Культура по четвергам: премьера на книжной ярмарке сочинений Алексея и Сергея Ивановых стала хорошим поводом поговорить о парадоксах постгуттенберговского века.

Завершившаяся на выходных книжная ярмарка «Книги России», она же «весенняя», чем дальше, тем прочнее утверждается в статусе падчерицы книжного бизнеса. Времена, когда книжных ярмарок в стране было две, весенняя и осенняя, давно канули в Лету, и официальные государственные ярмарки давно и успешно теснят неформальные книжные тусовки – всякие там «Нон-фикшны» и книжные фестивали. Дай бог, осеннюю, московскую международную, от посягательств отстоять. А весенняя, по-моему, уже никому особо и не нужна, даже устраивающему ее Федеральному агентству по культуре и массовым коммуникациям, и проводится больше по привычке. Соответственно и участники особо не напрягаются, и даже выпускать к ярмарке громкие новинки практически перестали.

Однако две новые книги, каждую из которых написал Иванов, было трудно оставить без внимания.

Первая – это главный хит издательства «Азбука», новая книга Алексея Иванова «Хребет России». Это вторая, если мне не изменяет память, попытка известного прозаика, автора «Сердца Пармы», пропившего глобус «Географа…» и прочих бестселлеров, поработать в жанре нон-фикшн. Честно говоря, на Иванова многие в последние годы махнули рукой: полноценных книг у него не было уже давно. Роман «Блуда и МУДО» получился не очень удачным, а после автора явно увлекли другие проекты, связанные с литературой лишь опосредованно. Вот и приходилось поклонникам довольствоваться то перелицовкой уже имевшихся наработок, вроде путеводителя по Чусовой, то причесанным в книжный формат сценарием к фильму Лунгина «Царь». «Хребет России» вроде бы из той же когорты: это литературная версия документального телесериала про Урал, снятого в компании с Леонидом Парфеновым.

Однако при чтении быстро становится понятно, что перед нами что угодно, только не «отхожий промысел».

Не скажу за читателей, но для самого Алексея это, может быть, самая важная книга. Иванов всегда отличался тягой к мыслительным конструктам, и приключения мысли в его книгах часто завораживали сильнее, чем приключения героев. Причем интереснее они были не только читателю, но явно и самому автору: в том же самом «Блуда и МУДО» Алексей так увлекся теоретизированием на тему мутирования системы социальных связей в современном мире, что герои практически потерялись за всеми этими аббревиатурами и «фамильонами». В новой же работе ему, слава богу, ни на каких Моржовых отвлекаться не надо, и он самозабвенно, даже яростно выстраивает культурную идентичность немалого региона – своего любимого Урала. И это ему, надо сказать, вполне удается – в аннотации совершенно точно говорится о «системном описании Урала как социокультурного феномена». Делая примерно то же самое, что и в лучших своих книгах – «Сердце Пармы» и «Золото бунта», только уже без костылей сюжета и прочих художественных подпорок, в рафинированном, так сказать, виде, Иванов явно счастлив, он упивается своим занятием. Выстраиваемая им система может быть излишне конспективна, частенько спорна, но, безусловно, красива и стройна.

Для читателей, усаживающихся с книгой не для отдыха, а «для головы», самое то.

Вторая книга – «1000 лет озарений» Сергея Иванова, де факто ставшая для издательского дома «Вокруг света» заявкой на статус полноценного книжного издательства, не менее интересна. Если у первого Иванова биография региона, то здесь биографии вещей. Сто статей – десять веков недавно закончившегося тысячелетия, на каждый несколько коротких рассказов о появлении какой-нибудь вещи, без которой сегодняшний мир немыслим.

Презервативы и пуговицы, глобус и нижнее белье, колокола и лифты, елочные игрушки и игральные карты, таблички с названием улиц и почтовые ящики, макароны, зеркала и обои – чего здесь только нет.

Идея подобных заметок, безусловно, не нова, недаром основой книги стали авторские колонки, которые историк-византинист Сергей Иванов много лет писал для российских журналов. Вопрос в качестве воплощения: удается ли автору удержать баланс между научностью содержания и увлекательностью стиля. Иванов это делает блестяще, лишь считанные разы оступаясь и допуская ляпы вроде пресловутой байки о производстве патронов калибра 7,62 мм на макаронных и табачных фабриках СССР. Но в целом, повторюсь, он действительно обладает редким умением в малой форме исполнить блестящий сюжет, заинтриговав читателя получше иного детективщика. Ну и вывалить на него целый ворох полезных и занимательных сведений, как без этого, попутно заставив задаваться неожиданными вопросами – почему, например, колокольный звон зовут «малиновым» или когда все-таки пуговица повстречалась со своим неразлучным, казалось бы, спутником – петлей.

Да, я, кажется, не сказал о главном, что объединяет книги обоих Ивановых. Дело в том, что и «Хребет России», и «1000 лет озарений» не книги в привычном понимании этого слова. И то и другое – роскошно изданные фолианты: масса иллюстраций на каждой странице, глянцевая бумага и т. п.

