Цивилизация
В октябре 2005 года на счету Леонарда Коэна осталось всего $150 тыс. Виной всему тяга к духовному развитию. Пока поэт, певец и буддийский монах (по имени Джикан — «молчание») предавался медитациям в пригородном дзенском культурном центре, его менеджер Келли Линч присвоила себе 5 млн принадлежащих артисту долларов. В надежде на справедливость и собственный авторитет Коэн подал в суд — и проиграл, потом в еще один и выиграл, но девушка уже потратила награбленное. В общем, возможность духовного роста подкралась незаметно – волей-неволей забросившему гастрольную жизнь музыканту пришлось стряхнуть пыль со старой шляпы, отутюжить костюм, взять гитару и отправиться в турне. Судьба сыграла с 76-летним классиком двойную шутку:
вынужденный отправиться на заработки, поэт повторил начало собственной певческой карьеры.
Тогда (страшно сказать, 43 года назад) Коэн был успешно разменявшим четвертый десяток классиком битнической литературы. Его романы «Любимая игра» и «Прекрасные неудачники» стали культовыми сразу после выхода, а сам он приобрел локальную, но устойчивую славу потихоньку оправдывающего надежды гения. Так продолжалось до тех пор, пока канадец Коэн не переехал в США. Сам он любит говорить, что песни писал всю сознательную жизнь, но до переезда в Штаты не мог предположить, что ими можно зарабатывать деньги. Средства к существованию на новом месте были нужны, и Коэн, освоившись в арт-кругах, стал продавать свои песни другим исполнителям, а потом, вдохновленный успехом Боба Дилана и Джоан Баэз, и сам взялся за гитару.
Первый альбом «Songs of Leonard Cohen» был выдержан в минималистичном фолк-ключе – голос, акустика, ничего лишнего – и сразу же получил необходимое для продолжения карьеры признание. В следующие 15 лет мистер Коэн продолжил разрабатывать эту жилу, которая хоть и оказалась не такой золотой, как мечталось, но обеспечила расширение аудитории почитателей, а значит, и стабильный барыш.
Коэн, каким его знает большинство меломанов, появился относительно недавно, всего четверть века назад.
Тогда, в середине 80-х, долго молчавший артист вернулся с такими песнями, как «Hallelujah», «I'm Your Man» и «First We Take Manhattan». Ну а с появлением на саундтреке «Прирожденных убийц» параноидальной баллады «The Future» стало окончательно ясно, что Коэну покорны решительно все возрасты.
Лишним подтверждением тому стало и турне, часть которого ожидает всех желающих, в меру состоятельных господ уже завтра.
Весьма интенсивные гастроли стартовали два года назад и, хочется верить, финансовое положение мистера Коэна уже не так шатко, однако нечто не дает ему прервать гастроли, которые должны были завершиться еще весной. Оно и к лучшему, конечно. Два живых альбома, выпущенные за эти пару лет, стали едва ли не лучшими записями в дискографии артиста: в студийных условиях поэту частенько отказывал вкус, требовавший стрекота дешевых драм-машин и синтезаторного воя, и сегодня в исполнении живой аккомпанирующей группы та же «Everybody Knows» зазвучала куда теплее. Есть и еще одно обстоятельство. Дело в том, что нынешний тур, учитывая его нынешний темп и концертную форму артиста, вполне может превратиться во что-то вроде «Never Ending Tour» Боба Дилана – друга мистера Коэна и тоже большого любителя разного рода духовных исканий.
Как и Дилан, актуализировавшийся в нулевых, выпустив несколько блестящих альбомов и великолепную автобиографию, Коэн внезапно стал одной из главных концертирующих звезд в мире.
И есть нечто очень логичное в том, что два великих битника вновь стали одними из главных людей современной культуры.
Ведь в нашем перевернутом мире должен быть кто-то, кто напомнит о том, что все и так знают: от любви нет лекарства, Манхэттен обязательно будет взят, а будущее — это всегда убийство.
