаготовителях, договорах аренды лесных участков, правах постоянного (бессрочного) пользования и лесных декларациях. «Система должна стать не только эффективным механизмом государственного контроля, но и обеспечивать надежную защиту информации, коммерческой тайны, проводить анализ потоков древесины, своевременно выявлять проблемные места в процессе движения леса от лесосеки до потребителя. Поэтому необходимо все сделать корректно и в соответствии с требованиями закона», — заявил министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской.
Ранее глава Минприроды отметил, что «закона, который является очередным шагом в кампании против черных лесорубов, отрасль ждала больше десяти лет».
«В первую очередь он направлен на систематизацию и ужесточение контроля за оборотом древесины в России и повышение ответственности всех игроков лесного сектора рынка», — добавил Донской.
От участия в рейтинге отказался Камчатский край: там леса были сильно вырублены, лесное хозяйство менее развито, объясняет Шматков.
А вот Московская область демонстративно третий раз отказывается от участия в рейтинге.
«Это самый болезненный регион, — говорит Шматков. — Думаю, это связано, к сожалению, с катастрофическим положением лесного хозяйства, которое сложилось в Московской области. Это видно всем, кто проезжает по дорогам Подмосковья каждый день на работу в столицу и обратно. Пятна сухих деревьев, изъеденных короедником, завалы неубранного сухостоя. Поэтому, я думаю, власть Московской области останавливает боязнь выноса сора из избы, боязнь показаться хуже по сравнению с другими регионами». Шматков призывает руководителей регионов не избегать общения с экологами: «Общественные организации не такие дурные, чтобы не понимать, что лес растет долго, что решить проблемы в лесном хозяйстве, которые накопились годами, невозможно за срок службы одного губернатора — пять лет. Но если мы не признаем проблему, нам ее не решить никак. Больной должен признать себя больным, чтобы начать лечение».
Среди регионов, которые оказались в самом конце рейтинга, есть республики Северного Кавказа — Дагестан и Ингушетия.
«Кавказ — это отдельная боль, причем не только лесная. Надо признать, что в лесах Дагестана, Чечни и ряда других регионов приходится работать в условиях режима контртеррористической операции.
В числе аутсайдеров также находятся Ульяновская, Ивановская, Иркутская, Псковская, Тульская, Липецкая, Оренбургская и Челябинская области, Забайкальский край и Калмыкия.
Первые места достались Коми, Карелии, Татарстану, Смоленской, Кемеровской областям и Туве. Объясняя причины, которые позволили выйти регионам вперед, Шматков говорит о внимательном отношении к участкам леса, которые используются для сбора грибов и ягод. В большинстве поселений, городов жители ходят в лес за грибами не ради забавы, а для выживания. «В Коми на региональном уровне приняты подходы, когда такие социально значимые участки леса не сдаются в аренду, это учитывается при лесном планировании», — объясняет эколог. Жители городов подтверждают важность лесопользования. «Мы живем на окраине Челябинска и всегда ходили в ближайший лес собирать грибы. Но в последние годы в лесу начали активно строить дома — появился новый микрорайон. Несколько лесных пятен еще осталось, но количество грибов там резко сократилось. Теперь даже грузди стали большой редкостью, опят не найти, а сыроежки измельчали», — рассказал «Газете.Ru» житель Челябинска Александр Витязев.
Некоторым регионам плюсов добавили болота.
Насколько данные, представленные чиновниками, верны, экологи предлагают оценить местным жителям и специалистам. Все они были опубликованы в интернете.
Например, в числе успешных в управлении лесами оказался Краснодарский край.
«Мы не стали выражать своего мнения, хотя мы считаем, что это не так. Там есть проблемы с участием общественности в управлении лесами. Например, когда правозащитники выражают несогласие с возведением заборов вокруг дач губернатора, а за ними объявляется охота и их сажают в тюрьму. Когда вырубаются участки с лапиной крылоплодной — краснокнижным растением — и отдаются под строительство олимпийских объектов. Но мы смотрим на цифры, и они говорят, что регион хорошо справляется с управлением лесами. Поэтому мы призываем всех специалистов и неравнодушных граждан к диалогу. Давайте это обсуждать», — говорит Шматков.
Регионы живо откликаются на результаты рейтинга. Те, у кого хорошие данные, публикуют рейтинг у себя на сайтах и с гордостью говорят об этом. А регионы с низким рейтингом предпочитают звонить составителям. «Звонят с разборками, выясняют, почему они на низком месте. Мы разбираем с ними данные, смотрим. Может оказаться, что не был предоставлен ряд параметров, а другие цифры, попавшие к нам, были недостоверными, — говорит Шматков. — Мне звонили из Челябинской области, спрашивали, почему у них низкий рейтинг. Еще звонят темпераментные лесоводы из кавказских республик, которые гневно выражают несогласие и не слушают аргументы. Откликов много из года в год. И это говорит, что мы работаем не зря. Если губернатор лишний раз спросит, почему регион не на первом месте, то это заставит людей работать лучше».
