Как Россия теряет союзников в Азии
Кто может покинуть правительство

«Таким, как я, потерявшим все, теперь будет легче»

Матери Беслана добились признания своей правоты в ЕСПЧ

Елизавета Маетная, Наталья Галимова 02.07.2015, 20:47
Мемориал памяти жертв теракта 1 сентября 2004 года Евгений Биятов/РИА «Новости»
Мемориал памяти жертв теракта 1 сентября 2004 года

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) признал нарушения права на жизнь и на эффективную правовую защиту по иску матерей Беслана к России. На практике в 85–90% случаев суд потом выносит решение в пользу заявителей, присуждая к выплатам серьезные суммы. Матери детей, погибших во время штурма школы, рассказали «Газете.Ru», почему они будут судиться с Россией до конца.

Фатима Дадаева потеряла в бесланской школе всю семью. На торжественную линейку 1 сентября 2004 года пошли ее муж Руслан и двое сыновей: десятиклассник Алан и восьмиклассник Аслан. Руслана террористы расстреляли на глазах у детей. Сыновья погибли во время штурма школы.

Среднюю школу №1 террористы захватили 1 сентября 2004 года и в течение трех дней удерживали в заложниках больше 1200 человек. Они сидели в спортивном зале школы без еды и воды. Часть заложников боевики расстреляли, 24 (в основном матерей с грудными детьми) отпустили в ходе переговоров с экс-президентом Ингушетии Русланом Аушевым. Однако большинство заложников погибли в ходе штурма, проведенного силовиками.

«Меня в школе не было, поэтому осталась жива, — говорит Дадаева и тяжело вздыхает. —

Сегодняшнего дня мы ждали очень много лет, мы так долго его ждали! Все эти годы мы судились, потому что хотим справедливости. Честного и всестороннего расследования и справедливого суда над теми, кто убил наших детей.

Скажу за себя: я морально удовлетворена решением Страсбургского суда, ведь по статистике в 85–90% случаев решение потом выносится в пользу заявителей».

«Мы не хотим, чтобы еще раз в России это повторилось, чтобы в заложников опять стреляли из гранатометов и танков, — объясняет Элла Кесаева, потерявшая в бесланской школе двух племянников. —

Для матери неважно, кто убил ее ребенка: террорист или военный. Мы преклоняемся перед бойцами «Альфы», которые погибли, спасая наших детей. Но ведь были и те, кто отдавал приказ на штурм школы, и те, кто его исполнял.

Любой — и террорист, и военный — должен знать: если ты будешь стрелять и погибнут мирные жители, то за это будет наказание. Это справедливо, так и должно быть».

Накануне решения в Страсбурге бесланские матери, обратившиеся в ЕСПЧ еще в 2007 году, снова пришли в спортзал школы, где погибли их дети и близкие. В руках у них были плакаты «Расстрелявшие школу огнеметами все еще у власти» и «2 июля ждем справедливого решения Европейского суда». Всего в ЕСПЧ подано 7 жалоб от 477 пострадавших и потерявших своих родных в бесланской трагедии. Все они требуют от властей РФ проведения объективного расследования всех обстоятельств случившегося.

«Мы обратились с исками против России, потому что те, кто отдавал приказы стрелять в наших близких, до сих пор находятся у власти и не понесли никакой ответственности. Мы 11 лет сами ведем расследование и знаем, что это генерал ФСБ Валентин Тихонов, вместе с генералом армии Владимиром Проничевым ставший Героем России за освобождение заложников «Норд-Оста», — рассказывает Кесаева «Газете.Ru». — Европейский суд дважды запрашивал материалы из уголовного дела №20/849 по гибели заложников в Беслане, которое до сих пор расследуется, но получил мало документов. Кто отдавал приказы? Кто вел переговоры с террористами? Кто принял решение открыть огонь по заложникам? Ответов на это нет.

Родственники погибших настаивали на эксгумации погибших, чтобы установили точную причину их смерти, но без согласия следователя это невозможно. 116 тел были обгоревшими, и эксперты провели только внешний осмотр.

А от чего они погибли? Потому что пожарные приехали поздно или потому что в них стреляли? Мы хотим знать правду! Пусть нам, наконец, ответят на эти вопросы!»

Адвокат матерей Беслана Кирилл Коротеев сказал «Газете.Ru», что решение ЕСПЧ означает признание достаточно обоснованными утверждений заявителей. Теперь с большой долей вероятности, по его словам, можно прогнозировать, что итоговый вердикт будет вынесен в пользу истцов. «Именно такого решения мы и ожидали», — говорит Коротеев. Когда именно будет вынесено окончательное решение, адвокат бесланских матерей прогнозировать не стал, поскольку процесс может занять еще достаточно длительное время.