И вот тут, как мне кажется, самое время поговорить об одной весьма интересной тенденции.

У нас ведь как повелось издавна? Есть книги – это такие прямоугольные сборники листиков с буковками на каждой странице, где ничего, кроме буковок, собственно и нет. И есть альбомы – как правило, прямоугольники большего формата, главная начинка в которых – картинки, и эти произведения книгоиздательской индустрии надо не читать, а смотреть. Текст, как правило, ограничивался предисловием какого-нибудь зануды-искусствоведа, которое мало кто читал, да подписями к репродукциям. Гибрид текста и картинок де-факто существовал в одной-единственной области – книжек для детей.

Теперь, похоже, этот принцип постепенно начал свою экспансию и во взрослый мир.

И дело отнюдь не в растущем инфантилизме взрослого населения шарика, или по крайней мере не только в нем.

Ни для кого не секрет, что традиционные формы книгоиздания переживают глубочайший кризис. Тиражи падают неуклонно и повсеместно, не в последнюю очередь потому, что издательской деятельностью нынче занимаются все желающие, и гуттенберговский станок для тиражирования совсем необязателен. Ожидаемые либо успешные новинки сканируются и выкладываются в сеть буквально через несколько дней после выхода, где совершенно бесплатно доступны всей еще читающей публике. Переживающие взлет популярности ридеры грозят стать надгробным камнем на могиле традиционного издательства. Нет, они, конечно, пока еще держатся – в основном за счет сетевой безграмотности потребителей женских детективов, календарей садовода и инструкций по лечению остеопороза сырыми помидорами. Но все прекрасно понимают, что метроном тикает и счет пошел на считанные годы.

Не желающие исчезать с лица земли издатели конечно же лихорадочно мечутся в поисках выхода, пытаясь найти способ продлить свой век.

Альянс текста с картинкой, похоже, становится одной из самых успешных стратегий выживания.

У нас в стране все началось, наверное, с выхода книги Сталика Ханкишиева «Казан, мангал…». Глянцевая кулинарная книга с авторскими фотографиями среднеазиатских блюд на каждой странице неожиданно для многих стала бестселлером, несколько раз допечатывалась, переиздавалась и в целом продавалась немногим хуже традиционных книг – это при немалой-то цене! Вскоре выпустивший Ханкишиева Сергей Пархоменко делает второй, еще более удачный проект – многотомное издание «Намедни. Наша эра» Леонида Парфенова (он же, кстати, возглавив «Вокруг света», выпустил и Сергея Иванова).

И вдруг выяснилось, что покупать за тысячу рублей можно не только альбомы по искусству. Что людей, готовых это сделать, немало. Что книга вдруг опять оказалась пусть и не лучшим, но вполне неплохим подарком. Что на наших глазах появляется совершенно новый род литературы, который можно было назвать «глянцевым», не будь это слово столь тотально замарано коннотациями с розовым цветом и сюсипусечной интонацией.

Слагаемые успеха очевидны: это нетривиальный, по-настоящему ударный нехудожественный текст на тему, интересующую многих, плюс нерасхожий, лучше уникальный, иллюстративный материал, плюс классный дизайн, плюс роскошная полиграфия

(неслучайно практически все подобные книги печатаются в самой современной типографии страны «Парето-Принт», на стенде которой на той же ярмарке было, кажется, полное собрание этой новомодной «литературы на глянце»). В итоге мы имеем неразрывный сплав, выдирать из которого текст и выкладывать его в сеть просто бессмысленно – по-хорошему, фамилии людей, занимавшихся художественным оформлением и макетом, надо ставить на обложке рядом с автором текста.

В общем, помните роскошные издания XIX века, с переплетами из телячьей кожи и проложенными калькой гравюрами? Круг замкнулся: после века борьбы за общедоступность знаний, в эпоху тотального и бесплатного тиражирования информации книга уверенно возвращается в сектор предметов роскоши.

Livejournal.com

Имя ЖЖ-пользователя	Пароль
Правила использования	Отказ от ответственности

* Для комментирования, пожалуйста, авторизуйтесь

lubimeczhenshin

(без темы)

Украинцы уехали из России в Украину, Канаду и Америку, некому теперь в России читать книги

Как
Тема
Комментарий

Все комментарии (1)...

РАНЕЕ В РУБРИКЕ «ЛИТЕРАТУРА»

	Дом, где разрывается свинья Сказки Белоброва-Попова «Джунгли для белых» призывают всех способных маэстро не оставлять стараний в создании новых стебных
	Нежной поступью надвьюжной Вышел новый роман Владимира Сорокина «Метель» – закрывающий тему метели рассказ о впавшей в спячку России с эпидемиями,
	Спасателям тут не место Вышел роман Кормака Маккарти «Дорога», принесший автору «Старикам тут не место» Пулитцеровскую премию и сделавший одного