Цивилизация
Наиболее ярые гомофобы зачастую оказываются скрытыми гомосексуалами, в которых соответствующие сексуальные желания были подавлены в период полового созревания в семье. Таковые результаты исследования, опубликованного в Journal of Personality and Social Psychology, о котором рассказывает «Компьюлента».
Ни для кого не секрет, что иногда наиболее ярых врагов гомосексуализма самих ловят на гомосексуальных контактах. Учёные из Университета Рочестера (Великобритания) совместно с коллегами из Калифорнийского университета в Санта-Барбаре (США) выяснили психологическую подоплёку столь противоречивого поведения.
Гипотеза исследователей состояла в том, что активное неприятие гомосексуализма происходит из-за вытеснения «ненормальных» сексуальных желаний в период полового созревания. Каковое вытеснение обычно случается в семьях с авторитарным «стилем управления». В исследовании приняли участие 160 студентов из нескольких американских и европейских высших учебных заведений. Сначала психологи оценивали разницу в сексуальных предпочтениях, которые участники эксперимента сознательно демонстрируют окружающим и которые присутствуют у них в неосознаваемом виде. Студентам показывали слова или фотографии, которые они должны были отнести к гомосексуальной или гетеросексуальной категории. Но перед этим каждому ещё показывали слово «я» или «другие», мелькавшие с интервалом в 35 миллисекунд. Этого было недостаточно, чтобы человек сознательно прочёл, что написано, но после этого он ассоциировал слова и фото с самим собой или с другим.
Программа отмечала скорость реакции: если после «я» испытуемый быстрее реагировал на однополую пару или слово «гомосексуальный» и медленнее — на гетеросексуальные фото, это говорило о скрытой нетрадиционной ориентации.
На втором этапе участников эксперимента расспрашивали об их семьях, при этом акцент делался не на открытое неприятие секс-меньшинств в семье, а вообще на характер семейных отношений. Нужно было ответить, насколько ты чувствовал себя свободным, насколько тебя контролировали в твоих мыслях и поступках, насколько уважали твоё мнение и т. д. Наконец, на последнем этапе эксперимента у его участников выявляли степень гомофобии. Испытуемые должны были ответить на вопросы, которые напрямую обращались к их мнению о социальной опасности со стороны секс-меньшинств, а также пройти ещё один «бессознательный» тест. В ходе этого теста студентам показывали слово «гей» так же, как до этого показывали слова «я» и «другие»: так, чтобы оно воспринималось на бессознательно уровне. После этого подопытные должны были написать любые три слова, которые им тут же пришли в голову: в этом случае оценивалось количество агрессивных слов.
Высокий уровень гомофобии, семейный авторитаризм и скрытая гомосексуальность оказались тесно связаны друг с другом.
Здесь следует предупредить расширенное толкование результатов: жёсткие семейные порядки вовсе не провоцируют нетрадиционную сексуальную ориентацию. Её происхождение в данном случае выносится за скобки. Но если так случилось, что человека начинает тянуть к лицам своего пола, то в семье с жёстким отношением к воспитанию объявить о своих нетрадиционных предпочтениях означает вызвать гнев и отторжение со стороны родителей. В итоге человек подавляет свою ориентацию в пользу общепринятой. Но в будущем любой контакт с секс-меньшинствами будет грозить ему тем, что его тайное влечение выйдет наружу. Опасаясь разоблачения (и утраты родительской любви), он будет вести себя по отношению к нетрадиционным ориентациям более чем агрессивно. Известно, что многие столкновения между натуралами и геями оправдываются тем, что представитель секс-меньшинств «первый начал». Но часто оказывается, что несчастной жертве гей-домогательства просто, что называется, показалось. Психологи считают, что тут нет никакого злого умысла. Внутренний конфликт между долгом перед старшими и подавленным влечением переводится вовне, и человеку кажется, что другой в действительности ему угрожает, хотя угроза коренится исключительно в собственной психике.
Что касается тех, кто рос в семьях с демократическими порядками, то у них внутренние и внешние сексуальные предпочтения не конфликтовали между собой, и к секс-меньшинствам они относились спокойно, независимо от собственной ориентации.
