Уважаем, но не признаем

Почему Москва официально не признала выборы в Новороссии

Владимир Дергачев, Наталья Галимова, Сергей Подосенов 05.11.2014, 23:38
Сотрудницы избирательной комиссии на выборах главы Луганской народной республики РИА «Новости»
Сотрудницы избирательной комиссии на выборах главы Луганской народной республики

Россия так официально и не признала выборы в ДНР и ЛНР, несмотря на то что глава МИДа Сергей Лавров перед выборами обещал сделать это. О том, что «уважение к волеизъявлению юго-востока Украины», упомянутое в пресс-релизе МИДа на следующий день после выборов, не означает официальное признание, «Газете.Ru» подтвердил высокопоставленный собеседник. Эксперты расходятся в версиях, почему Москва решила ограничиться аккуратной формулировкой.

Сразу после выборов в органы власти самопровозглашенных республик на востоке Украины на сайте МИДа появился текст, в котором отмечается, что «выборы в Донецком и Луганском регионах прошли в целом организованно», при высокой явке избирателей. «Мы уважаем волеизъявление жителей Юго-Востока», — отметили дипломаты, упомянув необходимость налаживать диалог с Киевом в рамках минских договоренностей. Про существование ДНР и ЛНР в тексте не говорится.

Интересно, что после майского референдума о независимости ДНР и ЛНР Москва также ограничилась выражением уважения к волеизъявлению граждан, но оно появилось на официальном сайте Кремля, то есть, по крайней мере, неформально имело более высокий статус.

Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков на вопрос «Газеты.Ru», почему Москва не стала признавать итоги выборов и ограничилась формулировкой об «уважении» результатов волеизъявления жителей юго-востока Украины, заявил, что «пока дополнительно ничего сказать не может».

Высокопоставленный источник во властных структурах в свою очередь сказал, что выбранная МИДом формулировка — это, конечно же, не есть признание: «Найдена другая форма — уважение результатов. Был продемонстрирован аккуратный подход, чтобы не нарушать того, что было с таким трудом достигнуто. Нам важно, чтобы там (на Донбассе) никто не начал снова стрелять». По словам источника, Москва изначально не собиралась признавать результаты волеизъявления, намереваясь найти другую форму, чтобы выразить свое отношение к нему.

На вопрос «Газеты.Ru», почему же неделей ранее в интервью газете «Известия» Сергей Лавров говорил, что Москва выборы признает, источник ограничился ответом: «Это было давно».

Два собеседника «Газеты.Ru», близких к руководству Новороссии, согласны: Москва признает волеизъявление граждан на востоке Украины, а не полноценно выборы.

Между тем на прошлой неделе другой высокопоставленный источник «Газеты.Ru», комментируя слова Лаврова, говорил буквально следующее: «Это же не признание независимости (ДНР и ЛНР). Это признание выборов. Абсолютно разные вещи. Выборы надо или признавать, или не признавать. А что нам делать? Не сливать же их [самопровозглашенные республики]? Тогда там всех поубивают». В конце концов, признала же Москва выборы президента Украины и Рады, к которым тоже были свои нарекания, пояснял собеседник «Газеты.Ru».

Профессор МГИМО Валерий Соловей полагает, что признание выборов — это политическое решение из числа тех, которые принимаются не МИДом, а Кремлем. По его мнению, в Кремле решили подождать результатов встречи ЕС по санкциям и встречи «большой двадцатки», которые состоятся в середине ноября. Напомним, о возможном ужесточении санкционного режима заговорили на Западе после заявлений Лаврова.


«Ситуация в экономике такова, что новые санкции России никак не нужны», — связывает Соловей решение Москвы с прагматическими опасениями.

Тем не менее завкафедры международного права МГЮА им. Кутафина Камиль Бекяшев указывает, что мидовские формулировки об уважении к волеизъявлению Донбасса полностью соответствуют принятым международным нормам. В этих формулировках говорится об уважении к выборам, а не о поддержке вновь созданных республик и признании их избранных руководителей в качестве глав государств, объясняет эксперт.