«В дальнейшем будет рассмотрение дела по существу, в ходе которого и заявители, и правительство России смогут предоставить свои доказательства», — говорит Коротеев.

В ходе предыдущего этапа рассмотрения дела российские власти представили некоторые материалы объемного уголовного дела по расследованию событий в Беслане.

«Это очень интересное чтиво, из которого видно, что в оперативном штабе был бардак. Например, выяснилось, что существовало два состава оперативного штаба, которые почти не совпадали. Одним составом штаба руководил президент Республики Северная Осетия — Алания (на тот момент Александр Дзасохов. — «Газета.Ru»), другим — ФСБ. Некоторые члены оперативного штаба узнавали о том, что они являются таковыми, только после ликвидации террористов. Такая ситуация, в частности, имела место с министром по ЧС Республики Северная Осетия — Алания», — рассказывает адвокат.

Из представленных в ЕСПЧ материалов дела не ясно, кто принимал те или иные решения.

Еще один пример «бардака», по словам Коротеева, заключается в том, что «после освобождения школы началась, с одной стороны, очистка территории, когда бульдозеры сносили часть здания, а с другой — следователи пытались найти улики по делу».

«Из-за работы бульдозеров многие доказательства были просто уничтожены», — говорит он.

Приняв к производству иск матерей Беслана, ЕСПЧ при этом счел неприемлемыми жалобы 51 заявителя, а четырех человек из списка заявителей вообще удалил. Что касается признания части жалоб неприемлемыми, то речь идет «в основном о тех людях, которые не были в школе, но представляют интересы несовершеннолетних детей».

«Суд признал приемлемость их жалоб только в той части, где речь идет о детях, — поясняет Коротеев. — А несколько человек отказались от жалоб по каким-то своим соображениям».

По его словам, в октябре 2014 года, в день предыдущих слушаний в ЕСПЧ, в СМИ Северной Осетии появилась публикация одной из заявительниц, сообщившей, что она отказывается от жалобы, потому что «сейчас не время спорить с российским правительством». Однако остальные матери Беслана намерены потребовать от российских властей возмещения морального и материального ущерба. Впрочем, окончательная сумма пока не определена и будет уточняться.

Это уже второе дело по громкому теракту с многочисленными жертвами из России, которое рассматривает ЕСПЧ. В 2003 году в Страсбург была подана жалоба по другому теракту — делу «Норд-Оста». В числе заявителей были 64 человека. 20 декабря 2011 года ЕСПЧ признал, что в ходе штурма захваченного террористами здания театрального центра на Дубровке российские силовики допустили нарушения. Но само решение о штурме, согласно вердикту суда, не нарушало права заложников. ЕСПЧ постановил, чтобы Россия выплатила заявителям порядка 1,3 млн евро.

Адвокат Игорь Трунов, который представлял интересы истцов, рассказал «Газете.Ru», что российские власти самим потерпевшим уже все заплатили.

«Но дело-то вовсе не в меркантильных интересах, — говорит Трунов. — ЕСПЧ постановил, чтобы Российская Федерация провела внутреннее расследование причин гибели людей — все иски упирались именно в это. Ведь основное количество заложников погибло не от рук террористов, а в результате применения неизвестного газа. Но Россия так и не выполнила решение ЕСПЧ в этой части, ссылаясь на то, что формула газа секретная».

По словам Трунова, согласно процедурным положениям ЕСПЧ, в случае неисполнения тем или иным государством решения суда истцы могут пожаловаться в Совет министров Совета Европы.

Около года назад такая жалоба была подана, но ответа пока нет. «Теоретически за неисполнение решений Европейского суда Россию могут лишить статуса члена ЕСПЧ. Но ведь это никому не нужно», — убежден адвокат.

Фатима Дадаева говорит, что она и другие бесланские женщины будут судиться до конца.

«3 сентября 2004 года моя жизнь кончилась, я потеряла все, — поясняет Дадаева. — Да, жизнь продолжается, Бог дает нам силы жить: некоторые заложницы родили новых детей, часть женщин усыновили чужих, я сама воспитываю Сережу, в сентябре ему будет уже три года. Эта трагедия не должна повториться, в заложников не должны стрелять, поэтому мы пойдем до конца».

Всего в результате теракта в Беслане погибли 334 человека, в том числе более 180 детей, а также освобождавшие их сотрудники МЧС и ФСБ. Спустя две недели после событий в Беслане ответственность за теракт взял на себя один из лидеров чеченских сепаратистов Шамиль Басаев. Единственным пойманным боевиком был Нурпаши Кулаев, его приговорили к смертной казни, но из-за моратория он отбывает наказание в колонии для пожизненно осужденных «Полярная сова» в Ямало-Ненецком автономном округе.