Директор Института стран СНГ Константин Затулин также уверен, что коммюнике МИДа согласуется со словами Лаврова о готовности признать итоги выборов в ДНР и ЛНР, и напоминает, что та же формула была использована в отношении результатов выборов на Украине.

«Не вижу повода для казуистики. Как было оформлено признание выборов на Украине? Мы что, ноту какую-то послали? Был какой-то государственный акт? Мы заявили, что выборы прошли и мы будем работать с этими властями. То же самое и здесь. Россия настаивает на том, что, признавая выборы на Украине, право жителей Украины выбирать себе власть, она тем более не может не признавать права людей Новороссии выбирать власть себе», — рассуждает Затулин.

Однако признание результатов выборов ни в коем случае не означает признание суверенитета ДНР и ЛНР. Бекяшев подчеркивает, что ДНР и ЛНР нельзя сравнивать с Абхазией и Южной Осетией: «Когда Россия признала государственность этих республик, у них уже сложилось дееспособное государство. Донецкая и Луганская республики пока не соответствуют государству ни по каким параметрам: у них нет своих границ, нет своего населения, нет государственных институтов, разделения властей…»

Но, по мнению главного редактора журнала «Россия в глобальной политике» Федора Лукьянова, даже полноценное признание выборов означало бы и признание правосубъектности республик, к которому Россия сегодня не готова.

«А дальше начинаются кружева, замысловатая игра, признаем мы республики или нет. В любом случае Москва не признает юрисдикцию Киева над этими территориями, раз признает выбранных Донбассом представителей», — подчеркивает политолог.

Однако в дальнейшем они могут быть признаны в качестве независимых государств, отмечает Бекяшев: «Если они построят государственность, которая будет соответствовать международному праву, я не вижу препятствий для их признания. В соответствии с международным правом и Уставом ООН любой народ — хоть 100 человек, хоть 100 миллионов — имеет право на самоопределение и признание своей государственности. Ни одно государство не может этому препятствовать».

Затулин полагает, что пока обстоятельства складываются не в пользу признания самопровозглашенных республик, поскольку они не самодостаточны и не смогут отстоять свою независимость без поддержки России.

«Я не говорю, что вообще невозможно признание Новороссии, — считает политолог. — Очень может быть, что Украина окажется невменяемой, будет не в состоянии ничего исправить в своей конструкции, чтобы привлечь Новороссию. Если они будут действовать, как они действуют сейчас, конечно, никакого объединения произойти не может. Тогда, очень может быть, настанет день, что России не останется ничего другого, кроме как признать Новороссию. Но не сейчас. И выборы — не повод это делать».


Однако он считает предпочтительным для Москвы сохранить Донбасс в составе Украины, чтобы удержать Украину от превращения в «антироссийское государство». Таким образом, ДНР и ЛНР станут чем-то вроде Крыма в предшествующие годы, пророссийским форпостом на Украине. «Крым ушел в Россию и уже не вернется. Но без Крыма и Новороссии на Украине всегда будут побеждать прозападные силы. В этом случае мы предоставим наших соотечественников — уже не в Новороссии, но в Харькове, Запорожье, Днепропетровске, Одессе — очень трудной судьбе.

Мы пытаемся воздействовать на ситуацию так, чтобы, пусть не завтра, но в перспективе, эти две Новороссии — явная и полуподпольная — объединились в составе Украины».

Под «полуподпольной Новороссией» бывший депутат Госдумы подразумевает Харьков, Одессу и другие восточные города, которые на выборах 26 октября активно голосовали за «Оппозиционный блок» и Компартию. Пока же наиболее реальным он видит сценарий Нагорного Карабаха — региона поддержанного, но непризнанного.

«На протяжении 20 лет существует Нагорно-Карабахская Республика, которая граничит с Арменией. И Армения, которая, естественно, поддерживает Нагорный Карабах, до сих пор официально его не признала. Если здесь, при всей разнице, допустима аналогия, то и Россия в создавшихся условиях не предполагает признавать Донецкую и Луганскую народные республики, как она признала в свое время Абхазию и Южную Осетию», — резюмирует Затулин.